Чтение онлайн

Следом за Паном он вышел из барака. Пан прошел к проволочным воротам, запертым на большой амбарный замок, и остановился возле них, поглядывая в сторону столовой, откуда за ними должны были прийти дежурный по столовой с охранником, с работником внутренней охраны, с вертухаем, как их называли в тюрьме.

В ожидании Пан закурил сигарету, но Игорю уже не предложил.

— То, что ты не куришь, — хорошо, с одной стороны, а со всех остальных сторон — плохо! — философски заметил он. — Здоровье здесь губят не от курения, а табак помогает отвлечься от мыслей о воле, не дает разгуляться нервам, способствует общению с другими зеками, много чего еще, перечислять можно до вечера.

— А куда торопиться? — подковырнул его Игорь. — В барак к опущенным?

Пан не ответил. Он заметил то, чего пока не заметил Игорь. К ним уже направлялся дежурный по кухне, держа в руке ключ от амбарного замка.

Игорь в это время открыл для себя еще одно важное обстоятельство: все заключенные, сидя на завалинках возле бараков, курили, трепались, смачно плевались на пари «кто дальше», но ни один из них не делал даже попытки подойти к «колючке», как все называли колючую проволоку, и пообщаться с зеками из других бараков.

Он поделился своими наблюдениями с Паном, тот только хмыкнул. Но потом все же снизошел до ответа:

— И тебе не советую это делать. Запрещено потому что! Ясно? «Хозяином» зоны. А кто очень общительный, тех либо в БУР отправляют, либо в карьер, откуда они прямиком отправляются к Господу Богу ответ держать о грехах своих.

— Так что, зона с зоной не общается совершенно? — удивился Игорь.

— Работяги, «мужики» которые, те не общаются! — подтвердил Пан. — А «воры в законе» всегда найдут возможность пообщаться. Зона-то «черная» считается. А это знаешь, что значит.

— Правят авторитеты! — ответил Игорь.

— Образование в тюрьме ты получил не хуже, чем на юридическом! — усмехнулся и как-то передернулся Пан. — Только теперь тебе эти знания не пригодятся. Полковник шутит, когда говорит, что ты, мол, молодой, выйдешь, учиться пойдешь. Параша все это! Ни в один вуз тебя не возьмут. Найдут тысячу причин, чтобы отказать. И в городе не пропишешься. И на работу путевую тебя не возьмут. Только на вредное производство.

Скрежет амбарного замка прервал его тираду, он замолчал и с улыбкой обратился к дежурному по кухне:

— Что-то, гражданин начальник, не торопитесь! Неужто мало картошки чистить?

— Желающих сегодня больше, хоть отбавляй, — засмеялся вертухай. — Аппетит проснулся. Обед был сегодня постный, ужин в урезанном количестве, котел перевернулся, и пюре сгорело.

— То-то так сильно пахло! — понял Игорь.

Только Пан иронично усмехнулся. Он уже был в курсе того, как котел опрокинули в огонь: картофельное пюре вертухаи растащили по домам, каждый захватил по кастрюле, а чтобы скрыть следы, остатки картофельного пюре спалили, чтобы запах пошел по всей зоне и каждому можно было напомнить, что и он нюхал этот запах.

Но Пан и виду не подал, что знает истинную подоплеку исчезновения котла с картофельным пюре на молоке. Ссориться с охраной себе дороже. Доказать ничего все равно не докажешь, а неприятностей на свою шею заработаешь целую кучу.

Впрочем, Игорь сам столкнулся с таким случаем мздоимства со стороны внутренней охраны, которая должна была питаться на свои деньги, получая кормовые, но предпочитала объедать заключенных, которым и так выделяли на содержание крохи, только бы с голоду не умерли, а то, что член стоять не будет, так это даже к лучшему.

На кухне кругом стояли большие котлы, куда заключенные бросали очищенный картофель. Сами они сидели возле огромной кучи картофеля, которую, на взгляд Игоря, вообще нельзя было перечистить и за месяц.

«Ты что, падла, глазки оставляешь?» — услышал сразу же, как только переступил порог кухни, Игорь.

«И так сожрут!» — послышался ответ, после чего послышалась звонкая затрещина и мат-перемат.

Заставили ли вырезать картофельные глазки напортачившего, Игорь так и не узнал. Ему с Паном тут же вручили ножи и усадили на свободные места, плечо к плечу, и они с ходу принялись за дело.

Пока Игорь не вошел в работу, он огляделся и заметил, как в глубине кухни один из прапорщиков внутренней охраны укладывал в бумажный пакет ощипанную курицу и несколько рыбин. Упаковав все это, он завязал пакет шпагатом и ушел.

— Ты работай, работай! — толкнул его в бок Пан. — Не сачкуй! А о том, что ты видел, забудь и не говори даже себе! Усек?

— Усек, усек! — поспешил согласиться Игорь и принялся за работу.

Он столько картошки начистил за свою жизнь и в детдоме, и в общежитии! Зачастую картошка была единственным продуктом в его меню, когда заканчивались деньги, вареная и жареная с постным маслом, она прекрасно утоляла голод безо всяких там разносолов.

Пан сразу отметил ловкость Игоря в таком трудном деле, как чистка картофеля, и одобрил ее:

— Трудяга! Не пропадешь в зоне, если языком управлять научишься. Трудяг не любят, но уважают. А «бугры» так просто молятся. И как это тебя «хозяин» в шныри записал?

— Там работы — вагон и маленькая тележка! — возразил Игорь. — Вкалывать руками, может, оно и легче.

— Это на воле легче! — вздохнул Пан. — А здесь — смерть!

— Что, так уж все и умирают? — возразил Игорь.

— Половина, так уж точно! — упорствовал в своей правоте Пан. — Ты думаешь, что беглец с оторванными яйцами когда-нибудь выйдет отсюда? Да ни в жизнь! Его «хозяин» не выпустит под угрозой расстрела. Я почему, как ты заметил, сразу же взятку дал? В котельной тепло и сухо, и мухи не кусают. А эту работу я хорошо знаю. В котельной еще никто не умирал, все выходили на волю.

— А кто там сейчас работает? — поинтересовался Игорь.

— Трудяга, хозяйственник! — охотно пояснил Пан. — Он в конце навигации отправится в городскую тюрьму досиживать несколько недель срока, а я займу его место уже надолго.

За разговорами да перебранками работа кипела споро. К отбою, объявленному по внутреннему радио, гора картошки, которую, на первый взгляд, и перечистить-то было нельзя, исчезла, зато все котлы оказались полными.

Руки у Игоря и Пана оказались черными от картофеля. Они помыли их с хозяйственным мылом и сели за большой деревянный разделочный стол, по обе стороны которого стояли деревянные лавки длиной со стол.

Каждому из своих работников повара накладывали в алюминиевые миски вареного рассыпчатого картофеля, политого подсолнечным маслом. Но все получили разные порции: кто меньше работал, тот меньше и получил, у поваров глаз зоркий. Игорь с Паном получили по полной миске обильно политого подсолнечным маслом пышущего паром картофеля.

Поработав несколько часов, Игорь почувствовал, что очень хочет есть, и с огромным аппетитом принялся уничтожать вкусную еду.

После крепкой заправки Игорь внезапно ощутил, что у него начинают слипаться глаза. Действие чифиря, как и предсказал Дарзиньш, закончилось, и стала сказываться усталость, вызванная тяжелой дорогой.