Чтение онлайн

— А как ты магазин утром принимал? — озадачиваюсь я.

Мир молчит.

А Вит презрительно скалится:

— Офигенно. А ты, я смотрю, работник года просто.

— Ну не всем же на тебя быть похожими, — тут же огрызается Мир, и я поспешно снова вклиниваюсь.

— Здесь вообще вполне нормально можно устроиться. Я видела, есть наборы для рыбаков. Спальники. И походная кухня, маленькая, правда… Да и вряд ли нужна будет. Тут в подсобке микроволновка. И чайник.

— Ага, повезло нам, однозначно, — кивает Вит, — все условия. Сиди — не хочу.

— От голода не помрем, — поддерживает Мир, кивает на витрину со спиртным, — и от жажды тоже.

— Мы не расплатимся же, — резонно возражаю я.

Вот только выпивших мужчин мне тут не хватает для полноты картины. Они и трезвые друг друга бесконечно цепляют, а уж под градусом вообще границы сотрутся.

Покрушат тут все, поубиваются…

— Форс-мажор, — говорит Вит, — пусть только попробуют предъявить.

— Хорошо быть ментом, да? — подмигивает Мир, — никто ничего не предъявит…

— Не нравится? — снова щурится на него Вит.

Да боже, они уже надоели!

— Давайте поедим что-нибудь, — с энтузиазмом вмешиваюсь я. — А потом будем устраиваться.

Мужчины милостиво кивают, и я с огромным облегчением иду в подсобку, по пути прикидывая, что бы такое приготовить.

Слышу, как они переругиваются, решая, где мы расположимся.

Места маловато, на самом деле, между стеллажами — узкое пространство, можно, конечно, расстелить спальник и лечь там, но это уже, наверно, на ночь?

А пока надо поесть что-то…

Внезапно понимаю, что очень сильно проголодалась.

Я же с работы пришла, не ела ничего… И мужчины, наверно, голодные.

Смотрю в холодильнике.

Колбаса. Отлично.

Отдельно заморозка, пельмени всякие. Так, это мы не будем брать, обойдемся… Есть еще быстрорастворимая лапша. Тоже хорошо.

Подхватываю с витрины бутылку с водой, пару пачек дошика, достаю колбасу и иду в подсобку, все это дело заваривать и резать. Столик там малюсенький, но уже хорошо, что есть.

За моей спиной переругивание продолжается, но, судя по всему, накал спал немного.

Вот прямо интересно, чего они не поделили-то?

Да еще так неожиданно?..

Очень сильно хочется втащить этому уроду.

До ломоты зубовной.

И я бы не сдерживался, но Мила переживает. Глаза эти ее огромные, перепуганные…

Любой бешеный настрой переключают на что-то совершенно другое.

Вообще, прикольно: только-только готов был все вокруг разъебать, и мента этого в пол вколотить, а потом девчонка ресничками взмахнула, губками подрожала… И все.

И теперь я хочу, чтоб она не волновалась и не боялась ничего.

Как-то мгновенно кровь в башку прилила, мозги врубились.

Мы тут, как два дегенерата, делим самочку, а ей-то херово!

Да и ситуация не сказать, чтоб хорошая.

Но и не самая дерьмовая, если быть честным.

Потому что, будь мы на свободе, хрен его знает, как все повернулось бы. Вариант, что мент отстоял бы свое право проводить Милу до квартиры, вполне реален, как тут зубами не скрипи.

Вит, судя по наглой, разожравшейся на казенных харчах харе, служебным положением бы влегкую воспользовался.

А я, учитывая обстоятельства, не особо ему конкурент в этом вопросе…

Поясная сумка начинает жать. Забыл же про нее совсем, пока игры самцовые устраивал. Косяк, однако.

Надо бы куда-то убрать мой улов, до лучших времен…

А как это сделать, если этот придурок глаз теперь с меня не сводит? На Милу его переключить? Нет уж! Облезет, сучара.

Мила с деловым видом ходит между стеллажами, судя по всему, выискивая, чего бы нам заточить.

Вит следит за ее перемещениями хищным волчьим взглядом. Тварь.

Реально, бессилие какое-то накатывает, честно!

Вот как его убрать? Как сделать так, чтоб не стоял на пути моем? Не запрешь же его в подсобке…

Мила проходит мимо нас с продуктами.

Отслеживаем ее взглядами, старательно не замечая друг друга.

— Мила, давай помогу! — подхватывается Вит и торопливо топает следом за девчонкой, явно опасаясь, что я его перехвачу.

Но у меня вернувшийся в голову разум диктует другое: как раз будет время, чтоб убрать с глаз сумку.

И потому я не возражаю, хотя очень сильно хочется.

Вит уходит, и я тут же срываюсь с места, сдирая по пути сумку с пояса.

Лихорадочно ощупываю взглядом магазин, прикидывая, куда деть товар. А некуда! Все, как на ладони, мать его!

В итоге, тупо зашвыриваю сумку на самый верх промышленного холодильника. Вряд ли туда кто-то полезет, судя по вековой пыли, заклубившейся в воздухе, там с начала установки никто с тряпкой не наведывался.

Проверив, чтоб ничего не было видно, выдыхаю. Ну все, головная боль пока отложена.

Провожу пятерней по волосам, стряхивая грязь и возможную паутину, мало ли, чего на меня могло сверху свалиться, расстегиваю ворот рубашки на груди.

Взгляд падает на консервы, банки с корнишонами. Прихватываю одну.

И иду в подсобку.

Теперь моя очередь помогать милой Миле.

В подсобке тесновато, это я еще в прошлый раз, когда дрались, заметил.

Вит, с его габаритами, прочно закупоривает вход, стоит спиной и что-то низким басом вливает в ушки Миле.

Ее розовое лицо и прикушенные губки я вижу отчетливо и понимаю, что этот урод тут времени даром не терял.

Злюсь, но держу себя в руках.

Драка ни к чему не приведет.

Надо по-другому.

Надо, чтоб она сама выбирала. И я знаю, кого она выберет. Уверен.

Вот только эту пробку из-под шампанского надо отсюда выстрелить.

— Мила, принести еще что-то? — громко спрашиваю я, нарушая интимность момента. Вит замолкает, тяжело поводит плечами и шеей. Да, братан, я тут. А ты думал, по-другому будет?

— Ой… Я не знаю… — она мило прикусывает губку, осматривает стол, задумывается… Вкусная девочка. Прямо кроет меня, надо же… И, судя по шумному дыханию Вита, его тоже. — Может, рыбки еще?