Чтение онлайн

— Ваш отец что-то с этого получал?

— Мне кажется нет. Изначально планировал забирать какую-то справедливую долю веркштейна, но решил подождать. Не успел. Рыбаки с принадлежавшего Нульгманам судна заметили, как он входил в пещеру. Рассказали Хагану. Уже он донес городской страже. Те начали следить за отцом. Поймали с поличным. Потом случился суд. Дальше ты знаешь.

Готтольд разжег огонь в печи, его сестра поставил внутрь горшок со вчерашней пшенной кашей. Агнесса демонстративно не участвовала в разговоре. И притворялась, что шла светская беседа на отвлеченные темы.

— Мне не дает покоя часть про морского короля. Обитай он до сих пор в море, в республике об этом наверняка бы говорили. Но подобного я не слышал.

— История не закончилась. Пойми, под водой время движется по-иному. Озирты живут куда дольше людей. Говорят, есть даже трехсотлетние старики. Совсем как библейские патриархи. Расстояния намного больше, чем на суше. И помимо четырех сторон света кланы способны путешествовать еще и в глубину. Так что объединение моря может затянуться на десятилетия.

— Не забывай про город Ейзенбург, — Агнесса не вытерпела и включилась в разговор, так и не повернувшись к ним лицом.

— Да, Ейзенбург. Портовый город чуть поменьше Наяхафена. В позапрошлом году он опустел за одни сутки. Достоверно известно, что напало море. Воины ночью вышли из воды, смяли все сопротивление. Жителей убили во сне, сколь-либо ценное унесли с собой. На подобное не способен ни один клан. Даже самый многочисленный.

— Как далеко отсюда этот Ейзенбург?

— Примерно тысяча миль. Больше ничего подобного не случалось. Либо новости до нас не доходили. Но никто не бьет тревогу. Среди людей не говорят о сильном вожде в море. И, соответственно, правители не готовятся воевать с ним. Теперь мы с Агни храним тайну, которая так терзала отца.

— Что произошло с остатками клана Голькт и союзниками, когда они получили оружие?

— Снова пошли в самоубийственную атаку. И практически все погибли. Из Гольктов остался только один старик. Даже не клановый старейшина. Сказитель. Можно считать, морской священник. Собственно, с его помощью мы и смогли восстановить связь между мирами.

В это время Агнесса достала из печи горшок каши, разложила на три глиняные тарелки. В центр стола опустила краюху ржаного хлеба. После произнесенной скороговоркой молитвы Орель принялся за еду. Съел половину порции, прежде чем продолжить разговор.

— С самого начала вы были со мной неискренне, даже когда утверждали, что говорили прямо. Понимаю и принимаю ваши мотивы. Но повторю тогдашний вопрос: что вами движет? Желание остановить неведомого морского вождя?

Агнесса продолжила молча жевать. Готтольд отложил ложку.

— Нет. В тот раз мы говорили правду. Хотим обелить фамилию Виглер и вернуть было влияние. Делами моря пусть занимаются короли, князья и герцоги.

— Зачем тогда мечи?

— Они высоко ценятся у озиртов. Можно выгодно обменять на самородки. И даже не обращаться к ныряльщикам. Ничего более. Мы ожидали другого, когда соглашались принять посланника из твоего мира.

Орель засомневался. Близнецы вполне могли запросить у ордена напрямую серебро, хоть в монетах, хоть непосредственно слитками. Или даже украшениями. Если боялись, что незнакомые деньги не примут — то могли отправить на ту сторону образцы монет, которые орденские чеканщики легко бы скопировали.

Это однозначно более безопасный путь, даже без учета прошлого близнецов. Но механик решил, что в данный момент это не важно. Он зацепился за последнюю фразу Готтольда и счел нужным уточнить.

— А чего вы ждали от человека с той стороны?

— Мы получали орденские письма с условиями договора. И из этого создались определенные ожидания. Что от нас требуется только забрать человека из пещеры, поставить на ноги и обеспечивать кровом и едой. Дальше ты все должен был делать самостоятельно. А мы продолжаем тебе помогать и рисковать своим положением. И без того шатким.

Механик мог бы поспорить в мелочах, но в целом признавал правоту Виглеров. Хотя за собой вины не чувствовал — о деталях договаривались без его ведома. А сам Орель честно старался выполнить свою часть. Пусть получалось не так, как планировал. Решил сменить тему, заодно и выяснить ответ на давний вопрос.

— Вы забрали тело из пещеры. А как этот человек там оказался?

— Тебя… Будущего тебя нашел сказитель из клана Голькт. Последние годы он обитает недалеко от Наяхафена. На больших глубинах, чтобы не столкнуться с ныряльщиками или не попасть в сети. Я не обманывал, когда объяснял в прошлый раз. Этот человек действительно утонул. Тело подобрал озирт и оттащил в пещеру во время прилива. В ту же ночь связался с нами. Ну и мы отправили весть, что готовы к пришельцу.

Готтольд закончил рассказ и продолжил торопливо доедать остывшую кашу. По его поведению стало понятно, что Виглер не собирается продолжать разговор. Агнесса молча поднялась из-за стола, собрала посуду и положила в таз с водой.

— Готтольд, я пошла спать. И тебе советую не засиживаться. Завтра встаем до рассвета.

— Я тоже иду. Орель, если у тебя остались вопросы, то давай подождем до следующего вечера. Нам действительно предстоит много работы с куклами, а времени в обрез. Никогда так сильно не надеялся, что придет шторм и запрет корабли в порту.

Оставалось только пожелать близнецам доброго сна.

***

Следующие дни Орель провел в мастерской Вельфа. Старался не беспокоить раны и больше смотрел со стороны и лез под руку с советами. В конечном счете и молодой кузнец, и его подчиненные попросили не подсказывать и дать работать самостоятельно.

На четвертый день Лехтмана нашел недовольный Изаак. Он рассчитывал встретить механика в кукольной лавке и необходимость делать крюк до кузнецкого квартала разозлила первого помощника. Он протянул Орелю объемистую шкатулку.

— Держи. Со дня на день принесу всякие шестерни от кузнецов, можешь начать собирать.

Орель приоткрыл крышку и увидел внутри веркштейновое стекло. Две дюжины линз примерно равного размера, переложенные мягкой тканью. Будущие глаза для автоматов.

— Еще нужны самородки. С линзами и камнями я смогу обучать механизмы командам.

— Веркштейн скоро будет. Дождись, пока ныряльщики соберут. Еще одно. У кузнецов начали выпытывать, для кого детали. Хаган злится. Держи.

Первый помощник снял с пояса нож в кожаных ножнах. Коротки, вместе с рукоятью всего в ладонь длинной. Изаак бросил оружие на стойку. По какой-то причине он старался не передавать вещи из рук в руки.

— Носи всегда с собой. Ходишь как дурак безоружный.

Механик молча прицепил ножны к поясу. Поведение первого помощника его задевал, но конкретно сейчас тот был прав. Изаак резко повернулся и не прощаясь направился к двери в лавку. На пороге что-то вспомнил и обернулся.