Чтение онлайн

— Заметно, что ты в Наяхафене чужак. Все можно было сделать быстрее и дешевле, если уметь договариваться.

— Однако весь город обо мне узнал. И все увидели, на что способны талантливые механики.

— Не обманывайся. Ты выступил мимолетным развлечением, не более. Но теперь все станет иначе. Пожалуй, мы начнем с дюжины штук.

— Нет, слишком много. Сделать двенадцать автоматов — это примерно год работы.

— С одним кузнецом — да. Но вот мои заказы возьмется выполнять сразу вся гильдия. На тебе останется сборка и контроль конечного результата. Ну и та волшебная часть, после которой механизмы начинают слушаться команд. Скажи заранее, потребуется мастерская?

— Нет, близнецы позволили работать у них, — покачал головой Лехтман. Решил последовать наставлениям Агнессы.

Контрабандист не стал спорить. Они пожали руки, подтверждая договор. Куно выглянул из каюты и криком подозвал к себе мужчину с восковой дощечкой, с которым Орель заговорил первым. Тот медленно и неохотно подошел, остановился в дверях и достаточно дерзко спросил:

— Чего случилось?

Куно не придал значения тону вопроса. Указал рукой на мужчину.

— Орель, познакомься с Изааком. Он первый помощник на «Благочестии святого Михаила». Изаак останется в городе. И, поскольку он помощник, то и будет помогать с работой. Решит все возникшие проблемы.

— Сделаем, — односложно подтвердил мужчина.

Уже втроем обсудили детали договора и первые шаги. Механик настаивал на задатке в треть от общей стоимости. Куно его высмеивал и сбивал цену. Орель плохо умел торговаться, но чувствовал, что именно сейчас стоило бороться до последнего. Поэтому упорно требовал самородки и набивал цену. В конечно счете договорились на четыре фунта веркштейна за каждый автомат, либо серебра, достаточного для покупки четырех самородков. В качестве задатка механик получит треть об обещанной суммы.

Когда закончили разговор о деньгах, начали обсуждать внешний вид и возможности автоматов. Куно потребовал, чтобы они полностью состояли из металла, без деревянных вставок и вываренной кожи. Механик не стал возражать. В случае первого автомата он стремился сэкономить. А теперь он был готов тратить чужие деньги.

Куно настаивал на охраннике с его стороны, который бы присутствовал во время всего процесса. Для больше безопасности, чтобы никто ночью не пробрался в мастерскую и не украл либо испортил работу. Но тут Орель отказывался до последнего и настоял на своем.

Всего разговор занял часа три. Когда закончили, Куно вышел проводить механика. Вместе дошли до сходень, где контрабандист остановился.

— Не ожидал таких яростных переговоров. Возможно, ты живешь чужую жизнь, Орель Лехтман. Тебе стоило быть торговцем, а не возиться с шестеренками и противовесами. Преуспел бы намного больше, чем сейчас.

— Но я лучший механик в Наяхафене. Твой дядя не способен и близко подойти к фехтовальным автоматам.

— И сильно тебе помогает? Ты далеко от родины, без денег, имущества и связей. Живешь в доме родственников с поганой историей в недавнем прошлом.

Лехтман ничего не отвечал. Оставался контраргумент — по сути, Нульгман описывал выдуманную жизнь, которую на самом деле никто не проживал. Но, разумеется, говорить об этом было нельзя.

— Ситуация настолько плоха, что даже согласился на мое предложение. Малышка Агни наверняка рассказала о репутации Куно Нульгмана. Но тебя это не остановило.

— Не продолжай, — решил перебить Орель. — Согласен. Давай работать.

***

Механик вернулся в дом Виглеров и до вечера провозился с останками фехтовального тренажера. Попросил у Готтольда писчую бумагу и перо с чернильницей. Кукольник неохотно поделился. В Наяхафене легко можно было купить листы бумаги, которые производили прямо в республике. Но она оставалось достаточно дорогой.

А близнецы старались во всем экономить и не тратиться зря. Даже после того, как прочно встали на ноги, не смогли побороть привычки из тяжелой юности.

— Не бойся, я вам все возмещу, когда закончу заказ.

— Агни предупреждала тебя, что не стоит слишком сильно доверять Куно?

— Да. Думаешь, он меня обманет?

— Не сразу. Но в конечном счете он обязательно тебя предаст. Променяет на деньги или чтобы улучшить с кем-нибудь отношения. Например, Хагану Нульгману. Пусть Куно с ним и не ладит, но ради собственной выгоды может оказать услугу.

— Ну вот с первой законченной работы я вам точно верну. А дальше посмотрим.

За вечер механик подготовил шесть заказов — набор деталей и подробную инструкцию, чего он ожидает на выходе. На первом этапе решили обратиться в полудюжину кузнечных мастерских одновременно. Орель постарался разделить элементы так, чтобы не удавалось понять, для чего предназначались шестерни.

К следующему полудню в лавку кукольников зашел первый помощник Изаак в сопровождении двух крепких загорелых мужчин, по виду моряков. Немногословный Изаак молча положил на стойку сумку и начал выкладывать самородки веркштейна. По размеру каждый был не меньше кулака взрослого мужчины.

В это время спутники Изаака вышли из лавки и встали возле дверей. Первый помощник не хотел, чтобы и дела случайно увидел кто-нибудь посторонний. Орель подумал, что легче было передать веркштейн в мастерской. Но вслух ничего говорить не стал, дал Изааку шанс покрасоваться.

Всего получилось девять камней.

— Осмотри и подтверди, что забираешь.

Механик готов был поверить на слово, но решил на всякий случай убедиться, что все в порядке. Неторопливо начал перебирать самородки. Они определенно представляли собой самый настоящий чистый веркштейн. Орель дошел до середины, когда увидел нечто необычное.

На угловатом камне был вырезан символ. Механик провел пальцем по грубым линиям, пытаясь понять, что именно изображено. Это определенно не буквы здешнего алфавита, не христианский атрибут. Более простой символ, похожий на сильно стилизованный рисунок человека. А может, и озирта.

— Что это? — механик протянул самородок первому помощнику.

— Камень как камень. Картинка хуже не делает. Заменить сейчас не сможем. Либо бери, либо жди окончательного расчета после завершения работы.

— Это метка моря, — подсказал кукольник, заглянувший через плечо.

Орель подумал, что спрячет веркштейн сразу, как Изаак уйдет. И будет держать в тайнике до момента, пока не понесет их в пещеру. Так что символ никто не увидит. Поэтому не стал спорить. Быстро проверил оставшиеся, потом сгреб все самородки и унес в мастерскую. Когда вернулся, первый помощник уже забрал пакеты с деталями и инструкциями, поле чего не прощаясь вышел из лавки.

Поначалу Лехтман хотел спрятать камни в тайнике на чердаке, но все туда не поместились. Пришлось оставшиеся самородки просто положил под кровать, поближе к стене, чтобы сразу не получилось заметить.