Чтение онлайн

— Сколько капель? — Спрашиваю я, наклоняя его сначала в одну сторону, потом в другую. За время обучения я познакомилась со всевозможными ядами, и паслен был одним из самых высококонцентрированных. У смертных это вызывало рвоту, бред, галлюцинации, учащенное сердцебиение и, в конечном итоге… смерть.

— Десять, — отвечает Регис. — Достаточно, чтобы убить взрослого смертного, но для тебя… Ну, я подумал, ты сможешь использовать половину или всё, в зависимости от нужды. Если цель подходящая, можно подсыпать яд в её напиток, а потом прикончить, когда она ослабнет. Даже если это не убьёт Бога или Смертного Бога, то хотя бы ослабит на какое-то время.

Я обдумываю его слова. Он, конечно, прав. Я и сама пробовала это раньше, и хотя не умерла, но была ослаблена на несколько дней… — Спасибо, — говорю я, снова обхватывая пальцами флакон. Я поднимаю прикрепленную кожаную бечевку и надеваю яд через голову, крепко засовывая его между грудей под новой туникой, которую забрала из своей комнаты с тех пор, как Теос порвал мою последнюю.

Вставая, я отодвигаю стул, на котором сидела, обратно под край стола. — Я думаю, будет лучше, если мы попросим нашего клиента сообщить имя нашей цели как можно скорее, — заявляю я.

Регис смотрит на меня, и на этот раз я не хочу смотреть на него. Он знает меня так долго, как никто другой, и поэтому я знаю, как легко ему было бы проникнуть в мои мысли и угадать, о чем они, если бы я дала ему шанс.

— Я дам знать Офелии, — бормочет он. — Я уверен, что ты не хочешь находиться рядом с этими напыщенными Смертными Богами больше, чем необходимо.

Я скрываю содрогание, вызванное его словами, и вместо этого просто киваю в знак согласия. Напыщенные. Высокомерные. Жестокие. Это все, чего я ожидала от детей Богов. Однако, проведя рядом с ними несколько недель, я начинаю задаваться вопросом, не похожи ли они на нас больше, чем я когда-либо хотела признать.

Это довольно неприятное осознание, и от него мне не по себе. В конце концов, не будет иметь значения, хорошие они или плохие — моя цель неизбежно падет, и чья-то кровь запятнает мой клинок к концу этой миссии.

Глава 33

Кайра

Первый человек, с которым я сталкиваюсь по возвращении в «Академию Смертных Богов», вызывает удивление. Подопечная Найла, Мейрин, с мягкими чертами лица, изящными в своей наигранной хрупкости, моргает в ответ, когда я заворачиваю за угол здания и останавливаюсь в нескольких футах от того места, где она стоит. Разрешение, которое я получила, было только на день, но я воспользовалась им в полной мере, и теперь небо окрашено смесью цветов, возвещающих о приходе ночи среди ее сумеречного оттенка.

— Прошу прощения, мисс Мейрин, — быстро говорю я, слегка кланяясь, хотя мои кости практически вибрируют от необходимости поскорее вернуться в свою комнату. — Я вас там не заметила. — Ошибка с моей стороны. Я должна была почувствовать ее присутствие еще до того, как завернула за угол. Я слишком торопилась вернуться в башню, слишком была полна мыслей о том, с чьей постели я выскользнула сегодня утром, и к чему могут привести мои действия прошлой ночью в ближайшем будущем.

Цветок, который она как раз собиралась сорвать с куста сбоку от дорожки во внутреннем дворе, о выборе которого я теперь жалею, выскальзывает у нее из рук и падает на землю. В ответ подопечная Найла выдыхает. — Ты плохо усваиваешь уроки, не так ли? — спрашивает она без всякого жара или раздражения, несмотря на слова.

Я поднимаю голову, сбитая с толку. — Что, простите? — Однако, когда слова слетают с моих губ, я узнаю, что этот самый двор — тот самый, где она… ну, я не решаюсь сказать «спасла», учитывая, что я вполне могла бы спастись от истерики Рахелы — но не без последствий.

