Чтение онлайн

– Ты, старик, задержался.

– Где она?! – громыхнул голос Кайдена, и, вцепившись в деревянные перила, я застыла на середине лестницы, сама не понимая, отчего так сильно перепугалась. В кухне прозвучали быстрые шаги.

– Эй, у тебя такой вид, как будто ты хочешь ей свернуть шею.

– Угадал, – невесело отозвался гость.
– Именно это я и планирую сделать!

Он неожиданно появился на лестнице и, увидев меня, застыл. Злым взглядом ощупал с макушки до пяток. Первое, что бросилось в глаза – Кайден был небрит, взъерошен и под расстегнутым пальто одет в ту же рубашку, что и накануне, когда мы вдохновенно выясняли отношения.

– Откуда у тебя царапина на щеке? – требовательно вопросил он.

Недолго думая, я развернулась и, от поспешности чуть было не потеряв одну туфлю, бросилась наутек.

– Не могу поверить, - устало выдохнул он.
– Ты сейчас пытаешься сбежать от паладина?

Огрызнулась бы, но только слепец не заметил бы, что для споров господин Вудс находился явно в озверелом настроении. Однако спрятаться в спальне мне не дали. Только я повернула ручку, как Кай появился буквально из воздуха и ладонью с яростью прихлопнул едва отрывшуюся дверь.

– Ой!

– Ты хотя бы представляешь, что я пережил в эту проклятую ночь?! – рявкнул он.

Без преувеличений, я вжала голову в плечи, точно боялась, что получу затрещину. Последовала длинная пауза. Похоже, вид у меня получился столь жалкий и испуганный, что Кайден резко выдохнул, явно стараясь вернуть самообладание.

– Иди сюда.

Он мягко притянул меня к себе и крепко обнял. Это были первые настоящие объятия с момента нашего знакомства. Я чувствовала, как под моей прижатой к его груди ладонью билось сердце, и пах он мускусным сугубо мужским ароматом.

– Ради всего святого, кто так поступает? – произнес Кай с укоряющей интонацией. – Устроить грандиозный скандал, собрать вещи и, молча, укатить на вокзал. Мы ведь не дети.

Спорное утверждение. Относительно меня так точно. На его фоне я наверняка выглядела неразумным дитя.

– Скажи, что мне было делать, когда под утро в дом пришли стражи и попросили приехать на опознание тела? – корил меня он.

– Клянусь, я оставил в участке лет десять жизни! Какое счастье, что тебя просто перетянули в Абрис. Отсюда я, по крайней мере, могу тебя вернуть…

Тут он примолк, задумался на мгновение и отстранился, чтобы озадачено посмотреть мне в лицо.

– Кстати, Лера, а как ты оказалась здесь?

Тут я осознала сразу две вещи. Кайден действительно не догадывался о том, что со мной сделала темная руна. А второе, знахарь не передал ему ни слова из нашего ночного разговора, оставив за мной выбор, снова соврать или открыться.

– Переместилась? – неуверенно вымолвила я, точно спрашивала его, верно ли отвечаю.

Некоторое время мы рассматривали друг друга. Не знаю, в какой момент он все понял – его лицо оставалось непроницаемым, ни один мускул не дрогнул. Он выдал замешательство, когда, отойдя от меня на шаг, запустил руки в растрепанные волосы и со странным видом прошелся по коридору. Потом вернулся.

Когда он крепко сжал мои плечи ладонями, то я почувствовала себя маленькой и очень хрупкой.

– Как давно ты узнала?
– склонившись ко мне тихо спросил он.

– За пару дней до твоего появления. Совершенно случайно, когда нашла тот сборник рун в библиотеке.

– Кому-то рассказывала?

– Только здравнику.

– Хорошо. – Он помолчал. – Понятно.

Снова отпустил меня и направился к лестнице.

– Кай… - позвала я. – Объясни, что происходит? Что за переполох? Те люди, которые сюда ворвались вчера, назвали меня двуликой.

Он замер на секунду, точно ноги отказали, и, не оглядываясь, произнес:

– Мне надо выпить… И чего-нибудь покрепче.

Секундой позже Кайден исчез и, судя по всему, оказался в кухне. То, с какой естественностью он пользовался темным даром, даже не пытаясь скрыть его силу, наводило на мысль, что в Тевете ему постоянно приходилось себя контролировать.

– Виски с утра?
– услышала я Роя, насмехавшегося над другом.
– Сюрприз удался?

– Не то слово, - хмуро отозвался Кай, и вдруг в воцарившейся тишине с такой яростью шибанула дверца от посудного шкафа, что я даже вздрогнула.

– Полегче, старик, - немедленно огрызнулся знахарь, – этот шкаф сколотил еще мой дед.

Когда я спустилась в кухню, пропахшую подгорелой кашей, то мужчины одарили меня одинаково мрачными взглядами. Невольно я заметила на кухонном прилавке откупоренную пузатую бутылку виски. Похоже, хлебалось оно прямо из горла.

– Ладно, вы тут выясните отношения, а я пока вздремну, - объявил Рой, позволяя нам остаться наедине. – Только, чур, не бить посуду и не ломать мебель.

На втором этаже стихли его шаги, а мы по-прежнему не произнесли ни слова.

– Двуликий. Обладатель Истинного света, способный зажигать темные руны, - заговорил Кайден.
– Существо, по сути, противоестественное природе магии. Изменяется ли магия из-за постоянных перемещений через границу, из-за нанесенных рун или еще по какой-то причине – неважно. Время от времени такие появлялись в Абрисе и обязательно приносили несчастья.

– Выходит, окажись на моем месте другой человек, то его бы приговорили?

– Это нечестный вопрос, - мягко осек меня Кайден.

Он был прав. Вынуждать его подстраиваться под мир романтических оборок и девичьих фантазий о благородных темных ведунах, несущих добро и справедливость, нечестно. И еще нелепо. С самого начала было ясно, что человек, способный убивать, никак не вписывался в образ идеального героя, и либо я принимала Кайдена с багажом, либо жила без Кайдена. Второй вариант вызывал у меня глухую боль в груди, в районе сердца.

– В Тевете ты искал двуликого?

Он кивнул.

– Зачем тебе нужен двуликий? Ведь не для того, чтобы просто поймать и казнить… или что вы там делаете…

Молчание.

– Не скажешь?

– Нет. – Он покачал головой. – Ты просила уважать твое право на правду, так что не вынуждай меня снова лгать.

– Выходит, Рой был прав. Когда ты вернулся в Тевет, то не собирался со мной встречаться? Никогда?

– Я не буду извиняться за то, что считаю правильным даже сейчас, - спокойно парировал он.

– Но ты ведь не мог не понимать, что мы снова столкнемся в университете?

– Откровенно говоря, я не знал, где именно ты учишься, Валерия. Кромвель – академический город, помимо университета в нем пять академий и институт благородных девиц.

– Ладно, с этим ясно, но зачем ты поселился в моем доме?

– Вообще-то, дом принадлежит университету, - мягко намекнул он, что его расквартировали по желанию ректора, как когда-то отца.

Я почувствовала себя окончательной дурой. В глубине души мне нравилось думать, будто он перебрался в Тевет исключительно из тоски по мне. Фантазии обычно противоречили логике и не позволяли трезво думать.