Миллстоун. Трилогия
Шрифт:
– Оу, - осёкся Джон, - я не знал этого. Выходит, в библиотеке ничего не было?
– Не было. Я могу дать вам заключение о проверке. Когда её решено было оставить, там были ровные стены и пол. Никаких входов в подземелья.
– А откуда у вас это заключение о проверке?
– просто так осведомился Миллстоун.
– Полиция уже интересовалась, но я сказал им, и скажу вам, что это как раз тот случай, когда библиотека это лишь библиотека.
– Что же, - примирительно улыбнулся Миллстоун, - наверное, вы правы.
– Человека непосвящённого некоторые пациенты могут ввести в заблуждение, будто они здоровы и говорят правду, - сказал Семмен, - но это совсем не так.
Миллстоун отхлебнул виски и закурил.
– Что касается Коула, - начал он, - у меня как раз-таки нет сомнений. Мне, признаться, было даже немного страшновато с ним наедине. Обычно, если есть опасность, то можно всегда воспользоваться штатным приятелем, а здесь вроде как и стрелять нельзя, и как будто что-то надвигается.
– Это вы, как непосвящённый, - улыбнулся Рулл, - все, кто приходит из-за ограды, побаиваются местных жителей, хотя, они, в большинстве случаев безобидны. Коул, к примеру. Будь он по-настоящему опасен, Эллен не разрешила бы вам говорить, даже если бы вы настаивали.
– А если бы от этого действительно зависел успех расследования?
– поинтересовался Джон, посмотрев на Эллен.
– Вряд ли Коул может вам чем-то помочь. Доктор Кейн уже просил его показать, где прячется его дьявол, но он ничего не смог.
– И он был в библиотеке?
– Был, - кивнул Кейн, - я надеюсь, вы поверите мне на слово, и не захотите повторить эксперимент, но если Коула взять за руку и потребовать что-то показать, его энтузиазм резко падает. Он сразу становится вялым, и вместо призывных криков начинает что-то мямлить.
– Вот как?
– удивился Джон, отхлебнув ещё виски.
– Поэтому он хотел поговорить с вами без меня, - сказала Смит, - это что-то вроде защиты.
– Он говорил, что вы ему не верите, - легко улыбнувшись, сказал Джон.
– Мы ему не верим, это так, - сказал Кейн, - и у нас есть на это веские причины.
– Да уж, более чем, - примирительно сказал Джон, стряхивая пепел, - не подумайте, что я вам не верю, но то заключение, о котором вы говорили, здесь?
– Да, - ответил Кейн с готовностью, - хотите его увидеть?
– Простая формальность, доктор.
– Я понимаю.
Кейн встал, подошёл к столу и достал желтоватый листок, заполненный машинописным текстом, к которому был приложен снимок. Это было заключение строительной комиссии технологического бюро. Библиотека действительна была единственным зданием, где не было обнаружено никаких тайных ходов, и именно это послужило основной причиной того, почему она была оставлена. Снимок это подтверждал. Сориентировавшись, Джон понял, что слева изображён тот самый угол, в котором он заподозрил наличие тайного хода. Там действительно была голая стена и никаких намёков на вход в катакомбы.
– Что же, - сказал он, - номер документа запомнил, упомяну в своём отчёте. Когда есть ссылка на бюро, начальство воспринимает мягче.
Джон встал и аккуратно положил заключение на стол Кейна. Всё выглядело настоящим, но он ведь тоже не мог так глупо ошибиться. В любом случае, нужно было всё ещё раз проверить. Ему казалось, что никто из присутствующих здесь, скорее всего, непричастен, но нельзя было считать их таковыми лишь на основе ощущений. Хоть интуиция и не обманывала Джона, одного того, что ему хотелось верить этим людям, было недостаточно.
– Хорошо, когда полицейским свойственна подозрительность, - сказал Рулл, - гораздо хуже, когда они просто хотят состряпать отчёт и отстать.
– Сложности моего положения в том, что простой отчёт у руководства уже есть, и он его не удовлетворил, поэтому-то я и здесь.
– Вы просто обязаны что-то найти?
– спросил Семмен.
– Скажем, это весьма желательно, но ведь у нас наверху тоже не дуболомы, они понимают, что нельзя ничего найти там, где ничего нет.
– Но вы ведь не будете рассказывать им про дьявола, придуманного Коулом?
– спросила Смит.
– Это бы, конечно, заинтересовало некоторых людей. Которые хотели бы видеть меня одним из жителей Пастерхофа, - усмехнулся Джон, - впрочем, я и сам не особенно в это не верю. Кого я только не встречал в своих делах: и демоны, и дьяволы, и призраки, но на поверку все оказывались обычными двуногими.
– А я уже начинал думать, что вы ему верите, - сказал Саймон.
– Нет. Это интересно, но я же не сказал, что всё правда. Чёрная тень за окном это не показатель, но есть же вероятность, что он кого-то видел. Может, кто-то из санитаров выходил покурить или прогуляться в ночи. Если бы в этом кто-то сознался, то и в моём приезде не было бы нужды.
– Всё гораздо проще, - сказал Кейн, - он видел то, что хотел видеть. Я бы предложил наладить слежку за его окном, чтобы вы могли убедиться, что за ним никого нет, когда Коул поднимает очередную тревогу, но в последнее время он несколько успокоился, и ждать придётся долго.
– Это бы окончательно решило все проблемы.
– Я могу дать вам заключение, - сказал Рулл, - Коул и раньше страдал галлюцинациями, особенно, когда только поступил к нам.
– Но ведь вы его немного подлечили.
– Да, определённая ремиссия была, и достаточно длительная, - ответил доктор, - но сейчас я вынужден констатировать, что состояние его ухудшилось, только и всего. Это, конечно, связано с исчезновением других пациентов, но не настолько, насколько Коул хочет это показать.
– Пожалуй, тогда ваше заключение может оказаться полезным, - сказал Джон.
– Может быть, мы сменим тему?
– предложила Эллен, - Коул и так в последнее время привлекает к себе слишком много внимания.
– Признайтесь, детектив, это не самое интересное дело, над которым вы работаете?
– сказал Саймон.
– Ну, если всё обстоит так, как мне кажется сейчас, то да, далеко не самое интересное.
– А расскажите, какое было самым интересным?
– попросила Эллен, приблизившись к Джону, - если, конечно, можно.
– Много интересных дел, - ответил Миллстоун, задумавшись, - так даже и не скажешь.
Он видел, как её взгляд скользнул во внутреннее пространство его пиджака, где можно было увидеть краешек пистолета.
– Скажем, если брать легенды и суеверия, то был у меня как-то случай. Хозяин одного постоялого двора уверял, что его работников пугают некие призраки, бродящие в округе. Дело оказалось, скажем, не самым сложным.