Медсестрица Аленушка в стране козлов
Шрифт:
— Ну, что, опять пьешь, по ресторанам шастаешь? Сын растет бездельником, лентяем, а тебе только гульки на уме? Кто такую профуру замуж возьмет?
— Да я замуж не собираюсь.
— Это почему-же? Сыну мужское воспитание нужно, тебе деньги. Ты, что у нас — бизнесвумен? Ни себе толку дать не можешь, ни сыну. Родители твои, дай им бог здоровья, люди сельские, помочь тебе уже не могут. Только на меня у тебя надежда, а ты все грубишь. Ну, вот, скажи, куда ты Никиту определять собираешься после школы? В какое-нибудь ПТУ?
Алена считала себя терпеливой, но не плохо выносила насмешки над собой. Она услышала в теткиных словах издевку над собой и сыном. Еле сдержав себя, чтобы не наговорить грубостей, она ответила:
— Почему же в ПТУ? Думаю, попытаемся поступить в педагогический.
— Куда-куда? И на какой-же факультет?
— Физвоспитания, скорее всего.
Тетка удивленно вскинула брови: — Ну-ка, ну-ка, с этого места поподробнее.
— Никита занимается спортом…
— Это я знаю, — перебила ее тетка.
— Так вот, его тренер видит в нем задатки, намерен его продвигать.
— И это он сам тебе сказал?
— Да.
Тут тетка призадумалась. — А знаешь, может он и прав, твой тренер! Ладно, посмотрим, время еще есть.
Дальше тетка уже не наезжала, формально еще поговорили о родителях и гостья удалилась. Алене захотелось напиться. Полина была на дежурстве, обзванивать других подружек было лень, поэтому вместо веселого вечер получился скучным, прямо по заветам тети, с чаем и книжкой.
Профком сподобился раздать билеты на какой-то концерт. Алена считала себя любительницей музыки, хотя специально сама никуда бы не пошла и денег на билет пожалела бы. Но, как говорится, на халяву и керосин шампанское. Кроме них с Полиной, билеты были еще у двух сотрудниц отделения. Так что, организовался маленький культпоход. Места оказались на балконе, на втором ярусе. До сцены было далековато, но зато хорошо можно было рассмотреть публику в партере, чем и они занимались перед началом представления.
— Смотри, смотри, кто пришел, — толкнула Алену в бок соседка: — вон, внизу, правее смотри, видишь?
Внизу, между рядами боком продвигался Роман Олегович с какой-то дамой, очевидно женой.
— Да он у нас красавчик модный, оказывается. — Шептала соседка.
Действительно Ромчик был одет стильно — на нем был модного синего цвета пиджак, белая рубашка с черным галстуком-бабочкой.
— А жена, смотри, пигалица какая-то.
А вот здесь Алена была не согласна: "пигалица" была миниатюрной шатенкой с изящной фигуркой и приятными чертами лица. Она заметила, что их разглядывают и что-то шепнула Ромчику. Тот поднял голову, нашел взглядом девчонок и приветственно помахал им рукой.
Концерт получился интересный, но Алена постоянно отвлекалась, тайком рассматривая Ромчика с его спутницей. Ромчик выглядел оживленно, совсем не так, как на работе. Он охотно аплодировал, в промежутках между номерами наклонялся к спутнице и что-то ей говорил, смеялся.
"Так вот он какой, северный олень", — думала Алена и ей почему-то становилось все более грустно и захотелось уйти, не дожидаясь окончания концерта.
Такое настроение не укрылось от подруги: — Ну ты че захандрила? Концерт не понравился? Да, это вам не леди Гага, а наша, местная баба Яга! — Рассмеялась Полина собственной шутке.
После концерта единодушно решили отметить это мероприятие посиделками в кафе. Из четверых двое — Полина и Алена жили ближе к центру, две другие жили возле больницы, в Городке и редко выбирались "в город", тем более для похода в театр, филармонию или другое культурное заведение.
В кафе дружно принялись обсуждать Ромчика и его супругу. Все сошлись в мнении, что "наш" Рома — красава, а вот что касается его жены, здесь мнения экспертов разошлись. Алена настаивала, что они гармоничная пара, остальные с разными аргументами пытались доказать, что это совсем не так.
— А дети у них есть?
— Да, двое, уже больших, старший в медунивер поступил в этом году.
— А жена так молодо выглядит.
— Это потому, что муж заботится о ней.
— Любит наверное…
Вывод о том, что их доктор любит свою жену, то ли опечалил участниц дискуссии, то ли настроил их на философский манер, но дальше разговор пошел вялый. В скорости жительницы Городка покинули компанию, было поздно, транспорт туда по вечерам ходил плохо.
Полина с Аленой остались одни. Алене опять стало муторно на душе. Заказали бутылку водки. После пары рюмок вроде стало попускать.
Полина разделяла настроение подруги. Ей казалось несправедливым, что у доктора красивая (ну да, все-таки красивая, если честно) жена, ребенок в универе учится. И сидит он партере, на хороших местах и смеется и аплодирует и хорошо ему, счастлив он, наверное. А они работают рядом, работа у них еще тяжелее, чем у врача (а кто попробует поспорить?), и сами они красивые, не хуже Роминой жены, а жизнь у них, прямо скажем, сломана. Все эти плоды своих размышлений Полина вывалила на подругу, добавив сакраментальное: — И где же справедливость?
— Эх, Полинка, Полинка! Да все справедливо! Ведь Ромина жена его выбрала в свое время, а не козлов таких, как наши мужья, слава богу, что бывшие. А почему? Потому что умнее нас была и сейчас умнее, раз не расстались. И ребенки у них умные родились, потому что генетика. И не пьет она по кабакам, как мы с тобой. И не нужно ей искать кобелирующих личностей, чтобы потрахаться, когда есть Ромчик под боком!
Полина задумалась, таинственно улыбнулась и спросила:
— А как ты думаешь, Ромчик классно трахается? Я че-то думаю, что классно…
— Ну, так возьми, попробуй!
_ Все смеешься, подруга… А я бы ему дала! Да только оно ему и на х…й не надо. В смысле я не нужна…
— Ну, если вернуться к старой аксиоме, что все мужики козлы, то просто Рома в компенсации в данном периоде. А если его декомпенсировать, как говорят наши доктора?
— Окозлить что-ли? Тогда на хер он сдался, если козел.
Подруги поняли, что зашли в логический тупик и разлили по новой.
Водка шла хорошо и пришлось прикупить еще бутылку. К ним стали подсаживаться мужички, но, видимо Ромина аура витала над ними, поэтому они