Чтение онлайн

Когда горизонт разверзся, он был вынужден остановиться, тяжело дыша, пока его взгляд скользил по массам союзников и врагов на поле боя.

Имя, которое он хотел выкрикнуть, спуталось с другим. Он зажмурил глаза, чтобы блокировать движение тел. Смятение потрясло его; он должен знать, какое имя звать. Он искал ее другим способом, надеясь, что внутри него осталось что-то, что он все еще может использовать, чтобы добраться до нее.

Рейлан освободил свой клинок, зная, что в своей решимости он разорвал плоть, но не чувствовал этого. Он не останавливался. Рассекая врагов, словно каждый из них стремился помешать ему достичь ее, не мог дрогнуть ни на секунду, когда почувствовал ее.

Так близко. Он был так чертовски близок к ней.

Огонь вырвался из его груди, и в ту секунду он ощутил, каково это, когда мир вокруг останавливается. Он увидел, как она пошатнулась назад. Две стрелы торчали из ее живота, и он помчался к ней. Одной рукой он подхватил ее падение, в то время как другая метнулась к третьей стреле, готовой поразить ее. Рейлан переломил ее в своей ладони, нашел лучника и с мучительным боевым кличем проник в его разум, приказав резко повернуть голову, чтобы сломать шею.

Это ничуть не ослабило леденящую хватку чего-то более всепоглощающего, чем ужас, более страшного, чем любой живой человек должен когда-либо испытывать. Рейлан медленно опустился с ней на землю, держа ее на руках, пока оценивал ее раны.

«Ты в порядке», — сказал он безучастно, чистая паника стирала битву вокруг него и крала время, гравитацию и все вещи, пока он принимал реальность. «Я здесь. Ты в порядке». Он отгладил назад промокшие от пота пряди ее каштаново-коричневых волос.

«Ты не должен был...» — Ее дыхание прервалось, золотые глаза устремились к звездам, и мука в них заставила его крепче сжать руки вокруг нее. «Тебя не должно было здесь быть».

«Это абсурд», — отмахнулся он. Он чувствовал каждую секунду ее слабеющей и умолял каждую замедлиться. Ее глаза скользнули к его, наполненные болью и усталостью.

«Не смей», — прошептал он.

«Полежи со мной, пожалуйста».

Он боролся с ней. Боги, он боролся с этой хваткой всем, чем был. Его зрение размывало ее прекрасное лицо, измученное битвой и усталое, но все еще такое чертовски совершенное. Он хотел запечатлеть каждый дюйм, как делал это тысячу раз; как планировал делать еще тысячу.

«Все, чего я хочу... это чтобы ты полежал со мной».

Рейлан резко сел, осознав давление, оседлавшее его, но почему-то зная, что это спасение, а не угроза. Его дыхание стало тяжелым и частым, но он прижал Фэйт к себе, наполняя свои чувства ее запахом, пока их сердца бились друг о друга. Ее рука обвила его плечи, и медленные поглаживания ее пальцев по его волосам постепенно возвращали его из ужаса, из которого он вырвался.

«Это был всего лишь сон», — успокоила она.

Руки Рейлана скользнули вверх по ее спине, по шелку ее ночной рубашки, чтобы ощутить ее кожу, пока его лоб оставался прижатым к ее шее. «Это не было похоже на сон», — прошептал он. Он не мог объяснить дальше. Как он мог, когда то, что он видел, не имело смысла? Оно было слишком реальным, разрывающие душу чувства слишком острыми, чтобы быть видением, хотя он и желал верить, что это всего лишь оно, когда оно преследовало его как воспоминание. Как те, что были у него о Фарре.

«Извини, если разбудил тебя». — Он нашел в себе силы отодвинуться достаточно, чтобы увидеть ее лицо, но эти сверкающие янтарные глаза вспыхнули ужасом его кошмара. Он прикоснулся ладонью к ее щеке, моргнув, чтобы развеять его, и вспомнил, что она в безопасности в его объятиях.

«Я почувствовала тебя», — сказала она, морщась от беспокойства. «Ты можешь рассказать мне о нем».

