Между Полярной звездой и Полуденным Солнцем: Кафа в мировой торговле XIII–XV вв.
Шрифт:
В целом, рассмотренный материал об импорте металлов позволяет скорректировать сложившиеся представления о характере обмена с Севером и о состоянии рынка северных стран. Как показывают приведенные выше многочисленные документы, этот обмен характеризовался активным, явно доминирующим спросом на сырье и полуфабрикаты, но отнюдь не на готовые изделия из металлов. Эта особенность, не замеченная ни в отечественной, ни в зарубежной историографии, отражает приоритетные потребности позже стартовавшей, но отличавшейся высокими темпами развития металлургии Севера.
Та же Кафа до 80-х гг. XIII в. была совершенно не известна, но уже в XIV–XV вв. это – крупнейший центр почти всех ремесел, связанных с обработкой металлов, центр, соперничавший с самыми знаменитыми городами Запада и Востока. Это – «второй Константинополь» и «новая Генуя» [543] .
Возникшая в XIV в. Тула вскоре превратилась в арсенал всего Севера. И если первый город своим фантастическим ремесленным взлетом был целиком обязан привозному сырью, являя пример превышавшей меру зависимости от дальнего импорта, то второй город, получив первоначальный импульс от функционирования южной торговли, обрел гарантии своего более стабильного процветания в освоении ресурсов самого Севера и Урала.
543
Manetti, Gianozzo. Elogi dei genovesi / A cura di G.P. Balbi. – Milano: Marzoratti, 1974.
3. 2. Ввоз текстиля
Переходя к проблеме истории торговли текстилем, следует отметить значительные достижения в этой области французской и итальянской историографии [544] , лишь в некоторых акцентах и частностях требующей уточнения. Как показывают современные исследования [545] , основным видом импортировавшихся «из греков» материй стали появившиеся в XIII в. тонкие и толстые сукна из шесрти фландро-французского и итальянского производства. Они легче кроились, отличались большей прочностью и практичносью в сравнении с известной прежде текстильной продукцией из льна, хлопка, или шелка. Кроме того, своей богатой цветовой гаммой и порой фантастически изменявшейся на свету окраской они способны были удовлетворить вкусам и пристрастиям почти всех социальных групп. Спрос на сукно в Романии и Татарии стал одним из факторов небывалого расцвета текстильного производства в Европе.
544
Laurent H. La draperie des pays-bas en France et dans les pays M'editerran'eens (XII–XV 'esi`ecles). – P.: E. Droz, 1935; Lopez R.S. Storia delle colonie genovesi nel Mediterraneo. – Bologna, 1938; Baratter E. Histoire du commerce de Marseille. – P., 1951; Heers J. G^enes au XV si`ecle: activit'e 'economique et problements sociaux. – P.: S.E.V.P.E.N., 1961. Balard M. La Romanie G'enoise (XII – d'ebut du XV si`ecle). – G^enes; Rome, 1978.
545
Jacoby D. Recherches sur la Mediterran'ee orientale du XII au XV si`ecle: peuples, soci'et'es, 'economies. – L.: Variorum, 1979; Inalcik H. Studies in Ottoman Social and Economic History. – L.: Variorum, 1985; Hryszko R.Z Genui nad Morze Czarne. Z kart genue'nkiej obecno'sci gospodarczej na p'olnocno-zachodnich wybrzezach Morza Czarnego u schylku 'sredniowiecza. – Krak'ow: Historia Iagellonica, 2004. – P. 262–264; Карпов С.П. История Трапезундской империи. – СПб.: Алетейя, 2007. – С.142.
Судя по постановлениям генуэзской «Оффиции Газарии», трактатам «Праттика делла меркатура» и некоторым иным источникам [546] , в Северное Причерноморье ввозились ломбардские ткани, так называемый «скарлат», окрашивавшийся в алый цвет, символизировавший божественную любовь и крестное страдание, неземное могущество и справедливость; подобный цвет подобал государям и пастырям кардинальского сана [547] . Помимо скарлата, назывались фландрские сукна, производившиеся в таких прославленных центрах, как Ипр и Поперинге. Затем указывались французские шерстяные ткани самого широкого ассортимента, происходившие как из северных текстильных центров – Дуэ, Провена и некоторых других, так и из южных городов – Тулузы, Перпиньяна и иных. Самыми ценными из них признавались шалонские и шампанские сукна всех расцветок, в особенности же красные, синие и зеленые, выражавшие своей цветовой символикой идею мирского служения, верности земному призванию, то есть внутренние императивы рыцаря-вассала и осознавшего свой феодальный статус бюргера.
546
Prima serie di documenti riguardanti la colonia di Pera / A cura di L.T. Belgrano // ASLSP. – Genova, 1877–1884. – Vol.XIII. – P.200–202; El libro di mercatantie et usanze de’ paesi / A cura di F. Borlandi. – Torino: S.Lattes&C°, 1936. – P.59; Points de vue sur relations 'economiques des occidentaux avec les pays d Orient au Moyen ^Age / Pub. par R.H. Bautier // Travaux du VI colloque internationale d histoire maritime. – P.: S.E.V.P., 1970. – P.314–315.
