Чтение онлайн

Обратная дорога в родной замок заняла те же самые три дня. Получив от князя золотую пайцзу, предписывающую всем подданным Фембы оказывать предявителю всё мыслимое содействие, лерр ещё раз смог оценить порядки, царящий в землях его будущего родственника. Если первое время после отъезда лерр Артримор пребывал в крайне благодушном настроении от открывающихся перспектив, то по мере приближения к дому, он начинал всё сильнее беспокоиться и раздражаться.

Причиной испортившегося настроения были мысли о предстоящем разговоре с дочерью. Слишком он её избаловал и теперь неизвестно, что она выкинет, узнав о предстоящей скорой свадьбе. Всё же в Фемба те ещё нравы. О семейных порядках в Артгаре ходили разные небылицы. Но в чём были согласны все, побывавшие в этой стране, так в том, что тамошние девушки и женщины по сравнению с гренудийками, просто эталон смирения и кротости. Потому артгарцы и относятся с нескрываемым презрением к мужчинам из соседних стран, что у них немыслимо, чтобы дочь или жена посмела открыть рот вопреки воле отца или мужа. Но о методах, которыми этого добиваются темнокожие, версий столько же, сколько рассказчиков.

Зная всё это, Илана наверняка закатит истерику. Ну уж нет, хочет жить самостоятельно, пусть живёт. Но простолюдинкой! Хватит, больше он её строптивость терпеть не намерен! В таком хмуром настроении он въехал в замок и, не успев соскочить с коня, сразу же начал отдавать распоряжения подбежавшему коменданту замка и дворецкому:

— Закладывайте карету. Собирайте леди Илану в дорогу. Вещей берите из расчёта, что дома её не будет больше года.

Услыхавшая отцовский голос, Илана выглянула в окно. Но осознав, какие приказы отдаёт её родитель, девушка затряслась, от накатившей паники. То, что предстоящая поездка практически безальтернативно означает выдачу замуж было ясно и без дополнительных пояснений. Не прошло и десяти минут, как отец явился, чтобы лично сообщить дочери о своём решении относительно её судьбы.

— Собирайся в дорогу. Завтра утром мы выезжаем в Фембу.

— Что-то случилось, отец? — стараясь придать своему лицу максимально спокойное выражение спросила Илана, однако голос её предательски задрожал.

— Всё просто замечательно. Тебе несказанно повезло. Ты отправляешься на смотрины к Тиамасу Фиоги, наследнику великого князя. Если понравишься, он возьмёт тебя в жёны.

— Отец, но это значит, что мне придётся быть одной из многих в его гареме! — воскликнула девушка, — Молю, выдай меня хоть за кого-то из наших аристократов!

— Никто в Гренудии не захочет позориться, беря в жёны шлюху, ославившуюся на всю страну, — рявкнул отец, — Собирайся! Или прямо сейчас в одном платье окажется за воротами замка! Вычеркнутой из родовой книги простолюдинкой!

Глядя в перекошенное от гнева лицо отца та поняла: будет ровно так, как он сказал.

— Слушаюсь, отец, — проговорила наконец она, горестно повесив голову и усиленно ища выход.

Когда утром карета с отцом и дочерью покинула замок, лерр отметил, что дочь как-то подозрительно спокойно выглядит. Причиной её спокойствия стала спасительная мысль, что она ещё может и не понравится Тиамасу. Конечно, думать, что в очередной раз её отвергнет и отвергнет, к тому же, какой-то дикарь было совсем не приятно. Но уж лучше так, чем стать одной из его гаремных игрушек.

Однако долго успокаивать себя этой мыслью не вышло. Заподозривший неладное лерр Артримор, мигом догадался, что строптивая девчонка запросто может решить нарушить все его планы своим дерзким поведением. Потому он крайне жёстким голосом предупредил:

— Если вдруг Тиамас не захочет брать тебя в жёны, я продам тебя любому, кто заплатит приличную цену. Наследником леррства в любом случае теперь станет твой сводный брат Сенер. Он хоть и не маг, но в свои двадцать лет уже стал воином-мастером второго уровня. Он точно не станет меня позорить.

Остаток дороги Илана почти непрерывно всхлипывала, коря себя за то, что упустила свой шанс с Аллином и за то, что восприняла как свершившийся факт помолвку с Палмером. Будущее вполне обосновано представлялось ей очень и очень пугающим.

