Чтение онлайн

После испытания с ножами двое участников погибли, четверо были тяжело ранены, и около трех десятков отделалось легкими царапинами. На следующий день, держа гаджет Кастиэля в руках и изучая приложение с информацией об участниках Металлического турнира, пока стилист накручивал мне новые локоны, я узнала, что, по итогам вчерашнего испытания, в сумме мы лишились пятерых пятикровок и одного тэйсинтая.

Восьмой день — осталось девяносто семь участников. Новость о том, что сегодня никаких испытаний проводиться не будет, благоприятно повлияла на всеобщее настроение. Даже амбалы тэйсинтаи были сегодня намного тише обычного, не жаждая доказывать своё превосходство посредством раскраивания чьей-нибудь черепушки.

— Ты ведь тоже тэйсинтай, правда? — Поинтересовалась я у Скарлетт, поправив ошейник на своей шее.

— Если девушка и попадала в Рудник, тогда она обязательно является тэйсинтаем, но девушек-победительниц за всё время проведения Металлического турнира можно сосчитать на пальцах одной руки. Я прошла через Ристалище пятнадцать лет назад, в восемнадцатилетнем возрасте…

— Ты стала одной из трех прошедших, не считая Металлов?

— Одной из четверых, не считая Металлов. На тот момент Свинец еще не был открыт — его открыли спустя пять лет. Из того месива вышли живыми только тройка парней и я. Вместе с нами в Руднике тренировалась и Ртуть, но она не прошла в пятидесятку и осталась в Руднике. Ей сделали с десяток переливаний, пока она не стала той, кем стала. Ртуть на четыре года старше меня, но после обращения в Металл она перестала стареть.

— Если тэйсинтаям для обращения необходимо переливание крови, тогда как обращаются пятикровки?

— Полной системы того, как именно происходит обращение, никто, кроме самих Металлов, не знает.

— Можешь рассказать мне о Ристалище подробнее?

— Ристалище — это мясорубка. Перед этой мясорубкой тебя ждет еще очень много страшных вещей, поэтому не вижу смысла захламлять твой мозг. На протяжении следующих двадцати двух дней тебе предстоит выживание, а ты всё еще как бельмо на глазу у всех участников — первая девушка пятикровка с лучшим гарантом и дружескими отношениями со вторым по силе Металлом. Слишком всё гладко… Тебя по-любому попытаются убрать. Не расслабляйся, иначе никогда не узнаешь о Ристалище.

Металлов в этот день среди нас не было. Наверное, из-за отсутствия испытаний. В течение дня, между завтраком, обедом и ужином, я изучала справочник целебных трав, находящийся в медицинском отсеке оружейной. Откровенно тренироваться метанию ножей или стрельбе, при недоброжелательных зеваках, чтобы подпитывать их страх к своей скромной персоне, было чревато последствиями, так что я решила исчезнуть из общего поля зрения и слиться с каким-нибудь тихим, не менее полезным занятием, нежели швыряние сюрикенов.

Основы целебных трав я знала. Каждое лето мы с Эльфриком собирали ромашку, мяту, шалфей, липовый цвет, валериану и шиповник, но инструкция, которую я держала в руках, не предусматривала привычных для меня растений. Энциклопедия называлась «Целебные травы Ристалища» и содержала в себе яркие изображения неизвестных мне растений. Прежде я никогда не держала в руках книг, которые пестрили картинками, поэтому удариться в изучение новой информации было несложно. В школе я была отличницей, лучшей в математике и литературе, но даже отличники в Кантоне-А не защищены от голодной смерти. Моим лучшим учебным заведением, которое я прошла от «а» до «я», была не школа, а сам Кантон. Звания же моих лучших учителей по праву достались Эльфрику и голоду. Так что если Ристалище — это лес, тогда у меня всё же есть шансы на выживание. Однако, листая энциклопедию, я вскоре поняла, что трав, указанных в ней, в обычном лесу не существует. Кара неизвестного мне дерева должна была помочь от простуды, фиолетовый цветок с шипами защищал от укусов насекомых, красная шишка странного гриба спасала от заражения крови… Благо у меня никогда не было проблем с фотографической памятью, так что к концу дня я вполне могла воспроизвести в памяти все сто двенадцать страниц пособия.

Ночью снова дежурила я, поэтому у меня было время на прокручивание в мозгу новой информации, что хорошо помогло закрепить материал. Только один факт не давал мне покоя — если в Ристалище произрастают столь странные деревья и растения, значит и выжить в нем, из-за моего незнания обстановки, будет сложнее. Даже если Ристалище — это лес, это не значит, что я могу на него положиться, как на свой «домашний», по которому мы с Эльфриком беззаботно бродили. Это умозаключение заставляло меня напрягаться раньше времени. Скорее всего, Скарлетт была права по поводу того, что мне не стоит заранее думать о том, до чего я могу и не дожить.

