Чтение онлайн

У Хавьера уже несколько лет как не было отца, он умер от рака желудка. Это произошло быстро - узнали о болезни неожиданно, а через три месяца его не стало. Для всей семьи это было ударом, но Алене казалось, что для Хавьера особенно. Он был очень близок с отцом.

— А если будет дочь? — интересовалась Алёна.— Тогда я хочу, чтобы она была маленькой копией тебя, — отвечал он. — Маленькая принцесса, которую я буду безбожно баловать. Я не смогу ей отказать ни в чем, так что в этом случае тебе придется быть более строгим родителем.

Эти разговоры помогали Алёне ощущать, что они строят не просто дом, а жизнь вместе. Она знала, что даже на расстоянии Хавьер думал о каждой мелочи, чтобы её пребывание было комфортным: присылал фото техники, мебели, спрашивал, нравится ли ей, уточнял, какой цвет стен или светильников выбрать. Он продумывал всё до мелочей: полотенца, постельное бельё, гели для душа, шампуни — чтобы с дороги Алёна могла сразу почувствовать себя дома.

И вот наконец они встретились в аэропорту. Сердце Алёны дрожало от эмоций: он был высокий, уверенный, с лёгкой улыбкой на лице, и глаза его сразу встретились с её.

— Алёна! — Хавьер бросился к ней, и она бросилась ему навстречу. Их объятия были долгими, тёплыми, полными слёз и смеха одновременно.— Ты здесь… наконец, — шептала она, задыхаясь от эмоций.— Я тебя ждал, — ответил он, гладя её по волосам. — Всё готово. Всё, что мы обсуждали… ждёт тебя.

Путь домой был не коротким, и Алёна не могла оторвать взгляд от окон машины: улицы, привычные для него, и совсем непривычные для неё. Когда они подъехали, её дыхание перехватило: перед ней стоял большой двухэтажный дом, расположенный в кондоминиуме муниципалитета Фрайханес, всего в нескольких километрах от столицы, но достаточно далеко, чтобы оставаться в тишине, вдали от пробок, смога и городского шума. Территория кондоминиума была ухоженной и хорошо охраняемой, с контролем въезда, охраной и системой видеонаблюдения, что давало чувство безопасности.

— Я даже не знала, что можно так всё предусмотреть, — с восторгом сказала Алёна, исследуя свой новый дом. — И смотри, ты даже уже купил кофе-машину… ты подумал о всём!
– дело в том, что Хавьер не пил кофе, и Алена была готова к тому, что в первое утро на новом месте ей придется обойтись без любимого напитка.

— Конечно, — ответил Хавьер, улыбаясь. — Я знаю, как ты любишь с утро кофе. Я же говорил, что тебе больше не придётся ни о чём беспокоиться.

Дом был идеально спланирован: просторная гостиная плавно переходила в столовую; кухня с современной техникой позволяла готовить легко и вдвоём, и на большую компанию. На втором этаже была гостевая с телевизором, полками с книгами, две отдельные комнаты для будущих детей, просторная спальня с гардеробной, несколько душевых. Для прислуги была отдельная комната. Балкон был открытый, расположен прямо над входом и служил навесом для открытого гаража, где уже был припаркован автомобиль Хавьера и его мотоцикл.

— Знаешь, этот дом… — сказала она, глядя на него с улыбкой, — он как будто создан для нас.

— Именно так, — ответил он. — И это только начало. Всё, что мы будем строить дальше, будет нашим.

Алёна вздохнула с облегчением. Впервые за несколько недель тоска и страх уступили место спокойной радости. Её жизнь менялась, но теперь она знала, что вместе с Хавьером она может смело шагать вперёд.

Дом наполнялся мягким золотистым светом ламп, от которых становилось уютно и спокойно. Алёна прошла в спальню, и сердце замерло — просторная комната, большая кровать с белоснежным постельным бельём, аккуратно сложенные пледы, у окна — лёгкие занавеси, колышущиеся от тёплого ветерка. В воздухе витал аромат свежести, лёгкий запах древесины и чего-то пряного, гватемальского.

