Чтение онлайн

С лидером Югославии мы встретились в Крыму, я его пригласил на первый гран-при СССР по формуле-1 — вернее на празднование 70-летия революции, но все же хотелось пообщаться с сербом до общего собрания наедине, — при этом на курорт я прилетел не из Москвы, а совсем наоборот — из Ливии.

В Триполи мы подписали с Каддафи несколько важных договоров по поводу размещения в стране советских баз, закупки оружия и координации в деле экспорта нефти. Мы фактически собирали свой маленький ОПЕК из СССР, Румынии, Ливии, Йемена и Анголы для переговоров с более сильных позиций с большим ОПЕК. Организация стран-экспортеров нефти как раз сейчас обсуждала возможное снижение добычи черного золота на полмиллиона баррелей — цена нефть «провалилась» уже до 45 долларов, что очевидно не радовало привыкших за два года не считать деньги нефтепроизводителей — и там шла драка за то, кто будет «ужиматься».

— Вы меня поразили своей решительностью, — данному разговору предшествовала официальная встреча, обсуждали торговлю, военное сотрудничество и другие скучные вещи, но я все же хотел вытащить серба на откровенный разговор тет-а-тет. — Не думаю, что какой-нибудь другой советский лидер решился бы на такой маневр как прямое обращение к народу за помощью. Это было смело.

— Простой расчет, — я только пожал плечами, не отрывая глаз от суетящихся на прямой старт-финиш команд. До этого на этапах Формулы-1 мне бывать не доводилось, и честно говоря, всегда считал, что зрелище это весьма сомнительное. По телеку — да, а вот так вживую… Но видимо и меня захватил какой-то общий азарт, во всяком случае наблюдал я за процессом подготовки с удивительным даже для самого себя интересом. — У меня абсолютный рейтинг популярности в СССР и тем более в столице. Мы это дело регулярно отслеживаем, если бы завтра решили провести по примеру капиталистов выборы, в Москве я бы получил 80% голосов.

Ну а нацмены скорее имели отрицательный рейтинг, нелюбовь столичных обывателей к «понаехам» она отнюдь не в 21 веке появилась.

Внизу меж тем была дана команда к началу гонки, непосредственно на асфальте трассы остались только машины с гонщиками, остальные причастные сдвинулись в сторону паддока. Процесс покупки собственной команды уже фактически был завершен, Osella в следующем году будет выступать под именем LADA в красно-золотых тонах. Почему «LADA», а не какая-нибудь USSR-TEAM — очень просто. Во-первых, вероятность того, что наша команда сразу начнет выигрывать, будем честны, невелика, и проигрыш «Лады» будет гораздо менее неприятным, чем проигрыш «СССР». Ну и реклама. Мы же рекламируем таким образом свои машины, было бы как минимум глупо не пользоваться подобным инструментом, раз уж он попал в наши руки.

— И тем не менее. Меня ваш успех очень воодушевил, я буквально увидел для себя новый путь. — Серб отлично знал русский и мог свободно на нем изъясняться, разве что акцент характерный говорил о том, что этот язык для него не родной. — Вы знаете, в Югославии традиционно сложная национальная ситуация, еще несколько лет назад мне казалось, что решения ее просто нет. Сербы обречены все время тащить на себе груз государствообразующей нации и при этом быть постоянно обвиняемы во всех грехах. Теперь я увидел свет в конце тоннеля и благодарен вам, Михаил Сергеевич, за это.

Видимо это действительно я виноват. Ну просто по-другому никак происходящее на Балканах объяснить невозможно, Югославия как будто вознамерилась пройти весь тот путь, который у них в той истории занял 4 года, в два раза быстрее. Слободан, посмотрев на меня и СССР, начал закручивать гайки с утроенной силой, уже сейчас было поменяно руководство во всех трех автономных регионах Сербии и там шел процесс «добровольного» урезания полномочий с возвратом к старой конституции. Естественно, хорваты и словенцы смотрели на это дело вообще без всякого понимания, то что они будут следующими, сомнений не было практически ни у кого.

— Знаете, товарищ Милошевич, — я медленно повернулся к гостю, — не всё так просто. Я вынужден сейчас поступать жёстко не от хорошей жизни. Советский Союз — это сложная структура, но мы хотя бы обладаем мощным ядром в виде русского народа. Русских больше половины населения, а русскоязычных — две трети. Это огромная сила. Но даже в этих условиях я понимаю, что силовое давление — мера временная. Главная задача — восстановить авторитет Центра, сломать местные элиты, укротить их аппетиты. Потом же, когда порядок будет наведен, потребуется осторожно ослабить давление и вернуться к разумной федерации, иначе всё рухнет. Помните, как говорил Наполеон: «на штыки можно опереться, но на них нельзя сидеть».