Он покачал головой, увлекая ее губы к своим от внезапной потребности. Мягкость ее губ, ее вкус, окутали его блаженной реальностью, в которой он успокоился. Обвив ее рукой, он уложил ее, пока она не оказалась под ним. Они разъединились, и пока лунный свет заливал ее черты, он запечатлевал каждую ее часть, все еще сражаясь с нарастающей паникой от своего сна.

«Похоже, никто из нас не спит хорошо, когда мы врозь», — сказала она, лениво водя пальцами по его груди.

Он взял ее руку, посадив поцелуй в ее ладонь, прежде чем лечь рядом с ней. «Похоже, что так».

Фэйт прижалась ближе. Тепло, стук ее сердца — все в ней чертовски ныло, и ему была нужна эта боль.

«Пообещай мне кое-что, Фэйт», — выпалил он.

«Конечно».

«Я никогда не хочу забывать».

Она откинула голову назад, и он почти пропустил участившийся ритм ее пульса. «Зачем ты это говоришь?»

«Потому что я знаю, что ты можешь это сделать — стереть мою память куда эффективнее с той полной силой, что у тебя теперь есть. И это пугает меня больше, чем следовать за тобой к смерти».

Фэйт отодвинулась от него, и он приподнялся, когда она выскользнула из постели. «Мне стоит вернуться в свою комнату». — Она покрутила браслет. «Нам не стоит испытывать судьбу, помнишь».

«Не уходи».

«Прости». — Она сделала несколько шагов назад, словно могла передумать. Затем покачивание ее головы уронило его душу в пятки, прежде чем она повернулась и выскользнула из комнаты.

Рейлан стоял, глядя вслед призраку ее присутствия, сопротивляясь желанию пойти за ней. Он провел рукой по волосам, зная, что часы его отдыха этой ночью закончились.

ГЛАВА 71

Фэйт

Фэйт переживала свое самое утомительное время в Райенелле на данный момент: неделя, растянувшаяся, как месяц, с ее бесконечными уроками. По утрам ее возил Изайя на его урок танцев, который все больше походил на военную муштру, а позднее в тот же день она мучилась на занятиях по королевской генеалогии и традициям Райенелла. Времена, когда ее передавали новому наставнику для уроков этикета, дергали за ниточки горя в ее сердце по Гресле. То же самое происходило, когда за ней ежедневно ухаживала новая юная служанка вместо Греслы с ее ярким теплом. Не проходило и дня, чтобы ее вина не вонзалась глубже.

Рейлана часто отзывала Ливия — что-то, о чем она жаждала спросить, пока ее беспокойство за то, что Ливия выслеживает Эвандера, росло. Если не его кузина поглощала его внимание, то, по-видимому, то, что уносило его на дни напролет, было гражданскими беспорядками в форпостах. Она ловила лишь короткие моменты с ним, что означало, что они едва разговаривали с тех пор, как она виновато ушла из его комнаты, и она не знала, что сказать ему.

Тем утром Фэйт направлялась встретиться с Изайей первым делом. Два стража следовали за ней постоянно, и хотя она считала это чрезмерным, она не оспаривала обеспокоенность отца, зная, что угроза все еще могла таиться. Когда они проходили мимо слегка приоткрытой двери, ее внимание привлекли голоса внутри, но она собиралась пройти мимо... пока знакомый белокурый макушка не привлек ее взгляд. Еще больше тревогу забило его компания.

Какая бы причина ни была у Малина Ашфаера, чтобы загнать Рубина в угол, она не могла быть хорошей.

«Надеюсь, ты точно знаешь, что ты де...»

Фэйт ворвалась в дверь, и ее друг отпрыгнул от испуга. «Что ты, по-твоему, делаешь?» — Она направила свою враждебность на своего кузена. Бросив быструю оценку Рубину, она не нашла следов физического вреда, только побелевшую кожу. Фэйт почти видела, как он дрожит. Ее ярость пульсировала, пока она размышляла, что такого Малин мог сказать ему.