Металлическое вторжение
Шрифт:
– Раз пришел, то нечего прятаться, - выговорила ему Юфория.
– Не твое дело, женщина!
– заявил мальчик.
Шелест и Ют грохнули. Юфория же одним ударом по макушке сбила с юного нахала высокомерие.
– Твоему брату иногда сходит с рук, но тебе снисхождения не светит!
– Это брат Тейта?
– оживился Шелест.
– Какая прелесть!
Мальчик посмотрел на него исподлобья и, залившись краской, пробормотал:
– Я Тирней. А ты защитник Вавилона?
– уставился он на него своими огромными зелеными глазищами.
– Он самый, - улыбнулся Шелест.
– А кто лучше, ты или Тиарнан?
Шелеста опередил Йон:
– Лучше всех я, юный Тирней, что бы там тебе ни говорили.
Мальчик снова смутился. Было видно, что он хочет что-то сказать, но никак не может решиться. Тогда Шелест присел перед ним, и Тирней шепнул ему:
– Тиарнан говорил мне, что с ним лучше не спорить.
– И правильно.
Сзади на голову Шелеста опустился посох Йона.
– Мне не по душе, друзья мои, что вы шепчетесь непосредственно после моего заявления.
Шелест хотел оправдать себя и маленького Тирнея какой-нибудь выдумкой, но тут в комнату вошел Тейт.
– Прошу прощения за ожидание. Отправляемся?
– Так точно, - поднялся на ноги Йон.
Тирней робко дернул Тейта за полу накидки.
– А можно я посижу в твоем кабинете?
– Можно, - милостиво позволил Тейт.
– Вы только посмотрите, какой милорд добрый, - съязвила Юфория по дороге.
– Со всеми бы так обращался, цены б тебе не было.
– Для того чтобы я пустил тебя в свой кабинет, тебе следовало бы как минимум родиться мужчиной, - презрительно фыркнул Тейт.
– Как максимум - вести себя под стать своему положению.
– Зануда, - Юфория улучила момент, когда они проходили мимо служанок, и при всем честном народе дернула Тейта за волосы. Одна из девушек даже охнула от такого кощунственного поступка.
По пути Йон подробно рассказывал Тейту, куда и зачем они идут. А Шелест, Юфория и Ют тихо посмеивались над тем, как люди реагируют на беседующих - можно было подумать, что в негромких речах Йона и Тейта вершилась судьба всего мира.
Дойти до Орина, однако, им было не суждено. Они уже шли по одному из бедных кварталов, здесь все без исключения в пояс кланялись процессии. Шелест, узнав то самое место, где он был один во время прогулки, мучительно пытался сообразить, в какой стороне находится речка. Но тут Юфория о чем-то спросила его, и он уделил все внимание ей.
Они мило беседовали, когда на Шелеста вдруг кто-то налетел, да с такой скоростью, что оба столкнувшихся упали на землю.
– Ай, больно же!
– Шелест потер ушибленное место и посмотрел на виновника своего падения.
Напротив него в точь-в-точь такой же позе сидел симпатичный мальчик лет двенадцати. Он изумленно хлопал глазами и явно силился сообразить, что произошло. При падении с него слетел капюшон, открывая свету белокурые, давно не стриженые волосы, чуть вьющиеся ближе к концам.
– П-п-простите, - заикаясь от ужаса, с трудом выговорил мальчик.
– Мои поздравления, Шелест, - торжественно произнес Тейт.
– В тебя врезался низший... Стоп, - вдруг вгляделся он в виновника переполоха.
– Низший?
Йон кивнул охране. Два стражника, пришедшие с ними из дворца, тут же подскочили к мальчику и силой поставили его на ноги.
– Что происходит?
– встал Шелест.
– М-м, - промычала Юфория.
– Не повезло...
– Вы о чем?
– тоже ничего не понимала Ют.
– Каков твой статус?
– спросил у мальчика Йон, дружелюбно улыбаясь.
Тот от страха, казалось, лишился дара речи. Но один из стражников тряхнул его, и он проговорил дрожащим голосом:
– Н... никакого...
– Так и знал, - Тейт с презрением посмотрел на него сверху вниз.
– Ясно, - Йон посмотрел на стражников.
– Пусть один из вас отведет его во дворец.
– Куда его там?
– Как куда? В темницу, естественно. Осужден на смерть, - сказал Йон.
Мальчик вздрогнул, губы его задрожали, глаза наполнились слезами. Он приготовился паническими криками и рыданиями отстаивать свое право на жизнь, но его опередил Шелест:
– За что это его на смерть?!
– возмутился он.
– Низшим запрещено носить длинные волосы!
– объявил Тейт.
– Но, но, я не хотел!
– залепетал мальчик.
– Я просто потерял лезвие...
– Неудачник, к тому же, - вынес еще один суровый приговор Тейт.
– Друзья, - вмешался Йон с некоторым раздражением.
– Давайте поторопимся. Его в темницу, а мы продолжим путь.
Вокруг них уже стал собираться народ. Все исподтишка следили за развитием ситуации, тщетно стараясь сделать вид, что заняты своими делами и оказались рядом совершенно случайно.
– Но он же маленький еще!
– не собирался молчать Шелест. Он не представлял себе, как будет жить с мыслью, что этот мальчик умрет, к тому же косвенным образом из-за него: ведь если бы он, Шелест, не возник на его пути, длинные волосы так и остались бы тайной.
– Ага, и врезался в Шелеста, - попыталась помочь Юфория, но ее реплика только усугубила положение маленького пленника.
– Посметь толкнуть защитника!
– в негодовании воскликнул один из стражников.
– Точно, я защитник!
– заявил Шелест.
– И лично я против его смерти. И принцесса тоже. Правда, принцесса?
– Да-да, я против.
– И Тейт... э-э... В общем, мы с принцессой против!
– Он нарушил закон, - примирительно улыбнулся им Йон, словно речь шла о дележке торта, а не о человеческой жизни.
– Боюсь, ваших слов недостаточно для того, чтобы его помиловали.
Мальчик уже был на грани обморока. Из последних сил он со слезами пробормотал:
– Пожалуйста... Я не хотел...
Вдруг в памяти у Шелеста что-то шевельнулось. Он сильно сомневался в правдивости своей догадки, но не мог же слух подвести его? Шелест снова посмотрел на мальчика, который, в свою очередь, взирал на него взглядом, полным страха и немой мольбы.
– Ты был там, - Шелест махнул рукой в ту сторону, где, по его предположению, протекала речка, - несколько дней назад?
– Что?.. Я... был, наверное...
– Ты пел?
Мальчик перепугался еще сильнее.
– Я... я просто...
– Он еще и пел?!
– в гневе воскликнул второй стражник.
– Низший пел!
– в Вавилоне это явно было сенсацией.
– Погоди, - припомнил Тейт.
– Ты имеешь в виду, он тот, о котором ты рассказывал?
– Похоже на то, - кивнул Шелест.
– Эй, - обратился он к всхлипывающему мальчику, - можешь спеть, как тогда?