Чтение онлайн

— Шкатулку вернешь. Освободи к завтрашнему дню.

К концу недели в доме близнецов скопилось достаточно деталей, чтобы начинать производство. Орель начал с грудной клетки и гнезда для самородка. Полдня потратил на первое тело. Потом пришлось повторить все действия одиннадцать раз. Во время работы механик не мог избавиться от мысли, что зря согласился собирать сразу дюжину.

Еще в прошлой жизни на службе ордену святого Бенефиция ему приходилось трудиться в мануфактуре, где одновременно создавались десятки автоматов-солдат. Но достаточно быстро его талант заметили старшие мастера-механики. И вместо сборки Орель стал разрабатывать новые механизмы, а не собирать по чужим чертежам.

А для сотрудничества с Куно пришлось вспомнить молодость. Повезло, что Виглеры согласились присоединиться к сборке после окончания срочного заказа. Механик чувствовал неловкость от бесплатной по сути помощи от близнецов. Но отказываться от лишних рук не стал.

Вскоре в лавку снова пришел Изаак в сопровождении двух крепких моряков, доставил следующую партию самородков, дюжину штук. На этот раз для автоматов. Тем же вечером первый помощник с «Благочестия святого Михаила» принес еще больше деталей от гильдии кузнецов.

Механик занимал все больше места в мастерской. В конечном счете Агнесса взбунтовалась и потребовала, чтобы Орель перебрался на чердак и собирал автоматы там. Пришлось переносить все относительно готовые части.

По вечерам становилось недостаточно светло для нормальной работы, а жечь свечи было слишком дорого. Почти вся прибыль от этого заказа отправится на ту сторону в орденские владения. Поэтому в первую очередь собрали каркасы туловищ и соединили линзы с камнями.

С закатом выстраивал заготовки полукругом на чердаке. Жестами командовал самородкам запоминать движения. После чего до ночи отрабатывал приемы со шпагой по местному учебнику фехтования.

В таком режиме прожили следующие несколько недель. В какой-то момент Лехтман поймал себя на том, что не выходил из дома дней пять. С утра доводил до ума полученные от гильдии детали. Шлифовал, стачивал заусенцы на стали. Подрезал пружины, которые выходили слишком тугими. Потом собирал скелеты и подгонял элементы друг к другу. Монотонно повторял каждое действие по двенадцать раз. И вечером поднимался на чердак и методично отрабатывал фехтовальные упражнения.

Все это продолжалось, пока за очередным ужином Готтольд не предупредил:

— С новолуния прошло четыре ночи. Со следующего дня откроется окно между мирами.

— Значит, завтра с приливом и сходим.

— Снова хочешь идти? Я могу переслать самостоятельно. В этот раз совершенно честное предложение, все секреты ты узнал.

— Надоело сидеть в лавке. Идем вдвоем.

На следующий день отправились в дорогу еще до рассвета. По пути Орель несколько раз пытался начать беседу, выяснить дополнительные подробности из того периода, когда Готтольд помогал отцу в работе с озиртами.

Но кукольник отвечал неохотно и односложно. В конечном счете Лехтман прекратил попытки и оставил спутника в покое.

Шли дольше, чем в прошлый раз. Готтольд решил перестраховаться и повел кружной дорогой. Боялся, слежки со стороны людей Хагана Нульгмана. Орель не стал спорить, хотя сомневался, что такими простыми маневрами они могли сбить преследователей со следа. Понимал причины, стоявшие за действиями Виглера.

Сошли с дороги и двинулись по обнажившемуся с отливом морскому дну. Уже по знакомому пути достигли входа в пещеру. Виглер остановился, еще раз огляделся, убедился, что их никто не видит. После чего достал из сумки связку лучин, быстро зажег первую и медленно вошел в пещеру. Внимательно смотрел под ноги. Отчасти для того, чтобы не упасть. Отчасти в попытке заметить, бывал ли внутри кто-то кроме них.

Но при каждом приливе в узкий скальный проход затекала вода и уходила позже отливе. Обстановка чуть-чуть, но менялась. И не было смысла натягивать сигнальные нитки, либо складывать по-особенному камни, чтобы отследить чужое присутствие.

Они дошли до нужной камеры. Пока Готтольд возился со свечой, Орель достал из сумки самородки, лишний раз пересчитал, убедился, что ни одного не забыл. Когда стало светлее, механик увидел на песке в центре высеченной фигуры выведенную надпись.

Первая мысль Ореля была о послании из другого мира. Он подпалил лучину и присел на корточки. Быстро понял, что ошибся. Это были не буквы родного алфавита. А пиктограммы озиртов. Четыре простых знака — перечеркнутый по диагонали круг, три пересекающихся линии, ромб и человеческая фигура.

— Готтольд, что это?

— Символы моря.

Механик недовольно посмотрел на собеседника. Уже неоднократно близнецы уверяли, что больше не держат от него тайн. И всякий раз на деле слова оказывалось ложью.

— Я понимаю, чей это язык. Что здесь написано?

— У моря нет настоящей письменности. Смотри, — кукольник поочередно указал на пиктограммы. — Разговор или договор. Обмен. Сражение, вражда, месть. Человек или озирт. Как видишь, присутствует свобода для трактовок.

Орель сложил все символы в одно простое слово: «Предатель». Но кукольник был прав, это лишь одна из возможных интерпретаций.

— И кто это начертил?

— Сказитель моря. Последний выживший из клана Голькт. Помог переправить тебя в наш мир. До сих пор считает, что с ним сохранилась какая-то договоренность. Похоже, следил за пещерой и заметил нас при прошлом визите. Не бери в голову.

Готтольд наклонился и провел ладонью по песку, стирая надпись. После чего подобрал осколок веркштейна и поднес к огню свечи. Орель решил последовать совету и не придавать значения посланию. Он присел и начертил три слова на родном языке.

«Не оружие. Серебро».

Он успел обдумать это решение. Все же простой запас драгоценного металла был куда надежней и безопаснее, чем клинки для озиртов. Решил не указывать количе серебра. Неизвестно, в каком положении сейчас был орден и скольким мог пожертвовать.

Тем временем Готтольд поправил самородки, убедился, что ни один не высовывался из центральной части фигруы. Следом прочертил разогретым веркштейном борозды в нужно порядке. Все было готово.

— Закончил, теперь остается ждать. Орель, пошли на воздух. Твой орден предупреждал, что во время перехода здесь не стоит находиться. Да и не стоит впустую жечь лучины.

Орель кивнул и первым пошел к выходу из пещеры. На этот раз решили не подниматься на берег, а остались в приливной зоне. Только отошли на несколько десятков шагов в сторону. Орель помнил, что в этом месте когда-то заметили Лотара Виглера. И запущенная цепочка событий конечном счете привела его на эшафот.

Но теперь они знали, что в пещеру заходил кто-то третий. И он вполне мог наблюдать за ними прямо в этот момент. Следовало оставаться и сторожить, как отправляемый веркштейн, так и ожидаемое серебро.