Чтение онлайн

– Ха-ха. Забавно. И это говорит парень, который и так ни с кем не встречается.

В его глазах мелькает озорство, прежде чем он небрежно пожимает плечами, поднося к губам пиво.

– Чтобы ты знал, мы тоже не встречаемся. Мы с Зандерсом.

– И чем вы тогда занимаетесь? Потому что для меня это выглядит так, будто самый большой придурок в городе спит с моей сестрой.

Я не знаю, как на это ответить, но прежде чем успеваю открыть рот, к нашему столику подходит Мэддисон.

– Привет. – Он улыбается и держит жену под руку.

– Привет, Стиви, – добавляет Логан, слегка помахав рукой.

– Привет, ребята. Логан, ты прекрасно выглядишь. Зеленый – твой цвет.

– Я могу сказать то же самое о тебе и голубом цвете. Ты выглядишь великолепно. Вы двое хорошо проводите время?

– Да. Это потрясающее место.

Мэддисон и Логан переводят взгляды с Райана на меня, прежде чем я осознаю, что они не представлены. Странно. Обычно моего брата все знают, а я – сестра, которая ходит за ним по пятам.

– О, простите. – Я поворачиваюсь к Райану: – Райан, это Мэддисон, он капитан «Рапторс», а это Логан, – я указываю на рыжеволосую красавицу. – Они живут в нашем доме. А это мой брат, Райан Шэй.

Щеки Логан слегка зарумяниваются.

– Я хотела подойти и притвориться, что не знаю, кто ты такой, но правда в том, что я твоя большая поклонница.

Райан смеется:

– Ты замужем за капитаном лучшей хоккейной команды лиги и ты – моя поклонница?

– Чушь собачья, верно? – саркастично добавляет Мэддисон.

– Не пойми меня неправильно, – начинает Логан. – Сейчас я фанат хоккея, но баскетбол – моя первая любовь.

Райан чокается своей бутылкой с бокалом шампанского Логан.

– Наш человек!

– Ну, мы хотели сказать спасибо вам, ребята, что пришли, – вмешивается Мэддисон. – И, Райан, я видел, как ты пожертвовал билеты для своей семьи и индивидуальную тренерскую сессию на негласный аукцион. Это круто, чувак, спасибо.

– Не за что. Рад, что смог помочь. Фонд, который вы создали, чертовски крутой.

– Ну, на самом деле это не только я, – кто-то прерывает Мэддисона на полуслове, шепча ему на ухо. – Мое слово, – говорит Мэддисон. – Сейчас вернусь, детка. – Он целует жену и идет за человеком, который его прервал.

– Удачи! – кричит Логан, прежде чем обойти стол и встать рядом со мной. Мы вместе смотрим на сцену, куда направляется Мэддисон.

– Шэй! – окликает меня из бара Дом.

Райан хлопает меня по плечу.

– Ты в порядке?

Я киваю в ответ.

– Приятно познакомиться, Логан.

– Мне тоже, – говорит она, и мой брат уходит, чтобы пообщаться со своими товарищами по команде.

Мэддисон выходит на сцену с парнем, который его увел.

– Кто это? – спрашиваю я Логан. За столом с высокой столешницей менее чем в десяти футах от сцены остались только мы двое.

– Рич. – Логан закатывает глаза. – Он менеджер Элая и Зи, и он ужасен. Я имею в виду, он заработал ребятам кучу денег, но с моральной точки зрения я не его поклонница.

Наблюдая, как Зандерс выходит на сцену с Мэддисоном, я в замешательстве хмурю брови.

– Что происходит?

– О, они просто собираются произнести приветственную речь и поблагодарить всех за то, что пришли.

– И Зандерс тоже?

– Конечно, – посмеивается Логан. – Он соучредитель «Активных умов». Они с Элаем вместе основали фонд четыре года назад.

Я приоткрываю рот.

– Что? – Мой взгляд прикован к красивому мужчине на сцене, пока он готовится выступить перед микрофоном.

– Ты не знала? Он тебе не сказал?

– Нет, – качаю я головой.

– Это он привел Элая к психотерапевту, когда мы учились в колледже, и он действительно увлечен тем, что помогает детям найти поддержку, в которой они нуждаются. Если бы не Зи, я не знаю, стал бы Элай тем человеком, которым он является сегодня.

Черт.

Черт. Черт. Черт.

Я не готова узнать эту сторону Зандерса. Я уже борюсь со своими чувствами. Мне не нужно знать, что он осознает свои недостатки и борется с ними и что он – активист, когда дело касается психического здоровья.

Я пытаюсь сглотнуть, но у меня пересохло во рту, поэтому я залпом допиваю остатки пива, нуждаясь не только в жидкости, но и в храбрости.

– Люди читают или слышат о нем в таблоидах или новостях, и они думают, что знают его, – продолжает Логан. – Они думают, что им нужно его изменить. Женщины пытаются его изменить. Люди предполагают, что ему нужно какое-то огромное развитие как личности, но правда в том, что Зи – удивительный парень, всегда был таким. Он наш лучший друг, он относится к нашим детям как к своим собственным, и он чрезвычайно заботлив. Он сильно любит своих людей и заботится о них так, что ты не поверишь. В общем, в нем не нужно ничего менять. Ему просто нужен кто-то, кто примет его таким, какой он есть, и оценит то, что он может дать. Он всегда будет высокомерным, непримиримым и чертовски прямолинейным, но это то, что делает его тем, кто он есть. Ему просто нужен кто-то, кто увидит, какой он, и примет его.

Мои глаза прикованы к сцене. Мэддисон и Зандерс выходят вперед, но мое сердце бьется со скоростью километра в минуту.

– И еще ему нужен кто-то, кто его защитит.

Не моргай. Не моргай. Не моргай.

Не знаю почему, но в уголках моих глаз собирается влага. В этот момент я просто чувствую себя ошеломленной, узнав так много о том, кто такой Зандерс.

Единственное, в чем я нахожу утешение, когда речь заходит о Зандерсе, – это в его неспособности лгать. Мне лгали больше раз, чем я хотела бы признать, но с Зандерсом я чувствую себя совершенно свободно, зная, что он скажет именно то, что у него на уме. И вот он лжет о том, кто он такой, и, несмотря на то что он лжет, чтобы скрыть удивительную часть своей жизни, это неожиданным образом сбивает меня с толку.

Почему он не позволяет людям увидеть его с этой стороны?

– Почему он ничего не сказал? – шепчу я, но мой вопрос звучит слишком тихо, чтобы Логан услышала.

Я полностью поглощена тем, как Зандерс и Мэддисон произносят приветственную речь. И во время этой речи я узнаю все о поворотном моменте в их жизни, который заставил обоих мальчиков обратиться к психотерапевту. И хотя Зандерс не называет свою мать причиной, по которой он был так расстроен двенадцать лет назад, я знаю, что именно из-за нее он чувствовал себя покинутым.

Они рассказывают о своих отношениях и о том, как в детстве были непримиримыми соперниками, но их путь к обретению душевной свободы заставил их объединиться и укрепить дружбу, которая у них есть сейчас.

Они рассказывают о некоторых ребятах из своей организации, которые получили пожертвования, собранные ими за эти годы, и куда пойдут сегодняшние пожертвования.

Но даже после их выступлений у меня все еще остается один главный, первоочередной вопрос.

Почему Зандерс не позволяет людям увидеть его с этой стороны?