Чтение онлайн

Поэтому я влетела в кабинет, немного потеснив ее к стене, дабы она могла за что-то ухватиться при падении, и остановилась как от удара.

Лада полулежала в кресле, обмякшая и неподвижная, и не подавала никаких признаков жизни.

– Ну и приключения на мою голову, – пробормотала я, подавляя в себе приступ страха.

Я подошла к ней и дотронулась до ее пульса.

Слава богу, она была жива.

– Что делать, что делать? – стонала над моим ухом девица. – Мне сразу показалось, что у нее сегодня приступ гипертонии. Надо было ее домой отправить, да?

– Вызови «Скорую», – приказала я. – И двигайся быстрей, ну?

Она послушалась и вылетела в приемную.

«Приступ», – констатировала я. Если вообще не инсульт… Видела я такое с моей бабушкой.

За моей спиной хлопнула дверь.

Я обернулась. В тот момент мне, честно говоря, было не по себе. И хотя я прекрасно понимала, что прошло не так уж много времени – он скорее всего еще не успел получить мое послание, а если и получил, то вряд ли объявится здесь, – по моей коже пробежали мурашки.

Я обернулась, почти зажмурившись от страха.

Однако я вздохнула с плохо скрытым облегчением, когда увидела на пороге полненькую тетушку в белом халате.

Это была всего лишь бригада «Скорой».

Он быстрыми шагами шел по коридору, пытаясь успокоиться. Все запутывалось – больше и больше. Ему казалось, что он по воле злого рока погружается все глубже и глубже в неведомый омут.

Его кабинет находился в самом конце. Возле огромного зеркала.

Он остановился. Присмотрелся к себе очень внимательно.

– Ты помогаешь совершать преступление, – пробормотал он, пытаясь найти в своем лице хоть какие-то изменения.

Нет.

Их нет и не будет. Только маленький прыщик возле носа. Нахмурившись, он его решительно выдавил. Почему-то это ему очень не понравилось. Рука замерла, и в груди появилось непонятное чувство.

Оцепенение.

«Ты идешь в никуда», – предупредил он сам себя и понял, что ему все равно.

Лишь бы с ней ничего не случилось.

Лишь бы она… Бог мой, но как она могла? Такая чистая, такая неземная женщина – и так умело врать!

В двери белел конверт. Он не заметил его сразу – теперь же его взгляд был прикован к этому пятну, такому привычному и такому зловещему.

«Успокойся, это очередное послание от «Ридерз Дайджест», – сказал он себе. Предложение поиграть в игре, заранее рассчитанной на твой проигрыш…

Но его руки уже подрагивали.

Внутренняя истерика начиналась и явно побеждала природное хладнокровие.

– «ПОИГРАЛИ И ХВАТИТ», – прочитал он шепотом название или послание и опустил руки.

Страх ударил его откуда-то из глубин сознания.

– Нет, – пробормотал он, беспомощно оглядываясь, будто ища поддержки от этих безмозглых стен, – нет…

Он впервые не знал, что ему делать. Какой выход найти из создавшейся ситуации, все более и более напоминающей тупик?

– Да все теперь будет нормально, – объясняла мне добродушная врачиха. – Конечно, не появись вы, невесть чем бы это кончилось… Вообще как-то странно. Что ж она, не знала, какое у нее давление?

– Что вы этим хотите сказать? – сдерживая свое непраздное любопытство, спросила я.

– Знаете, такое ощущение, что она его еще подняла. То есть дело в том, что у нее был обычный легкий приступ, но… Она скорее всего перепутала таблетки. Сейчас ей уже получше, но все-таки надо отвезти ее в клинику – при таком скачке и до инсульта недалеко… Или это волнения так сказались?

«Палач в нетерпении», – отчего-то вспомнилось мне.

Выйдя из салона, я направилась прямиком к гаражу Пенса, по дороге купив еще один конверт, и, обнаружив еще одну книжку с той же самой блондинкой на обложке, купила и ее.

«Надо будет все это внести в реестр расходов», – усмехнулась я.

Знать, кто проделывал такие отвратительные штуки, было мало.

У меня пока не было никаких доказательств. А прийти и сказать ему – я тут вас вычислила: письма писали именно вы. И что дальше?

Ах, скажет он мне, действительно! Как это я, такой бессовестный, писал их! И как я вам благодарен за то, что вы сумели догадаться об этом!

Я рассмеялась.

Мне сейчас было нужно, чтобы этот человек сам себя выдал. И как ни удивительно, у меня не было ни капли стыда, что я действую его методами!

Но вот почему он это делал и чего он добивался?

На улице теплую погоду, так напоминающую лето, сменила холодная слякоть – только что прошел дождь, и теперь воздух был холодным и влажным.

– Нечему удивляться, – с тоской по ушедшему теплу пробормотала я. Все-таки октябрь, и ничего с этим не поделаешь.

Почему, когда появилась на свет Ларчикова кукла, у моего «подозреваемого» был такой странный взгляд?

Удивление и оторопь.

Кто-то еще играет в мою игру – вот что означал этот жест! Во всяком случае, мне показалось именно так.

Нет, я совсем не такая уж глупая, чтобы строить обвинение только на догадке.

Мне нужно, чтобы он доказал свою причастность ко всему этому. Но как?

Все упиралось в одну деталь.

Я не могла понять его мотива.

А нет мотива – какое, к черту, преступление?

– Ладно, Александра, – сказала я себе. – Главное – относись ко всему философски. Все устроится, если ты будешь сохранять спокойствие и терпеливо ждать. Все устроится, вот увидишь.

Примерно то же самое мне сказал и Пенс, которого я в очередной раз потревожила бестактным вторжением в его владения.

– Сашка, – сказал он, выслушав мое сбивчивое повествование и вытирая руки грязной тряпицей. – Почему тебе вдруг пришло в голову, что это он?

– Ну вот, – расстроенно махнула я рукой. – Так я и знала… Безосновательное обвинение, да?

– Да нет, я бы так не сказал, – задумчиво молвил Пенс, – потому что…

Он замолчал, задумчиво обозревая «Судзуки» и хлопая длиннющими ресницами.