Мейрин закрывает глаза и качает головой. При таком слабом освещении ее кожа кажется темнее, чем я знаю на самом деле. На ней приглядываются веснушки, а длинные локоны рыжих кудрей, ниспадающие на спину и плечи, колышутся от легкого ветерка, гуляющего между зданий.

— Я отчетливо помню, что в последний раз, когда ты была в этом дворе, у тебя были небольшие неприятности. Ты забыла, что это двор только для Смертных Богов?

Я смотрю на нее в ответ, а затем быстро оглядываюсь по сторонам, убеждаясь, что мы одни, прежде чем снова смотрю на нее. — Разве это имеет значение, если вы здесь одна?

Она напрягается. Я с интересом наблюдаю, как ее руки сжимаются в кулаки. — Я не уверена, что именно Найл рассказал тебе обо мне, но даже если я не очень склонна сажать тебя в тюрьму или наказывать за это вопиющее неуважение, тебе следует знать лучше.

Обидчивая. Полагаю, ей не нравится, когда ее считают слабой. Приятно это знать. — Я не хотела проявить неуважение, — отвечаю я. — Я просто имела в виду, что если вы будете настолько добры, что отпустите меня, то никто больше не узнает.

Нефритово-зеленые глаза Мейрин наблюдают за мной с любопытством, которого, я знаю, мне следует избегать. Даже если она не более чем Смертная Богиня Второго уровня в этой Академии, которая чертовски близка с Террой, мне нравится, что она не уклоняется от того, чтобы поставить кого-то на место. Даже если этот кто-то — я. Такт проходит в тишине, потом еще и еще, пока я не начинаю сомневаться, ответит ли она когда-нибудь.

После того, что кажется вечностью, и, конечно, зная, что я не могу уйти без ее разрешения, она, наконец, наклоняется, чтобы поднять упавший цветок. Мышцы моей спины напрягаются под плащом, когда она снова поднимается, делает шаг ко мне и протягивает его. Нахмурившись, я смотрю вниз на странного вида цветок. Он белый с красными кончиками, но его лепестки тонкие и далеко отстоящие друг от друга, и хотя нити того же цвета, что и лепестки, они торчат еще дальше, словно требуя, чтобы их заметили.

Когда я все еще не успеваю его взять, Мейрин хихикает и наклоняется, хватает меня за руку и поднимает ее. Она вкладывает стебель в мою ладонь и с силой сжимает мои пальцы вокруг него. — Будь осторожна, Кайра, — шепчет она. — Это место так же опасно для Терр, как и для Смертных Богов.

Довольно бурные эмоции захлестывают меня, когда она склоняет голову и скользит вокруг меня. Она больше ничего не говорит — не то чтобы она будет держать в секрете, как я пользуюсь двором, но и не то, чтобы она этого не делала. Я смотрю на цветок, который она мне вручила, пока ее шаги удаляются все дальше и дальше. Эта Академия с каждым днем становится все более и более необычной, и я начинаю задаваться вопросом, не оправдано ли беспокойство Региса больше, чем я мню о своих способностях.

Я быстро беру себя в руки и прячу цветок под плащ, когда заканчиваю перебежку через двор на другую сторону. При этом я поднимаю голову и смотрю на северную башню, которая является местом моего назначения. Широкое арочное окно на самом верху башни освещается, когда солнце опускается за горизонт, окрашивая небо в цвет индиго. Я уверена, что другие Даркхейвены вернулись в свои покои после прошлой ночи. Память о Теосе и обо мне все еще тяжким грузом сидит в моей плоти.

Дрожа, я плотнее закутываюсь в плащ и продолжаю идти. Хоть Регису и удалось выиграть мне немного времени, когда прибудет Карсел, но кто знает, как долго я смогу держаться подальше от этого ублюдка или чего он будет ожидать от меня, когда приедет. Я побывала с ним на более чем изрядной доле заданий, и я не сомневаюсь, что, несмотря на повышенную опасность моей нынешней работы, он будет ожидать от меня больше работы за пределами Академии, если это хотя бы частично осуществимо. Он всегда из тех, кто переходит границы дозволенного.