Год 5099 от явления Творца, апрель — начало мая

Место действия: Великое княжество Фемба, левобережная Сартана

Первые несколько дней в ожидании «самого радостного события в жизни девушки» Илана пребывала в самой жесточайшей из возможных вариантов депрессий. И дело было не только в том, что вместо желанного прекрасного синеглазого, светловолосого Аллина она достанется темнокожему, черноволосому Тиамасу Фиоги, рядом с которым даже несвежий лич смотрится «ничё-так кавалером». Самым ужасным оказалось то, что почти сразу, как только отцы жениха и невесты в приватной обстановки обо всём договорились, на невесту надели обручальные браслеты. Эти замечательные украшения были изготовлены, кто бы мог подумать, из того самого, нежно любимого всеми магами ридита, что навевало не самые радостные мысли. Да, артгарцы были ребятами тёртыми и не собирались играть в «артгарскую рулетку», когда истеричка-магичка превратит ночь утех в ночь фейерверков с фатальным исходом для свежеобретённого мужа.

Но лишение магии было не концом кошмара и даже не его началом, а всего лишь подготовка к нему. Через несколько дней, которые Илана терзалась самыми худшими предчувствиями, в воинский лагерь прибыла пёстрая толпа артгарских колдунов и колдуний. Новоприбывшие сразу же прогнали от Иланы её служанку и взялись за превращение строптивой «белой дикарки» в хорошо выдрессированную будущую младшую жену княжича. Что и как они делали осталось секретом для всех посторонних. Но в кратчайшие сроки они добились воистину потрясающего результата.

По крайней мере, когда ощутивший внезапные фантомные боли совести, лерр Артримор решил навестить свою непутёвую дочь, он её узнал с изрядным трудом. Вместо яростной, необузданной девицы, резкой и в словах, и движениях, к нему на встречу выплыло само олицетворение девичьей скромности и послушания. Скоромно потупив глазки девушка крайне уважительно поприветствовала отца, чем чуть не довела родителя до инфаркта. На все вопросы типа «что же с тобой такого сотворили?» девушка спокойным, ровным и, будто бы даже довольным, голосом отвечала, что её учат быть правильной дочерью и хорошей женой, за которую ни отцу, ни мужу не придётся краснеть. Так и не услышав никаких жалоб от своей кровиночки, лерр Артримор всё же уговорил совесть заткнуться по данному вопросу навсегда и, сделав вид, что поверил всему сказанному, отправился готовить вверенное ему войсковое подразделение к предстоящему походу по завоеванию бывшей родины.

К состоявшемуся через несколько недель обряду бракосочетания с наследником великого князя лерра Илана не имела ничего общего с той надменной гренудийской аристократкой, какой была совсем недавно. Весь свадебный пир она накладывала еду и подливала напитки своему мужу, не смея и слова сказать поперёк в ответ на похабные шуточки в свой адрес со стороны мужа и его родни. Сама она за весь пир так и не прикоснулась к пище, следя, чтобы ни на секунду не опустела ни тарелка её мужа, ни его кубок. А когда Тиамас поднялся и, сообщив гостям, что пришло время ему уединиться с молодой женой для завершения обряда, послушно поклонилась гостям и покорно засеменила вслед за мужем.

Отец невесты с трудом, но всё же смог убедить себя, что у дочери теперь всё замечательно. По крайней мере, из настолько безнадёжной ситуации, в какую она умудрилась загнать себя и свою семью, лично он лучшего выхода не находил. А то, что удалось выбраться хоть с каким, но прибытком было настоящим чудом. А как при этом на самом деле чувствовала себя Илана, ныне младшая княжна Фемба? На удивление, намного лучше, чем заслуживала. И намного лучше, чем могло показаться по её резко изменившемуся характеру. Артгарские способы дрессировки основывались на сочетании кнута и пряника в пропорции «золотого сечения» [147] . Причём большая часть приходилась именно на пряник.

В основу концепции «объезживания норовистых кобылок» легла идея, что меньше всего чувствующие существа противятся принуждению, подкрепляемому наслаждением. Был у местных колдуний давний, тщательно оберегаемый секрет именно для случая, когда надо было быстро и качественно превратить девицу в фанатку местного домостроя. В прибрежных водах океана росла очень интересная синеватая водоросль с ярко выраженным наркотическим эффектом. Без использования завязанной на эту водоросль магии, жизнь местных женщин была бы крайне унылой и безрадостной. А с ней вся та же самая домашняя рутина же самое превращалась в непрекращающийся карнавал сказочных ощущений и красок, которые новообращённой дарило беззаветное искреннее служение её мужу-господину. Если же прошедшая через ритуал была ещё и магически одарённой, то и сама она дольше сохраняла свежесть этих красок, и своего мужа одаривала не только чувственными наслаждениями, но и многократно увеличивала его силы.