Тоже на самом деле спорное утверждение, рядом с ним можно так же вспомнить знаменитое римское: «пусть ненавидят, пока боятся». Впрочем, на длинной дистанции оно все равно вряд ли будет работать.

Милошевич внимательно слушал, не сводя глаз с генерального секретаря СССР:

— Но разве это не то, что нужно и нам? Сербы — это основа Югославии. Мы веками боролись за единство, и если следовать вашему примеру…

— Вы не понимаете, Слободан, — я перебил его, заранее понимая, что он хочет мне сказать, — Югославия — это не СССР. Сербов в Югославии около 40%, и то с натяжкой. Хорваты, боснийцы, словенцы, албанцы — у всех свои претензии, у всех свой взгляд на историю и своё представление о будущем. Если вы будете давить их слишком сильно, начнётся война. И не просто война, а самая страшная война, которую можно себе представить, потому что там столкнутся не просто республики, а нации, религии, цивилизации. У нас, в СССР, этого не произошло, и я надеюсь, никогда не произойдет, благодаря демографическому перевесу русских. Но у вас нет такого ресурса.

Ответить серб не успел, внизу красные огни сменились на зеленые, и болиды с визгом и рычанием бросились вперед. Куча машин резко ускорилась, пролетела прямую старт-финиш и так же резко затормозив перед поворотом, потихоньку скрылась из прямой видимости. Впрочем, без «шоу» не обошлось, кто-то там видимо столкнулся, потому что маршалы тут же пришли в движение и вывесили желтые флаги.

— В первом повороте произошло столкновение болида № 1 Алан Прост команда МакЛарен-ТАГ и болида № 5 Микеле Альборето команда Феррари, — бодро внес разъяснение для тех, кто не видел происшествие своими глазами, диктор. К сожалению, пока поставить большие экраны, чтобы зрители могли наблюдать недоступные им участки трассы, не представлялось возможным, банально технический уровень не дорос.

Над трибунами взвился слитный выдох разочарования. Прост был текущим — все еще, до конца этой гонки во всяком случае — чемпионом и хотя в данном сезоне на первое место уже не претендовал, даже при условии набора максимума двойных очков советского гран-при, все равно оставался любимцем публики. В общем-то, большого турнирного значения данная гонка вовсе не несла. Идущий на первом месте Пике «вез» ближайшему преследователю Мэнселлу девять очков и ему нужно было не упасть ниже третьего места, чтобы гарантировать себе победу в общем зачете. Мэнселл же ко всему прочему еще и неудачно провел квалификацию, стартовав аж с 7 места, так что вероятность успеха британца выглядела достаточно призрачной.

Появление в календаре Советского этапа привело к масштабным пертурбациям. Австралийский гран-при, который долго время был заключительным, «переехал» на раннюю весну и вообще весь чемпионат немного сдвинулся «назад». Если раньше соревнования проходили с апреля по ноябрь, то теперь график сдвинулся на месяц, стартовав в первой половине марта, в конце октября соревнования подходили к концу. Более того пошли разговоры, что шестнадцати этапов мало и нужно добавить хотя бы еще два…

— Что вы будете делать, если хорваты откажутся двигаться по вопросу использования кириллицы? — Как я понял, Милошевич использовал данный вопрос в качестве такого себе тарана против хорватов, подобно тому как я использовал вопрос неэффективности производства в Кавказских республиках. В Книсской краине, автономном регионе Хорватской республики, населенном преимущественно сербами, парой месяцев ранее поставили вопрос об использовании кириллицы вместо латиницы. Естественно, Загреб это дело максимально саботировал, а Белград — наоборот давил сверху. — Если хорваты начнут выходить на улицы? Если реально встанет вопрос о «разводе». Вы же понимаете, Слободан, что в Вашингтоне спят и видят развалить социалистическое государство, показать всем пример того, что они хотят сделать с СССР. Вы готовы открывать огонь из танков по протестующим?

«Как я?» — Ее понадобилось произносить мне, собеседник и так все понял.

— Готов.

— А вы готовы к тому, что вмешается НАТО? Попытается вмешаться на стороне бунтовщиков? Начнут бомбить Белград?

— Не посмеют, — Милошевич от нахлынувшей злобы сжал кулаки и скрипнул зубами. Я его прекрасно понимал, я в некотором смысле был в похожей ситуации в 1985 году, только пожалуй примерно в 1000 раз лучше. Ну и конечно, то, что серб сам себя загнал в цугцванг, тоже не добавляло ему симпатии.