Чтение онлайн

– А какой выбор?
– спросил Шелест.
– Я же не знаю, что у вас здесь есть... Кроме воды, - припомнил он завтрак.
– Хотя Белениус нас угощал чем-то. Оранжевое...
– Шелест задумался, как окрестить неведомый напиток, но Юфория и так поняла, о чем он говорит.

– Латрий! Это по-нашему. Эй, кто-нибудь!
– крикнула она, обращаясь, как показалось Шелесту, к толпе.
– Принесите латрия!

– Звучит, как химический элемент, - скривился Шелест.

– Что такое химический элемент?
– насторожилась Юфория.

– Никому не нужная фигня, - Шелест никогда особо не любил химию.

К ним подошла темноволосая девочка лет двенадцати. Она с видимым трудом водрузила на их стол поднос, уставленный огромными деревянными кубками, и, пыхтя, стала составлять с него полные сосуды.

– Нас вроде только трое, - сказал Шелест, но девочка унеслась, не обратив на его слова внимания.

– Хочешь сказать, ты собрался выпить всего одну порцию?
– вытаращилась на него Юфория.

– А ты хочешь выпить все сразу?

– Почему бы и нет?
– продолжала удивляться Юфория.

– Это вроде как вредно, - разъяснил Шелест.
– Ну, во всяком случае, если так много и сразу.

– Ничего не вредно. Латрий, хоть и опьяняет, абсолютно безвреден. Даже этой самой... зависимости не вызывает. А вот некоторые другие напитки, говорят, в слишком уж большом количестве пить не рекомендуется. Вино, например. Но его ведь люди придумали, а рецепт латрия послал Лучафэр для нашего увеселения. Ну, ты будешь пить? Или струсил?

– Я-то? Еще чего. Только вот забыл во дворце чашку для Ют, - Шелест посмотрел на фею.
– Извини.

– Ну-у, можно так, - Юфория не растерялась и наполнила один из кубков до самых краев.
– Теперь можешь пить, Ют. Итак, - торжественно произнесла Юфория, пытаясь перекричать всеобщий гвалт.
– За...
– она призадумалась.
– За твою первую песню.

– Спасибо, - Шелест был приятно удивлен.

Кубки ударились друг о друга. Шелест сделал большой глоток и от неожиданности поперхнулся.

– Слабак, - прокомментировала Юфория, которая в один прием прикончила половину своей порции.

– Неправда, - возразил Шелест.
– Просто я ожидал выпить то же, чем угощал нас Белениус, - он посмотрел на насыщенную оранжевую жидкость.
– Но у него, наверное, был сильно разбавленный вариант.

– А-а, вот это может быть, - протянула Юфория.
– Он же знает, что можно только ночью... Ну, как оно вам?

– Отлично, - Шелест с удовольствием продолжил поглощение напитка.

– А тебе, Ют? Ют?

Шелест посмотрел на Ют и засмеялся. Та, явно захмелев, рисковала свалиться в кубок.

– Полегче, дорогая, - он схватил ее за одно крыло и спустил на стол.

– Немного надо фейри, - хихикнула Юфория.

– Феям, - сонно поправила Ют и снова забралась на кубок.

Они немного помолчали. Потом Юфорию вдруг словно прорвало, и на Шелеста посыпались вопросы о музыкальных группах. Он честно рассказал все, что знал, и даже поведал о своих приключениях на паре концертов особо знаменитых исполнителей. Юфорию его незатейливые истории привели в полный восторг.

Через некоторое время Шелест уже думал о том, что на самом деле пришел в более или менее тихий уголок. Он и представить не мог, что гуляние может быть столь бурным: его начало не шло ни в какое сравнение с тем безумием, что творилось теперь. Однако оно умудрялось держаться в своих невидимых рамках и не вызывало ровным счетом никаких негативных чувств. Здесь не существовало буйства, пьянства, распущенности, хотя все это и было; так все вокруг пропиталось теплом и искренней радостью. Чувствовалось, что все по-настоящему счастливы и лишь выражают переполняющие душу эмоции, кто как может.

Юфория уже порядочно напилась, но от этого только развеселилась. Она что-то тихонько напевала, покачивала головой в такт музыке и, посмеиваясь, подбивала Ют попробовать вина, которого в этом месте тоже оказалось предостаточно, стоило только попросить. Перебравшая принцесса не могла не вызывать умиления - от прежней нарочитой холодности не осталось и следа, щеки ярко алели, глаза сияли беспричинной радостью.

– И все же, откуда играет музыка?
– спросил Шелест, глядя на нее.

– Никто не знает, откуда, - ответила Юфория.
– Йон говорит, это делает сам Лучафэр - разная музыка начинает играть в разных местах в одиннадцать, а к утру стихает. Если в городе траур, играют грустные мелодии или не играет вообще ничего. Нравится?

– Так и накладывается текст, - признался Шелест, в очередной раз спуская Ют на стол и пробуя вино, которого уже вдоволь отведала фея.

– А я говорила, напьется и начнет петь, - вяло пробормотала Ют.

– Я еще не напелся и уж тем более не начал пить, - погрозил ей Шелест. Юфория и Ют чуть не лопнули со смеху, да и он сам улыбнулся своей оговорке.
– То есть не напился и не начал петь. Хотя чего скрывать, хотелось бы...
– он отхлебнул из нового кубка и, не выдержав, пропел, безупречно накладывая слова на музыку: - Воины света, порожденья тьмы! Мы будем сражаться по зову судьбы...

– Опять ты за свое!
– эта строчка хорошо запомнилась Ют.
– Было уже.

– Я не виноват, что к музыке идеально подходит!

– О таких вещах поешь, - Юфория вдруг посерьезнела.
– Смотри, влетит.

– Почему?
– улыбнулся Шелест.
– Так нарек меня Белениус, между прочим. Воином света, порожденьем тьмы.

– Белениус, может, и из Вавилона, но не в Вавилоне! То есть, законом, конечно, это вроде не запрещается, - спохватилась Юфория.
– Просто раньше об этом даже никто не говорил толком, а тут ты приходишь и напеваешь.

– А я из другого мира, мне положено удивлять, - подмигнул ей Шелест.
– В любом случае, если в Вавилоне к подобному не привыкли, это совсем не значит, что это плохо.

Юфория посмотрела на него как-то странно. Он не смог определить, что было в ее глазах - растерянность или сомнение.

– Поэтому и песни не помешают, - стал развивать свою мысль Шелест.
– А то одна музыка, долго так не продержишься, захочется слов. Ты же тоже на ходу сочиняешь - спела бы им что-нибудь. Людям, то есть.