Чтение онлайн

Скажи мне, кто ты и чего ты хочешь…"

Он что-то бормотал себе под нос, и она чувствовала запах джина в его дыхании. Она старалась не показывать тревоги, чтобы не разозлить его ещё сильнее.

«Я видел, как ты только что искала шнур от шторы». Он тихо рассмеялся, и она почувствовала, как петля затягивается вокруг её запястий. Она пыталась освободиться, но он затянул её ещё туже. Мастерски. Она видела, как это делали люди Ричарда.

Ну вот, — он развернул ее к себе. — Я слышал, что ты вспыльчивая, но мне придется отказаться от этого удовольствия.

Она выдержала его взгляд, наблюдая, как он скользит по ней. Это было невероятно, но в нём было что-то знакомое.

Она тихо спросила: «Мы знакомы?»

Он рассмеялся.

«Вряд ли, миледи. Вы были слишком заняты своим поклонником Бетюном».

Она наблюдала за ним, стараясь ничем не выдать себя. Капитан, который просил Бетюна об одолжении или о корабле.

Он смотрел на бриллиантовый кулон, словно его внезапно заворожило; он взял его между большим и указательным пальцами и слегка приподнял в свете свечи.

Она сказала: «Пожалуйста… не берите. Я дам вам денег…»

Она не видела, как он пошевелился или поднял руку. Удар, казалось, откинул ей голову назад с такой силой, что она подумала, будто у неё сломана челюсть. Она ощущала только, как падает всё ниже и ниже, и всё же не двигалась.

Он схватил ее за плечи и встряхнул, его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от ее лица.

«Не смей так со мной разговаривать, шлюха!» Он ударил ее свободной рукой снова и снова, а затем резко поднял ее и бросил на кровать.

Голова кружилась; боли не было, только онемение, чувство полной беспомощности. Она ощутила под собой кровать и вкус крови там, где он порезал ей губу. Она снова попыталась, физически пытаясь удержаться за разум, за понимание. Я не должна терять сознание.

Она почувствовала, как матрас прогнулся, когда он тяжело опустился рядом с ней. Она снова услышала его мучительное дыхание, а открыв глаза, увидела, как он скорчился на краю кровати, уперев руки в пах, мотая головой из стороны в сторону и разговаривая сам с собой.

Он повернулся и посмотрел на неё. «Я потерял свой корабль из-за шлюхи. Потом увидел, как меня лишили ещё одного шанса из-за одолжения». Он схватил её за плечо, пальцы оставили синяки на коже. «Из-за ещё одного Болито! Из-за ещё одной чёртовой шлюхи!»

Она съежилась, ожидая нового удара.

Она прошептала: «Это неправда. Они ничего об этом не знают».

Он не слушал. «Я должен был стать его флагманским капитаном. Полагаю, вы и это знали?»

Она покачала головой.

Что с ним? Он был болен или безумен? Всё было совершенно бессмысленно.

Он пошатнулся, и она услышала, как он ходит по комнате, словно движимый чем-то, неподвластным его контролю.

Затем он вернулся, поднял ее голову и плечи и подложил под них подушку.

Ей хотелось потрясти головой, чтобы прочистить мысли, но какое-то предостережение заставило её замереть. Возможно, он уйдёт. Маловероятно, но кто-то всё же мог позвонить, даже в такой час. Она взглянула на окно, залитое дождём. Она стояла там, держась за занавеску, а он был здесь. Наблюдал, ждал.

Его тень упала на нее, и она снова почувствовала, что он держит кулон.

Он сказал: «Они забирают всё. Они лгут и обманывают. Они губят тебя».

«Пожалуйста, уходите сейчас, пока не стало слишком поздно».

Он начал неторопливо и ловко стягивать платье с ее плеч.

Она попыталась вырваться и почувствовала, как верёвка на запястьях рвёт кожу. В наступившей тишине она услышала, как упала на пол застёжка и, ещё более настойчиво, пошёл шов.

Она сказала: «Не надо! Пожалуйста, не надо!»

Но он перевернул её на бок, так что она его не видела, запустив пальцы ей в волосы, теребя их, заставляя её громко ахнуть от боли. Она почувствовала, как он стоит на коленях, прижимаясь к ней и срывая с неё одежду. Он был сильно возбуждён; она почувствовала тёплый ночной воздух на своих ногах, его руки на подвязках, на чулках, а затем и на своей коже.

Она знала, что должна держаться, даже зная, что происходит, и что это безнадежно.

Она никогда не боялась ни одного мужчину, кроме своего отца, но это было нечто иное.

Она чувствовала это, словно тошноту в животе, которая поднималась, словно пыталась её задушить. Не страх, а чистый ужас. Это было изнасилование.

Его руки были повсюду, они исследовали ее, а затем потащили ее за собой, чтобы избавить от остатков одежды.

Она закричала и почувствовала, как ее голова снова дернулась назад от силы удара.

Он держал ее, его пальцы были настойчивыми, исследующими, решительными.

Раздался оглушительный раскат грома, одиночный треск, который, казалось, раздался где-то внутри комнаты.

Она попыталась открыть глаза, пошевелить ноющим телом, но ничего не произошло. В голове проносились крошечные картинки, словно обрывки кошмара. Тень, нависшая над ней, боль и чувство удушья. Возможно, он убил её после того, как изнасиловал.

Голос сказал: «Она у меня. Перережь пуповину, мужик!»

Другая рука держала ее руку, грубая, но уверенная, лезвие едва коснулось ее кожи, когда шнур выдернули.

Она ощупывала и пыталась прикрыть наготу, но её тело было укрыто простыней, и ничья рука не прикасалась к её бёдрам, к волосам. Влажная тряпка промокнула её рот и щёку; где-то далеко-далеко по лестнице глухо застучали обутые в сапоги ноги.

Она открыла глаза и поняла, что его рука обнимает её обнажённые плечи, пока он чистит ей порванный рот. Силлитоу не позволил себе расслабиться, даже когда жизнь вернулась к её глазам, и она потянулась к ткани.

Через плечо он бросил: «Разберись с этим. Ты знаешь, что делать».

Она сопротивлялась, но он держал её. Мужчина, привыкший к женщинам, подумала она, который знал, как их удержать… Он тихо сказал: «Я знаю хорошего врача неподалёку».

Она засунула руки под простыню, покачав головой. «Он не… Я боролась с ним, но не смогла…»

Должно быть, они проникли туда тем же скрытным способом. Воспользовавшись громом, они пришли прямо в эту комнату. Иначе… Её вырвало, и он держал её, пока спазм не прошёл.