Чтение онлайн

Инерис вздохнула.

И верно, с этим вопросом она как-то разобралась и без огненного…

– Выход там, Иней, – повторил демон.

Вздрогнула, но возмущаться не стала. И прошла на небольшую, грубо выдолбленную площадку, образующую нечто вроде балкона с широким бортом.

Такого она не ожидала.

Перед ними внизу расстилалась небольшая каменистая долина с красноватой почвой по краям. Растений не было, виднелись лишь серые даже в сумерках, светлые на темно-красном фоне старые стволы деревьев, оставшиеся не иначе как с тех времен, когда в этих краях была растительность… высохшие изнутри, что выглядело довольно жутко. Внизу журчала вода. Инерис даже не сразу придала значение услышанному – таким привычным был этот звук.

Вода в пустыне!

Вверх поднимались клубы пара, придававшие причудливый, гротескный вид скалам, скрадывая резкие контуры, смазывая очертания. Вечно изменяющиеся, вечно подвижные, не знающие покоя. Хорошо различимые даже в сумерках, как огромные белые паруса. Выбросы были такими мощными, что клубы пара не рассеивались даже на такой высоте.

На миг пахнуло чуть солоноватой свежестью – почти как у моря.

– Потрясающе, – прошептала Инерис.

Она ожидала услышать оглушительное шипение, но его не было. Тихий шелест – и только.

А потом взошла луна.

Огромная в преломлении клубов пара, ярко-желтая, как пустынные цветы, круглая… прекрасная.

Мелькнула лунная радуга.

Инерис тихо выдохнула, забыв обо всем на свете, широко раскрытыми глазами уставившись на это чудо. Короткая, переливчатая, чуть смести зрение – и пропадает, чтобы в следующий миг проявиться вновь…

– В этой земле тяжело жить… но здесь немало прекрасного, Инерис, – тихо произнес Ассаэр.

– Странно, что ты обращаешь внимание на такие вещи, – пробормотала она.

– Отчего? – демон снова сцапал ее за руку, дернул к себе, отрывая от лицезрения. – Это моя родина, Иней. Нужно быть слепцом или глупцом, чтобы не замечать ее красоты.

– В тебе сложно предположить лиричность.

– Это и не лиричность, – усмехнулся Ассаэр. Поддавшись минутному, глупому порыву, пробежался пальцами по предплечью поверх черного рукава, заставив девушку вздрогнуть. Его голос зазвучал глуше, тише. – Это умение видеть вещи такими, какие они есть. Подмечать красоту для мужчины – не признак слабости. Только тот, кто уверен в своей силе, может позволить себе такую роскошь, как любование природой… или женщиной. Или целой россыпью лунных радуг, – и он выразительно кивнул в сторону.

– Очередной урок Эмера? – голос жалко дрогнул, и Инерис отвела взгляд, повернувшись к радугам, хотя они ее уже мало интересовали.

Смотреть в черно-синие глаза вдруг стало сложно, как и связно думать. Демон нес какую-то чушь, которая расходилась с давно сложившимся мнением о нем. "Любование природой... или женщиной". Не иначе как это тихая месть за их с Инуэль беседу…

– Так что у тебя там за ухажеры появились, Иней? – в низкий голос прокралась усмешка, а следом за ней – невнятное напряжение.

– Да нет у меня никаких ухажеров, – вздохнула она. – Сам же считаешь меня пугалом, какие уж тут ухажеры… просто к слову пришлось.

Пауза.

– Я никогда не говорил, что считаю тебя пугалом.

– Но ведь…

Зашипело, и внизу из-под земли вырвался новый фонтан пара. Инерис от неожиданности уткнулась в крепкое, горячее плечо демона.

«Может, и правильно было бы с ее помощью забыть ту, другую…»

– Сама ведь так решила, – едва стало тихо, произнес Ассаэр, невольно понизив голос. – Даже на наш взгляд ты довольно мила. Светлая кожа, волосы с рыжинкой пламени… разве что поправиться бы тебе немного, – ехидно добавил демон. – Но и так сойдет.

Инерис против воли устремила взгляд на сейчас кажущееся почти красивым лицо. Резкие черты смягчились, на губах легкая улыбка…

Она не нашлась с ответом. Пожалуй, впервые за все время их знакомства.

После долгой паузы, собрав все доступное ей ехидство, спросила:

– Так ты меня сюда на свидание притащил, что ли? Обстановка, знаешь ли, намекает...

Тихий смешок.

– Иней, что ж ты всегда такая колючая? – тихо посетовал Ассаэр, склонившись ниже и подсознательно ожидая, что она сейчас отпрянет.

Глаза в глаза.

Подобные сцены повторялись в прошлом не раз… в том прошлом, где она еще была наследницей… но теперь все было иначе.

Не было никаких ухищрений, никаких коварных планов с ее стороны. Никаких свидетелей.

Дыхание перехватило. Неужели все-таки?..

Прямо сейчас?

Еще ближе… Отпрянуть?

...Нет. Я хочу повторить то, что произошло под водой. Я хочу проверить… хочу узнать, как это, что из этого выйдет… Может, это и есть то, что я упускала все это время?..

И горячие губы демона медленно коснулись ее собственных.

Мелькнула дурацкая мысль: наверное, красиво они сейчас смотрятся – на фоне гейзеров, в лучах луны… Романтично…

Мелькнула и пропала, сменившись в первый миг не столько удовольствием, сколько ликованием, от которого даже перехватило дыхание.

Все-таки демон находит ее привлекательной!

Но тут Ассаэр легонько коснулся ее губ языком, и мысли смешались. Сопротивляться не хотелось совершенно, хотелось уступить, позволить ему целовать ее так, как он сам захочет…

И демон ее не разочаровал.

Воистину огненный напор, даже смутивший в первый миг, сменился проникновенной, тягучей лаской. Неожиданно умелой (а ей-то казалось, девушки должны от него бегать!), приятной, с привкусом соли и почти мятной свежести. Внизу живота приятно заныло, дыхание вдруг показалось каким-то неважным, все тело охватил ранее незнакомый трепет.

Оказывается, в поцелуе этого демона так легко затеряться, забыв обо всем – только позволь себе…

Ассаэру происходящее вдруг показалось совершенно нереальным, как предрассветный сон. Потому что такого не могло быть! Чтобы он вдруг решил поцеловать строптивую княжну, а она с чего-то не стала сопротивляться?!

Влияние момента? Эмера? Обстановки? Уже довольно долгого воздержания?

Да кто ж его знает!

Но противиться внезапному искушению оказалось слишком сложно.

...Даже в такой момент – неуступчивая… В этом вся Иней. Отвечает, но не позволяет взять верх, перехватить контроль. Правильно он сказал – северная.

Но это поправимо…

Девушка чуть подалась навстречу, и Ассаэр, до сих пор выжидавший, легонько гладивший сухие и неожиданно прохладные губы своими, наконец поцеловал ее по-настоящему.