Хавьер подошёл к ней сзади, обнял за талию и шепнул на ухо:

— Ну что, сеньорита, как тебе твой новый дом?— Наш новый дом, — поправила она с улыбкой, обернувшись к нему. — Он... он идеальный.

Он поцеловал её в висок, и этот поцелуй был таким тёплым, полным нежности, что Алёна почувствовала, как все её тревоги отступают. Не было страха, сомнений — только ощущение, что всё правильно. Как будто они были вместе всегда.

Их первая ночь была не бурей страсти, а чем-то другим — глубокой близостью, нежностью, разговором взглядов и прикосновений. Хавьер был внимателен, нетороплив, словно боялся спугнуть её доверие. Они смеялись, когда не могли разобраться с простынями, делились мыслями, говорили о том, как долго ждали этого момента.

Когда Алёна проснулась утром, солнце уже заливало комнату светом. Хавьер спал рядом, обняв её так крепко, будто боялся отпустить даже во сне. Алёна повернула голову, разглядывая его профиль — сильные черты, тёмные ресницы, черные волосы с проседью…и в груди разлилось тепло.

«Вот так и должно быть», подумала она. «Это правильно. Это моё место».

— Buenos dias, mi amor, — вдруг раздался его хрипловатый голос, и она улыбнулась.— Доброе утро, — ответила тихо, коснувшись его щеки. [1]

Они провели ещё несколько минут в постели, смеясь и дразня друг друга, прежде чем решились подняться.

— Сегодня я приготовлю тебе завтрак, — заявила Алёна, решительно выскальзывая из-под одеяла.

— О, это я должен был сказать! — возмутился Хавьер. — Но ладно, удиви меня, русская женщина.

На кухне Алёна с интересом осматривала всё: просторный остров посередине, полки, аккуратно расставленную посуду. «Вот так всё продумал… даже полотенца развешены», подумала она, доставая продукты.

Она поставила чайник и заодно решила разогреть что-то на плите, включила газ… и отвлеклась на поиск соли. Через минуту в кухню влетел Хавьер с глазами по пять копеек:

— !Dios mio! Алёна, ты что делаешь?!— Что? — обернулась она, не понимая. — Я просто газ включила!

— Ты оставила его на всю мощность! — он схватился за голову. — Здесь же баллон, он не бесконечный!

— Что? — опешила Алёна. — Ты серьёзно?

— Очень. Газ не как в России, дорогая. Мы покупаем баллоны, их хватает на пару месяцев. А если так будешь включать, то хватит на пару недель! И кстати, цены здесь на газ тоже, к сожалению, не российские..

— Ну вот, — фыркнула она, закрывая конфорку. — Надо же, даже газ экономить! Это тебе не российская зима. [2]

Хавьер рассмеялся и подошёл к ней, обнял сзади:— Привыкай, это Гватемала, детка. Здесь всё иначе.

Они позавтракали вместе: тёплый хлеб, омлет, ветчина, кофе, сок и за столом разговор был легкий и непринужденный, словно это уже не их первый завтрак.

Позже, разбирая чемоданы, Алена отметила отсутствие ванных. Ни одной. Только душевые с невысокими бортиками и плиткой до пола, огороженные шторками.

— Хавьер, а где ванная? — спросила она с недоумением.— Какая ванная? — удивился он.

— Ну, знаешь… ванна, чтобы полежать, расслабиться.— А-а… — он засмеялся. — Здесь это большая редкость. В основном здесь только душ. Но если для тебя это так важно, я что - нибудь придумаю.— Ванная не так важна, а вот лейку на душе я все же попрошу тебя заменить. Чтоб была вместе с душевым шлангом, ну как в России… — улыбнулась она.

Будет сделано, принцесса!
– рассмеялся Хавьер.

Следующее открытие было ещё более неожиданным: отсутствие отопления. Алёна спросила об этом вечером: