Чтение онлайн

Должно быть, я задремал, потому что следующим моим воспоминанием стало легкое прикосновение подноса к столу.

— Завтрак, — прошептала она. — И кофе. Подумала, что вам не помешает взбодриться.

Я выпрямился в кресле.

— Вы слишком хорошо меня читаете.

Она мягко улыбнулась.

— Вы у меня не первый такой.

Завтрак был прост и состоял из сэндвича с яйцом и небольшого количества фруктов, но кофе оказался безупречен. Пожалуй, это было лучшее, что я пробовал за последние дни. Совсем не похоже на обычный самолетный кофе и куда вкуснее.

На этот раз она не стала задерживаться, лишь одарила меня вежливым кивком и направилась к следующему ряду.

Два часа спустя капитан объявил о начале снижения.

Шторки иллюминаторов поднялись, кресла стали приводить в вертикальное положение, а заспанные пассажиры начали медленно приходить в себя.

Полет подошел к концу.

Глава 3

Сэм

??????

Я стояла у двери кухни, улыбаясь на автопилоте и благодаря пассажиров, выходивших один за другим.

Некоторые из них явно спешили. — Хорошего дня, — сказала я бизнесмену, который даже не поднял глаз от телефона. Как грубо.

— Еще раз спасибо, — пробормотала женщина, балансируя с тремя сумками и дорожной подушкой на шее.

Затем появился он. Он действительно не торопился: спокойно убрал вещи и приготовился покинуть самолет. Выглядел он так, будто только что проснулся. Волосы слегка всклокочены, рубашка чуть помята (в самом лучшем смысле), сумка в одной руке, пальто в другой.

Теперь, когда я могу рассмотреть его получше, я вижу, что он высокий, не меньше 188 см, и движется с той непринужденной уверенностью, которая у некоторых мужчин есть от природы.

У него слегка загорелая кожа и каштановые волосы, которые немного вьются на концах. Идеально подстриженная борода и карие глаза, которые в этом утреннем свете кажутся золотистыми. Он мускулист, но не той одержимой «зальностью», а скорее крепкий естественной силой.

— Я бы поставил коротким ребрышкам твердую восьмерку из десяти, — сказал он, остановившись передо мной.

Я вскинула бровь.

— Только восемь?

— Имбирь был не совсем острым, — добавил он с едва заметной улыбкой.

— О, что ж, это трагедия.

— Да, но сервис определенно это компенсировал.

Я слегка усмехнулась.

— Мы стараемся угодить.

Возникла пауза. Недолгая, но ощутимая. Казалось, он хотел сказать что-то еще, но не стал.

— Что ж, — сказал он, поправляя ремень сумки на плече, — спасибо, что благодаря вам полет был чуть меньше похож на полет.

— В любое время.

Он кивнул, уголки его губ слегка приподнялись, затем он развернулся и пошел по телетрапу. Он определенно был самой интересной частью моей ночи.

Я медленно выдохнула и вернулась в салон.

В первом классе теперь было тихо, пусто; смятые одеяла и пустые бокалы — единственные оставшиеся признаки жизни. Я начала свою рутину, методично двигаясь по пространству. Взбивала подушки, бросала белье в корзину и возвращала кресла в их первоначальное, нетронутое положение.

Странно, как быстро исчезают люди. В одну минуту ты подаешь им напиток и слушаешь их рассуждения о круассанах и перезапусках бизнеса, а в следующую их просто нет.

И всё же мне нравилась эта часть. Уборка. Тишина. Было что-то утешительное в том, чтобы наводить порядок — по крайней мере, физический, — даже когда эмоциональный порядок был куда запутаннее.

Я бросила последнее одеяло в тележку, проверила каждое кресло в последний раз, затем забрала свои вещи с откидного сиденья, закинула сумку на плечо и направилась в хвост салона, где меня уже ждала Роуз, скрестив руки. Её волосы были собраны в низкий пучок, который каким-то образом всё еще выглядел идеально.

— Наконец-то, — прошептала она. — Если не вдохну круассан в ближайшие десять минут, я упаду в обморок.

— Пожалуйста, мне нужен размером с мою голову, — сказала я, подстраиваясь под её шаг. — И кофе, достаточно крепкий, чтобы перезагрузить мою жизнь.

— А после сон, — усмехнулась она.

Мы тихо засмеялись, выходя из самолета в телетрап, наши шаги синхронизировались без усилий. Мои волосы пушатся, макияж наполовину стерся, но мы всё равно идем так, будто этот терминал принадлежит нам.

????

К тому времени как мы добрались до отеля, я держалась только на парах адреналина и амбициях, подогретых кофеином.

Но стоило мне переступить порог номера, я почувствовала, что еще могу прийти в себя. Запах чистых простыней, плотные шторы и тропический душ определенно давали надежду.

Мы с Роуз всегда бронируем смежные номера с двуспальными кроватями, и двери между ними остаются открытыми всю поездку — если только у нас нет посетителей, конечно.

Мы двигаемся синхронно: обувь долой, сумки брошены, униформа расстегнута и кинута в кучу, с которой будет разбираться «будущая я».

— Мне нужен десятиминутный душ, или я просто прекращу существование, — крикнула Роуз из своего номера.

— Сократи до пяти, и я дам тебе свой несмываемый кондиционер! — крикнула я в ответ, уже наполовину зайдя в ванную.

У нас было одно железное правило во время остановок. Быстрый душ. Это всё. Душ ровно такой длины, чтобы смыть переработанный воздух, пот и ту высасывающую душу энергию, которая прилипает к тебе после восьмичасового перелета.

Вода была горячей, я медленно выдохнула, пока тушь оставляла маленькие ручейки на моем лице. Я даже не стала мыть голову, просто скрутила волосы в низкий пучок и дала коже подышать.

Через двадцать минут мы уже вышли за дверь: огромные солнечные очки, блеск на губах, кроссовки достаточно чистые, чтобы считаться милыми. Готовы к кофе, круассанам и паре часов притворства, что мы здесь живем.

— Я видела, ты болтала с горячим пассажиром, — сказала Роуз, когда мы вышли на мощеную улочку. — Высокий, загорелый, энергия бизнес-класса, но с лицом первого. — Она продолжила, пока я выразительно на неё смотрела.

— Нет такой шкалы, — парировала я.

— Ну, знаешь, стоило бы её завести, — пробормотала она, поправляя очки. — Он выглядел как человек, который читает книги не для вида и, скорее всего, заказывает виски не моргая.