Чтение онлайн

– Лада Васильевна! Как же это – с нашей Татьяной Дмитриевной? Неужели правда?

– Не знаю, – резко ответила Лада. – Я ни-че-го не знаю, и прошу меня обо всем этом не спрашивать!

С этими словами она прошла в кабинет и села в кресло, достав сигареты.

– Нет, это же с ума можно сойти! – пробормотала она. Руки дрожали. Нервы были явно на пределе.

Она затянулась, выпустила дым, рассматривая потолок с лепниной.

Чертова история!

Она попыталась сосредоточиться на работе. Протянула руку к конвертам, стопочкой лежащим на столе, но отдернула руку.

Она не могла даже представить, что настанет момент, когда простые белые конверты начнут вызывать в ней такой ужас.

– Успокойся, – приказала она себе. – Что это с тобой? Ведь не ты получала письма, не ты!

Она сжала виски ладонями.

– Лада Васильевна?

– Что он говорил?

– Лада Васильевна, что с вами?

Она встряхнула головой, подняла глаза. Все плыло перед глазами. Давление, подумала Лада. Чертово давление, которое всегда повышается, когда волнуешься!

Сквозь пелену перед глазами проступил мужской силуэт.

«Как вчера вечером, – подумала она и вздрогнула. – Как вчера? Он же говорил, что…»

Да не в этом дело!

Взгляд ее остановился на журнале. Вот ведь в чем дело-то! Ведь там, на этой фотографии… Бог мой, как же она его не узнала?

– Все в порядке, просто нервы пошаливают, – сказала она, стараясь выглядеть спокойной.

Он не должен этого заметить, Лада!

– Может быть, вам принести воды?

– Да, буду вам очень благодарна!

Дверь за ним закрылась. Лада подождала немного и набрала номер с визитки Ларикова.

– Андрей Петрович, – проговорила она, с трудом дождавшись, когда в трубке зазвучит его голос. – Андрей Петрович, я кое-что вспомнила. Можно, я подъеду к вам еще раз через полчасика?

Голова гудела.

Она выслушала ответ, сказала, что, к сожалению, разговор не телефонный и лучше все-таки ей подъехать, и повесила трубку.

После этого она откинулась на спинку кресла.

Ее гость стоял на пороге и улыбался. Она испытывала такую боль, что сейчас ей было все равно, слышал ли он ее слова или нет. Он протягивал ей стакан воды. Головная боль начинала отступать, перемещаясь к затылку. Она закрыла глаза.

Через некоторое время ей должно стать легче. И тогда она поедет к этому сыскарю.

Сначала я обегала все книжные точки.

Честное слово, я измучила несчастных продавцов, разыскивая нужную мне фразу, да еще и подешевле!

Наконец я это увидела. То, что мне надо!

Синенькая книжечка с блондинкой на обложке. Блондинка была вылитая Танечка! «Не иначе, как Владу снимали», – подумала я.

Купив книжку и белый конвертик, я направилась прямо к Пенсу.

Он, конечно, возился с «Судзуки» в гараже, и я, кивнув ему в ответ на его улыбку, приступила к своему плану.

Сначала я безжалостно оторвала обложку. Потом отрезала имя автора – оно тут было совершенно не к месту. Мы же творим анонимку.

Вырезав замечательное изречение и наклеив его на листок, я от удовольствия зажмурилась.

Какая все-таки эта Сашечка умная!

– Чем это ты так увлеклась? – поинтересовался Пенс.

– Пишу подметное письмо, – хладнокровно поведала я. – Опускаюсь до крайней подлости, Пенс!

– И кому?

– Такому же отъявленному негодяю, – улыбнулась я.

– Сашка, ты что, его вычислила?

В глазах Пенса было море восхищения.

– Вычислила, – кивнула я. – Теперь мне надо проверить. Вдруг я вычислила неправильно. Хотя по всему выходит, что это-таки наш «парниша».

Пенс тоже понял, о ком идет речь.

– И как ты догадалась? – спросил он.

– А я это поняла недавно, – сказала я. – Просто взяла да и связала узелки воедино. Знаешь, в чем ошибка всех на свете сыщиков?

– Нет, – признался Пенсик.

– В том, что они усложняют все там, где предельная простота и ясность. Вот оно, на поверхности лежит! А сыщик это отбрасывает, так как не может пока понять, куда это пристроить, и все копает, копает, копает… Глубже да глубже. Глупости какие-то неимоверные придумывает, почти забыв про то, что только что видел на поверхности.

– Ты хочешь сказать, что могла бы понять это в тот самый момент, как это самое увидела?

– Ну естественно, могла бы. Если бы была гениальной. Но я же не гениальная. Я всего лишь маленькая, скромненькая помощница Ларчика.

Я заклеила конверт и весело подмигнула Пенсу.

– А теперь, милый, посмотрим, каково получать анонимки тому, кто сам так любит их писать!

Я поднялась по ступенькам и открыла дверь салона.

У таксофона я остановилась, вспомнив о своем волнующемся шефе, и, нащупав в кармане куртки жетон, набрала его номер.

– Ларчик? – проговорила я, как только он поднял трубку. – Я пока жива, здорова и намереваюсь поймать нашу «рыбку». Так что не волнуйся, в данный момент я в салоне, и здесь много людей.

– Слушай, – попросил Ларчик. – Там Лада звонила. Она что-то вспомнила. Будь другом, забеги к ней.

– Хорошо, – пообещала я. – Непременно. Только «свинью» подложу и тут же зайду.

Я повесила трубку.

Сначала я сделала поступок, которого надо бы стыдиться, но я до сих пор так ни разу за него и не покраснела!

То есть подсунула свою анонимочку прямо к нему в дверь. Порадовавшись, что в коридоре никого не было.

Потом я направилась к Ладе Васильевне.

Секретарша красила ногти весьма увлеченно и на меня отреагировала не сразу.

– Вы к Ладе Васильевне? – спросила она меня равнодушным голосом, показывая мне, что ее ногти куда важней моей скромной персоны.

– Да, – кивнула я.

– Сейчас узнаю, свободна ли она.

Нехотя поднявшись со стула, дива прошествовала в кабинет Лады с надменно-медлительным видом.

– Лада Васильевна, – сказала она, открывая дверь, и застыла на пороге.

– Господи, – пробормотала она, поворачиваясь ко мне с изрядно перепуганным лицом. – Не может быть…

Я была готова поклясться, что девица собирается грохнуться в обморок.