547
Tribolati F. Grammatica araldica. – Milano: Hoepli, 1887; Ткаченко A. A. Эмблематика литургических цветов в трактате Дж. Лотарио (папы Иннокентия III) «О святом таинстве алтаря» // Signum. – Вып. З. – М., 2005. – С. 21–40. (с переводом фрагмента о четырех основных цветах, по которым должны различаться облачения).
Рис. 3. Торговец тканями.
Миниатюра из кодекса “Tacuinum Sanitatis”, XV в., Австрийская национальная библиотека.
Наряду с западноевропейскими сукнами, повышенным спросом пользовался кипрский камлот [548] . Первоначально его ткали из верблюжьей шерсти, от чего он и получил свое название. А потом его стали делать из тонкой, овечьей пряжи. Славился камлот всех цветов, но, в особенности, блестящий, белый, символизировавший невинность и веру, радость и простоту; предпочитался также темно-синий камлот, цвет которого соотносился с естественным крещением в воде, возвышением над хаосом в единении с духом божиим; выделялся еще темно-зеленый камлот, цвет коего указывал на рождение мира в лоне первобытных вод; упоминался и желтый камлот – его цвет выражал испытание страданием и завистью; наконец, был известен синий камлот, чей цветовой тон указывал на возвышение сердца над земными привязанностями, настрой на внутреннее самосовершенствование. Белый и цветной камлот довольно часто фигурировали в массариях Кафы [549] .
548
Points de vue sur relations 'economiques des occidentaux avec les pays d’Orient au Moyen ^Age / Pub. par R.H. Bautier // Travaux du VI colloque internationale d’histoire maritime. – P.: S.E.V.P., 1970. – P.315.
549
Notes et extraits pour servir `a l’ histoire des croisades au XV si`ecle / Pub. par N. Jorga // ROL. – P., 1896. – T.IV. – P. 32–40, 55.
Самые ранние известия о ввозе сукна в Кафу отыскиваются в нотариальных актах Перы 1281 г. [550] В них значились ломбардские материи и ткани без определения общей стоимостью 69000 аспров. На одну треть эта продукция предназначалась для самой Кафы. Остальные две трети предусматривалось реализовать в пределах Газарии, под которой понималась либо Восточная часть Крыма, либо Золотая Орда как преемница Хазарского каганата [551] .
550
Actes des notaires g'enoises de Pera et de Caffa de la fin du treizi`eme si`ecle (1281–1290) / Pub. par G. Br"atianu. – Bucarest, 1927. – N16, 20, 24.
551
Ortelius, Abrahamus. Theatrum orbis terrarum. – Antverpiae: C. Plantin, 1570.
Акты Ламберто ди Самбучето 1289–1290 гг. дают более представительную информацию. По ним, импорт сукон Шампани может быть оценен в 400000 аспров. К этому следует добавить сведения о поставках сукна из города Шалон-сюр-Марн [552] , находившегося в той же области Франции, но текстильная продукция которого, в силу исключительных качеств, тарифицировалась в нотариальных актах отдельно. Те же акты содержали указания о цвете шалонских тканей – красных, синих, зеленых, считавшихся наиболее социально престижными. Их импорт превышал 20000 аспров. Акты называли также ткани Витри-ле-Франсуа [553] . Их стоимость превышала 90000 аспров. Наряду с этим, на кафский рынок поступала продукция фландрских сукнодельческих центров Ипра и Поперинге [554] .
552
G^enes et l’ Outre-Mer. T.I. Les actes de Caffa du notaire Lamberto di Sambuceto 1289–1290 / Ed. par M. Balard. – P.; La Haye: Mouton & C°, 1973. – N87, 191 (panni jaloni).
553
Ibid. – N262, 619, 899 (telle de vetri; vitry).
554
Ibid. – N688.
Из итальянских сукон самым ходовым было ломбардское [555] , главным центром производства которого был Милан. Их импорт в Кафу составлял 20000 аспров. На 300000 аспров было ввезено прочих сукон, не имевших точного определения. Однажды упоминалось сукно из Германии [556] .
Из Кафы западная текстильная продукция отправлялась в направлении донского и волжского торговых путей, в Тану и Сарай [557] . Бытование западноевропейских шерстяных тканей в пределах Дешт-и-Кыпчака отражает «Куманский кодекс» начала XIV в., в котором упоминались, помимо уже известных сортов, ткани Германии и французского Орлеана, итальянских Новары и Кремоны, Ломбардии и Асти, Остуни и Бергамо, Фабиано и вообще грубое сукно без определения [558] .
555
Ibid. – N237, 669, 834.