С мыслью о том, что мне необходимо сосредоточится на текущих проблемах в виде агрессивно настроенных участников и новых испытаний, я встала со своей койки под стук тяжелой руки Скарлетт, привычно врезающейся в дверь нашей казармы.

Когда Кастиэль переодел меня, сняв с меня корсет и натянув вместо него красивое боди, переходящее в короткие шорты, он начал негодовать по поводу того, что корсет на мне смотрелся куда более выгоднее «обычной тряпки», однако в «обычной тряпке» я чувствовала себя куда более комфортно. Надев свои прежние, обтягивающие штаны, я в очередной раз почувствовала себя подтянутой куклой, после чего отправилась в столовую.

Спустя два часа после обеда нас отвели в зал с огромным бассейном. Вытянув уже привычную лотерею из мешка, который держала всё та же клейменная женщина, и, зарегистрировав за собой номера, мы начали устраиваться на лавочках, окружающих бассейн. Сев между Шарлоттой и Луной, я расслабилась, так как мне предстояло выполнять задание только пятьдесят седьмой по счету. Суть испытания заключалась в том, чтобы нырнуть на глубину в двадцать метров, подобрать со дна одну из разбросанных монет и подняться вверх. Двадцать метров — это слишком большая глубина, особенно для неподготовленного ныряльщика. Последний раз я ныряла около месяца назад в лесном озере, чтобы высвободить запутавшуюся в зарослях сеть. Едва ли я когда-нибудь погружалась на столь большую глубину, но всё же опыт ныряния у меня был и я знала о секретах подводного давления, и продувании ушей, в отличие от многих участников (некоторые даже плавать не умели).

Прежде чем очередь дошла до меня, одиннадцать участников смогли справиться с поставленным перед ними заданием. Из девушек с заданием справилось всего двое — Шарлотта и Чеб — остальные не смогли достичь дна, не считая Луны, которая совсем не умела плавать и даже не смогла себя пересилить, и попробовать отпустить бортик бассейна. Прежде чем нырнуть, все участники снимали с себя одежду, оставаясь только в трусах и лифчиках (если это была девушка). Когда с себя снимали одежду девушки, парни громко свистели и кричали непристойности, так что от всего этого становилось тошно. Некоторым девушкам даже раздеваться не пришлось, так как кроме коротких топов и шорт на них ничего больше не было. И вдруг я поняла, что мой гарант мог заранее знать о предстоящем задании — иначе как объяснить его неожиданное решение сменить мой стандартный корсет, в котором я проходила всё это время, на легкое боди с шортами, более походящее на купальник?

Спустив с себя штаны и сняв толстовку под пристальными взглядами со стороны парней, я направилась к бассейну, проходя мимо сидящих на лавке Металлов. Моя грудь была слишком приподнята и чрезмерно оголена, отчего я всячески попыталась прикрыть её локонами, над которыми Кастиэль бился всё утро. Если бы он знал, какая судьба предначертана его трудам, он назвал бы испытание «кощунством» — не меньше. Под улюлюканье парней, сидящих справа от бассейна, я села на край бортика и, взяв одноразовые линзы, позволяющие свободно видеть под водой, ловко надела их одну за другой. Как только из воды вынырнул предшествующий мне участник, я аккуратно спустилась в бассейн и, повернувшись к бортику, слегка придержалась за него. Собираясь с мыслями, я случайно посмотрела в сторону Металлов, которые сидели справа, в пяти шагах от меня. Встретившись взглядом с Золотом, сидящим между Платиной и Францием, я улыбнулась в ответ на его улыбку и, наконец, нырнула. Вода была кристально-прозрачной и казалась голубой, из-за окрашенных стен бассейна, но моё погружение всё равно было сложным. С каждым метром давление становилось всё более ощутимым, и я начала пробивать уши машинально, не дожидаясь, пока их в очередной раз заложит.

Хотя я и работала ногами с предельной скоростью, мой спуск казался мне невероятно долгим. Когда же я, наконец, спустилась на самое дно и взяла заветную монету в руку, я вдруг поняла, что у меня почти не осталось сил на задержку дыхания. Стараясь не впадать в панику, я начала подъем наверх, но уже на полпути осознала, мои силы находятся на пределе своих возможностей. И всё таки, не смотря на панику, мне удалось всплыть и сделать оглушительный вдох. Подняв монету над головой, я продемонстрировала своё достижение, и Скарлетт громко объявила, что задание мной выполнено, при этом отметив что-то в своем блокноте.