Чтение онлайн

Другой вывод состоит в том, что основную ответственность за ориентацию на насильственное разрешение конфликтных ситуаций следует возлагать на родителей ребенка, которые, как отмечает К. Эльячефф, недооценивают способность детей воспринимать и понимать происходящее в период, когда те учатся говорить [456] . При этом родители нередко способны осуждать своих же детей, не связывая их поступки с собственным поведением, даже если оно являлось общепринятым, ранее.

Часто родители, имеющие определенные жизненные установки, а потому не подверженные столь сильному влиянию вербальных воздействий, рассматривают и психику детей соответствующим образом. Так, С. Хеллер и Т. Стил приводят характерные примеры особенностей детского восприятия. Родители из благих побуждений могут сказать ребенку, что он не должен пить алкогольные напитки, пока не станет мужчиной. У ребенка такое утверждение бессознательно трансформироватся в следующее: «Чтобы стать мужчиной, я должен пить». Смысловое значение для взрослых и ребенка качественно различается. Кроме того, воспринятое ребенком значение стало для него своебразной программой к действию, постгипнотическим внушением, которое он затем успешно претворяет в жизнь: начинает пить [457] .

В другом случае, описанном терапевтом, говорится о гомосексуалисте, которому, «когда он был маленьким мальчиком, говорили: “Никогда не делай «это» с девочками”. При этом его били ремнем. Мальчик перевел (курсив мой. – И. П.) это для себя следующим образом: “Плохо делать «это» с девочками, но вполне нормально делать «это» с мальчиками”. Годы спустя его назвали “гомосексуалистом” за то, что он оказался таким хорошим гипнотическим субъектом» [458] . Указанные люди были научены «вести себя так, что другие называют это ненормальным» [459] .

Д. Дьюи верно указывает как на недостаток взрослых убеждение в том, что мнения, возникшие, по сути, в ходе их личной жизни, незыблемы, «священны» [460] . Умственная закостенелость взрослых нередко порождает конфликтные ситуации с ребенком. Следует, видимо, исходить из принципа, что ребенок всегда прав. Его реакция является зеркальным отражением устоев нашего общества, и борьба с ним означает борьбу с самим собой. Насилие по отношению к ребенку порождает в конечном счете новое насилие. То, что человек получает в детстве, то он впоследствии и отдает обществу. Его поведение «как бы воспроизводит содержание раннесемейных отношений, является как бы ответом на них, их продолжением или следствием» [461] .

Крайне важен для развития агрессии, которая в этом случае становится моделью поведения в жизненных ситуациях, характер взаимоотношений между братьями и сестрами. Ссылаясь на данные исследований, Р. Бэрон и Д. Ричардсон утверждают, что «наличие насилия во взаимоотношениях между детьми в одной семье… оказывает большее, чем все прочие семейные взаимоотношения, влияние на социализацию индивида, результатом которой становится усвоение силовых моделей поведения» [462] .

Существуют различные причины, способствующие неправильной социализации ребенка в семье и обществе. Во-первых, незнание родителями структуры и содержания гармоничного процесса воспитания. Родители в свое время также были детьми и могут нести по жизни все те отрицательные установки, которые имели в своем детстве и которыми продолжают руководствоваться в жизни. Проблемы в семье являются причиной детских неврозов. По данным А. И. Захарова, проблемы могут исходить от трех поколений: прародителей, родителей и детей. Автор отмечает отрицательные последствия недостатка в семейных отношениях отцовского влияния и, наоборот, избытка материнского влияния в прародительских семьях [463] . Женщина, считающая себя способной заменить своему будущему ребенку отца, закладывает для себя и ребенка мину замедленного действия.

Во-вторых, нежелание познать самого себя и мотивы своего поведения во взаимоотношениях со своим ребенком. Проявляя недовольство поведением своего ребенка и наказывая его, родители не всегда отдают себе отчет в том, что они реагируют на отрицательные черты, имеющиеся в них самих. Как уже говорилось, каждый ребенок является зеркальным отражением своих родителей. Человек реагирует только на те проявления, которые ему созвучны. Они могут быть и положительными, и отрицательными.

В-третьих, отсутствие времени на воспитание детей, поскольку родители заняты добыванием средств к существованию [464] . Дополнительным и осложняющим фактором является задержка заработной платы или ее невозможность обеспечить достойные [465] условия существования семьи.

Перечисленные причины приводят к возникновению в семье атмосферы непонимания, к отсутствию любви и гармонии [466] . Вокруг ребенка царит не принцип Единства с окружающим миром, а разделения и различия, самоутверждения за счет другого. Невозможность реализации своей личности в обществе способствует нарастанию отчуждения и становится причиной «его социально-психологической изоляции от семьи, учебных и трудовых коллективов, других малых групп» [467] .

При отсутствии компенсирующего воспитания это может привести «к дезадаптивному противоправному поведению, во многом объясняя длительный рецидив преступлений» [468] . Их повторные преступления «выступают (часто неосознаваемо) способом преодоления отчуждения в условиях свободы, где они не могут адаптироваться» [469] . Выход из ситуации возможен, если человек причины своего поведения начнет искать в себе. Но в действительности виновных нередко ищут на стороне (и находят), после чего пытаются с ними расправиться, совершая насилие и тем самым усугубляя свое положение.

Немалую роль в формировании моделей отношений у ребенка, отмечает А. В. Запорожец, вносит общество в соответствии с понимаемыми им воспитательными задачами и возрастными особенностями детей, на которых данное воспитание распространяется. Это проявляется в предлагаемых играх, создаваемых игрушках и игровых материалах. Через эти элементы у ребенка вырабатываются и фиксируются понятия и связи с окружающей действительностью, происходит воспитание и развитие личности [470] .

М. Монтень указывает, что некоторые родители расценивают как забаву отдельные действия их детей, в процессе которых они мучают кошку или собаку. В действительности «это не что иное, как семена и корни жестокости, необузданности, предательства; именно тут они пускают свой первый росток, который впоследствии дает столь буйную поросль и закрепляется в силу привычки» [471] .

Следующим источником формирования насильственного поведения и подверженности ему является взаимодействие с другими детьми [472] . Кроме того, Бэрон Р. и Ричардсон Д. обоснованно указывают на роль игры со сверстниками как на сравнительно «безопасный» способ обучения агрессивному поведению [473] . Как отмечает С. Семенова, все детство мальчишеское (и не только. – И. П.) «по дворам игрово готовится к убийству и войне» [474] .