556
Les relations commerciales entre G^enes, la Belgique et l’ Outremont d’apr`es les Archives notariales g'enoises aux XIII et XIV si`ecles / Pub. par R. Doehaerd. – Bruxelles; Rome, 1941. – Vol.III. – N1533.
557
G^enes et l’ Outre-Mer. T.I. Les actes de Caffa du notaire Lamberto di Sambuceto 1289–1290 / Ed. parM. Balard. – P.; La Haye: Mouton & C°, 1973. – N449,460; Еманов AT. Русско-итальянские экономические связи в XIII–XV вв. // Общественно-политическая жизнь дореволюционной России. – Тюмень, 1990. – С.33.
558
Codex Cumanicus / Ed. К. Grmbeck. – Kobenhavn: Levin & Munksgaard, 1936. – Fol.46v (tela de alamaga; tela de orliens; tela de nouarese; tela de cremonese; tele de Lobarde; tele de astexane; tele de ostume), 47r (tele bergamasce; tele fabriane; tele crue).
Для XIV в., к сожалению, нет столь же компактной и емкой выборки, хотя немногие из сохранившихся актов первой половины XIV в., отразившие импорт из Западной Европы, превосходят по масштабам торговых операций и объему капиталовложений каждый из актов предшествующего столетия. Это наблюдение позволяет судить о сохранявшемся поступательном импульсе данной отрасли торговли.
Согласно двум актам 1343 г., генуэзец Николо Россо ди Леванто вез из Лигурии ткани и цветной «сай» шампанского производства стоимостью почти 25000 лир (около 68000 аспров). Он намеревался продать названные ткани в Газарии [559] . По двум другим актам того же времени, везли реймские и пармские сукна общей стоимостью 3500 лир (порядка 127000 аспров) [560] . Миланец Марко Карелло транспортировал для продажи в Тане шалонские, бергамские и пьячентинские ткани, стоимость которых равнялась 50 генуэзским либрам серебра (9000 аспров) [561] . В завещании Бернардо де Манцодео, составленном в Кафе в 1343 г., назывались реймские и другие ткани, стоимостью примерно 700 аспров [562] .
559
Les relations commerciales entre G^enes, la Belgique et l’ Outremont d’apr`es les Archives notariales g'enoises (1320–1400) / Pub. par L. Liagre de Sturler. – Bruxelles; Rome, 1969. – Vol.I. – N124, 125.
560
Ibid. – N144, 145.
561
Ibid. – N146.
562
Notai genovesi in Oltremare. Atti rogati a Caffa e a Licostomo (sec. XIV) / A cura di G.P. Balbi e S. Raiteri. – Genova; Bordighera, 1973. – N15.
Из Кафы большая часть названных материй продолжала распределяться в Крыму и Газарии. Документы 1343–1345 гг., когда, казалось бы, итальянско-татарская война и осада Кафы должны были парализовать всякий обмен, называли среди причерноморских центров, через которые кафиоты вывозили импортный текстиль, Россо и Чембало, тяготевшие к днепровскому пути, Пеше и Сан Джорджо [563] , имевшие выход на волжский путь по Кубани и Кума-Манычской впадине. Дистрибуция подобной продукции подтверждается также археологическими находками фрагментов итальянских и французских шерстяных материй на Северном Кавказе и на месте былых городских центров Золотой Орды [564] .
563
Notizie da Ca^ifa / A cura di R. Morozzo della Rocca // Studi in onore di A. Fanfani. – Milano, 1962. – Vol.III. – N5, 10.
564
Еманов А.Г. Система торговых связей Кафы в XIII–XV вв.: дисс….к.и.н. – Л.: ЛГУ, 1986. – С.35, 168.
Известно, что венецианец Джованни Лоредан доезжал в 1338 г. до Хаджитархана (современная Астрахань) и вверх по Волге до Старого и Нового Сараев (Селитренное городище рядом с одноименным селом Астраханской области) с целью продажи фландрских и флорентийских материй [565] . По волжскому пути импортное сукно доходило вплоть до Москвы. В связи с этим, уместно привести упоминание в духовной грамоте Московского князя Ивана Ивановича, отца Дмитрия Донского, такой одежды, как «опашен скорлатен» [566] , то есть алой шерстяной ткани, под которой следует понимать самый распространенный сорт ломбардского сукна. Именно такую генетическую связь устанавливал Пеголотти в своем трактате, явившемся товароведческой энциклопедией средневековья: «ломбардские материи, которые называют скарлат» [567] .
565
Lopez R.S. Sue gi`u per la storia di Genova. – Genova; Bordighera, 1975. – P. 155.
566
Собрание государственных грамот и договоров. – М., 1813. – 4.1. – С.40, 42.
567
La pratica della mercatura di Francesco Balducci Pegolotti / Ed. by A. Evans. – Cambridge Mass.: The Medieval Academy of America, 1936. – P.181.