Чтение онлайн

Иллюзия штормового фронта уже наступала с северо-запада, и Феликса, хоть и не могла видеть, но живо представляла себе, как суетится команда пиратского судна. Вскоре она увидела этому подтверждение — гроздь парусов начала постепенно редеть, будто кто-то обрывал бледные виноградины с кисти. Когда возня с парусами закончилась, корабль сделал разворот в сторону берега. Волшебница ускорила приближение иллюзорных туч, запустила молнии и под их прикрытием рванула напрямую к кораблю вместе с ураганом.

Вскоре до нее стали доноситься звуки. Кто-то на корабле вопил. Маленькие фигурки человечков, как муравьи, метались по палубе и лезли на рангоут. * «Вот так выглядит паника на море, — подумала Феликса, — и никто из них не чует, что ветер-то вовсе не штормовой!»

Им повезло, что погода к вечеру стала и без того пасмурной и холодной. В солнечный день такая иллюзия вряд ли смогла бы кого-нибудь обмануть.

Феликса старалась держаться так, чтобы воронка смерча крутилась перед ней, а ее саму скрывала из вида. Ей казалось, что воронка растет с каждым ее шагом. Возможно, так оно и было. Оставалось только запустить ее к кораблю и смываться, пока ее не заметили.

Она дала последнюю команду, развернулась…

… И резко ухнула под воду.

От неожиданности и холода она сразу рванулась к поверхности, но тут же остановила себя, осознав две вещи: воздух ей больше не нужен, а волны скрыли ее от моряков с гибнущего от ложного шторма корабля.

«Еще капелька магии, и поплыву, как дельфин», — успокоила Феликса саму себя. Со стороны чародейка напоминала скорее каракатицу, чем дельфина. Если бы кому-то пришло в голову заглянуть под воду, он увидел бы длинный след мелких пузырей, остающийся за ней, словно она толкала воду невидимыми щупальцами.

* * *

Кое-кому и правда пришло в голову посмотреть под воду. Можно сказать, что у него не осталось выбора: смерч смел его одним из ветряных лепестков из вороньего гнезда на фок-мачте «Черной Акулы». Он всегда неплохо справлялся с ветрами, наполнял паруса движением руки и даже мог защитить корабль от несильного шторма.

Но такого он на море еще не видел. За какой-то час небо, укрытое обычной пасмурной пеленой, вздыбилось тяжелым темным свинцом и заметало рогатые лиловые молнии. Капитан приказал идти на всех парусах к берегу, но тут появился смерч, да какой! Выше грот-мачты, равнодушно всасывающий хищным хоботом холодную соленую воду — и откуда он только мог взяться?

Капитан, как и вся команда, запаниковал и приказал убрать часть парусов, опасаясь, что ветер снесет мачты, если наполнит паруса. Вот только никакого штормового порыва ветродуй Ксантрий не чувствовал — а уж он имел опыт в таких делах. Поэтому он был готов, когда смерч подошел к ним: окружил свою голову воздушным пузырем и оттолкнулся от ревущей воронки воздушным потоком, полетев в море. Оказавшись в воде, он не торопился выныривать, вглядывался вместо этого в темную толщу в поисках причины внезапного шторма.

И увидел ответ на все свои вопросы.

* * *

Корабль ждал ее у восточной оконечности Скьортальна, самого популярного среди купцов острова из семи, составляющих Паланийский архипелаг. «Мы так и не назвали корабль, — подумала вдруг Феликса. — Безымянное судно из страны, которой больше нет».

Дина помогла ей выбраться, создав теплый восходящий поток.

— Импровизируешь? — улыбнулась волшебница.

Девочка смущенно кивнула и улыбнулась в ответ.

— Мы придумали имя кораблю! — похвалилась она.

— Но не скажем, пока его не покинут те, кто отказался плыть с нами одним курсом, — напомнил дочери Акыр. — Кстати, ребята, вам пора. Грузитесь в шлюпку.

Несколько угрюмых офицеров и горстка матросов, не более радостных, уже стояли у шлюпки. Судя по всему, в нее уже загрузили бочонок воды и немного еды, хотя плавание до порта займет всего полдня.

— Попутного ветра, — буркнула Феликса и ушла на корму, где заметила Брисигиду. В спину ей донеслось холодное прощание Акыра с моряками и слаженный скрип лебедок, на которых опускали шлюпку.

Дина, рдеющая от внимания, слушала грубоватые похвалы матросов. Брисигида улыбалась, глядя на нее.

— Вот мы и выбрались, — проговорила жрица. — Что дальше?

— Найдем пещеру или бухту, где можно прятаться ото всех, — пожала плечами Феликса. — Начнем подготовку к встрече с тем, что обитает на островах в море Фарнисса. Купим припасов — денег более чем достаточно. Потом отчалим к проклятым островам.

— Звучит просто, — подбодрила ее Брисигида. Заметив, как Феликса насупилась, Брис тоже сдвинула брови. — Тебя тревожит встреча с демоном?

Чародейка покачала головой.

— Нет… то есть да, конечно, это будет не просто. Я хочу поговорить о другом.

— Догадываюсь, — вздохнула жрица. — Ты многого просишь.

— Имею право.

Брисигида ссутулилась и обхватила себя руками, вмиг став какой-то жалкой и обессилевшей.

— Я не справлюсь, — она посмотрела подруге в глаза, — мне просто-напросто не хватит сил. Ты ведь не обычный восставший мертвец и даже не лич. Твоя душа по-прежнему связана с твоим телом, но помимо этого она еще и связана с источником Смерти! Твое тело не сопротивляется регенеративным чарам, как у других некротических сущностей. Я понятия не имею, как тебя упокоить, если ты начнешь терять человечность.

Она говорила очень тихо, голос дрожал. Жрица плакала совсем незаметно, без всхлипываний и спазмов, только мокрые щеки блестели, а из-под длинных ресниц быстро-быстро скатывались капли, одна за другой, одна за другой…

— Послушай меня, — она мягко взяла Брис за плечи, заглядывая в лицо. Из-под опущенных век все так же каскадом стекали слезы. — Ты слушаешь? — Жрица кивнула. — Я не собираюсь взваливать это целиком на тебя. Как только я почувствую, что меняюсь, что становлюсь настоящим мертвецом, я сама себя обезврежу. Мы выкопаем яму где-нибудь в безлюдном месте, такую глубокую, на какую хватит сил, заранее. Ты ее освятишь. Голову нужно будет закопать отдельно, остальное тело обмотать серебряной цепью и кинуть в яму. Потом…

— Хватит!

Брис вырвалась и стала кричать, размахивая руками, как подстреленный лебедь — крыльями.

— О чем ты просишь меня?! Отрубить тебе голову, сковать, бросить в яму — я кто, по-твоему, мясник? А потом жить с этим — с тем, что наследница престола лежит в сырой земле с полным глины и червей ртом и сатанеет от тоски, одиночества, предательства? Это ты просишь меня с тобой сделать?

Брис в приступе праведного гнева оказалась слишком громкой. Весь корабль от носа до кормы затих, уставившись на них.