Чтение онлайн

Материализации преступного насилия, а также его восприятию способствует свойство психики отражать действительность при помощи создания в мозгу человека определенного психического образа, так называемой идеальной модели реальности. Особо следует отметить роль первоначально приобретенных стереотипов поведения. Зарождение всех наихудших пороков М. Монтень верно усматривал в самом раннем детстве [423] . Именно в семье ребенок проходит первичную социализацию [424] .

По мнению В. С. Сокольского, личность, с точки зрения теории систем, является самосовершенствующей системой, которая активно приспосабливается к реальным обстоятельствам в целях их познания и управления в своих интересах [425] .

Как отмечал Л. С. Выготский, «приспособление к действительности, начиная с удовлетворения примитивных органических потребностей младенца, опосредовано через другого человека. Вот почему взрослый для младенца всегда “психологический центр” всякой ситуации, и смысл ситуации определяется для него в первую очередь именно этим социальным по своему содержанию центром. Это означает, что отношение ребенка к миру является зависимой и производной величиной от самых непосредственных его отношений к взрослому человеку.

Отсюда понятно, почему любая потребность младенца становится для него потребностью в другом человеке, в общении с ним… Важно подчеркнуть и другое: если потребности ребенка в другом человеке не удовлетворяются в надлежащей мере или не удовлетворяются вообще, то у него может не сформироваться потребность в других людях, в общении с ними» [426] , либо последнее принимает разрушительные формы.

В определенный период в жизни человека происходит то или иное событие, накладывающее негативный отпечаток на его сознание, и от родителей, прежде всего, зависит, какое отношение и модели реагирования на жизненную ситуацию возникнут у ребенка. В дальнейшем любые внутренние установки при повторении закрепляются в устойчивые реакции, образуя у индивида динамические стереотипы психического и физического реагирования [427] . Как указывал И. Я. Фойницкий, «привычка на человеческую деятельность имеет огромное влияние» [428] . Привычки создаются вследствие подражания человека. Э. Дюркгейм относил их к чисто психологическому явлению [429] .

Так, Д. Юм сводил все наши мысли или идеи к подражанию какому-нибудь предыдущему ощущению или чувствованию [430] . Если тождественного опыта у человека не было, то мысли и ощущения возникают по принципам ассоциации сходства, смежности во времени и пространстве и причинности [431] .

Исследуя окружающий мир, ребенок выясняет пределы своего возможного поведения. Немотивированный или недоступный для понимания запрет встает преградой на пути познания мира. Пока ребенок не поймет, почему нельзя что-то совершать, он не сможет чувствовать себя безопасно в соответствующей ситуации. То есть в этом случае у ребенка возникает субъективное ощущение угрозы собственному существованию. Перед индивидом стоит необходимость выбора в любой жизненной ситуации оптимального варианта своего поведения, что заложено на уровне подсознательного инстинкта самосохранения. Поэтому в воспитании детей недопустимы как вседозволенность (не сможет принимать правила общежития), так и суровые наказания (станет нормой поведения).

Подтверждением сказанного может послужить следующий пример.

Как впоследствии выяснилось, истоки такого «воспитания» – в моделях семейных отношений в период детства Александра.

По утверждению Р. Бэрона и Д. Ричардсона, на примере взаимоотношений между членами семьи индивид «учится взаимодействовать с другими людьми, обучается поведению и формам отношений, которые сохраняются у него в подростковом периоде и в зрелые годы» [433] . Со временем дети, усвоившие модель насилия, вырастают и вступают в брак, где также используют насильственные методы, «ставшие неотъемлемой частью их поведенческого репертуара, для решения своих семейных проблем и, замыкая цикл, передают их своим детям посредством создания характерного стиля дисциплины» [434] .

Поощряя негативное поведение или наказывая за то же либо за проявление самостоятельности в ориентировочно-исследовательской деятельности ребенка, родители угнетают или развивают в нем определенные навыки общения. Не всегда это делается намеренно. Например, если между детьми произошел конфликт, то родители ребенка, не разобравшись в причинах поведения, становятся на защиту и оправдание именно своего потомка. Или: ребенок оказал кому-либо помощь, но сам при этом пострадал. Высказывание возмущения по этому поводу не остается без следа.

В результате у индивида получают развитие элементы насильственного поведения либо закрепляется пассивная негативная реакция на определенный внешний раздражитель. К таким выводам приходят, в частности, исследователи Ц. П. Короленко и Н. В. Дмитриева. По их мнению, «запреты в воспитании, особенно сопровождающиеся отсутствием любви, – крайне неблагоприятный вариант. Но и другой вариант, при котором все разрешено, а любви нет, тоже неблагоприятен» [435] .

Перечисленные факторы создают благоприятную почву для роста насильственной преступности, в том числе психического насилия [436] . Внешнее благополучие в семье, материальный достаток и т. д. еще не означают внутренней гармонии в отношениях родителей и детей. Немаловажно, как достигается это благополучие и за счет чего. Если же в обществе культивируется приоритет материальных ценностей над духовным совершенствованием личности, то в совокупности рост насилия в обществе и государстве неизбежен и закономерен. Подобные обстоятельства, отмечают Ю. М. Антонян, М. И. Еникеев, В. Е. Эминов, «содействуют совершению тяжких насильственных преступлений… в особенности тяжких против личности, хищений, взяточничества, краж, грабежей и разбоев, хулиганства и других» [437] .

Если родители не уважают личность ребенка, возлагают на него свои амбициозные надежды без учета его интересов, внушают ему чувство долга или вины перед собой за свою «заботу» и ограничивают свободу его самовыражения, то, как правило, это приводит к отсутствию доверия в семье, снижению положительных эмоциональных контактов и отчуждению. Это происходит на раннем этапе развития личности «из-за невыполнения семьей своей основной функции – включения ребенка “через себя” в структуру общества» [438] .

Ю. М. Антонян, М. И. Еникеев, В. Е. Эминов отмечают, что существуют два основных способа отвергания ребенка: явный, сопровождающийся применением жестокого и унижающего отношения, и скрытный, в связи с «заблуждением» в отношении действительных жизненных интересов ребенка. В последнем случае родители полагают, что все делается для ребенка, а ребенок в этом заблуждении обретает «опору, надежду, уверенность, что все еще может сложиться хорошо» [439] во взаимоотношениях с родителями.

Явное отвергание исследователи считают более опасным, поскольку оно сопровождается применением жестокости, побоями, оскорблениями, унижениями, непроявлением заботы. В этом случае ребенок ожесточается, становится циничным, грубым, агрессивным, эмоционально глухим, не считается с интересами и чувствами других людей и сохраняет озлобление против родителей на всю жизнь [440] . Скрытное отвергание менее опасно, поскольку в этом способе «меньше вызова принятой нравственности, он менее оскорбителен, более простителен» [441] . Не во всех случаях можно с этим согласиться. Определить конкретный размер вреда от того или иного способа отвергания довольно проблематично. Еще сложнее просчитать форму и содержание отражения такого отношения на поведение человека в различных жизненных ситуациях. Это уравнение со многими переменными неизвестными.