Чтение онлайн

Логан одаривает меня сочувственной полуулыбкой.

– Я думаю, в глубине души она знает, но, Зи, ты должен понять: кроме моей семьи все в мире думают, что ты именно такой. И да, ты принял это решение много лет назад, чтобы продолжить карьеру, но ты не такой. Так что перестань играть в это. То дерьмо, которое ты вытворил на льду, – она указывает в сторону арены, – это не настоящий Зи. Это ЭЗ – плохой парень, которого не существует, так что перестань в него играть. Может быть, это прояснит ситуацию для Стиви.

– Ой, да она знает обо мне больше, чем я когда-либо планировал позволить кому-либо узнать. И она до сих пор считает, что я какой-то кусок дерьма. И что, черт возьми, мне с этим делать?

– Нет, это не так, – качает головой Логан. – Послушай, я мало с ней общалась на прошлой неделе на благотворительном вечере, и я ее не знаю, но мне кажется, она в замешательстве и не понимает, почему ты выставляешь эту медийную персону на всеобщее обозрение. Будь снисходителен. Элай был самым эгоистичным человеком, когда мы познакомились, и если бы он продолжал вести себя подобным образом по отношению ко всем остальным на публике, но был милым только со мной за закрытыми дверями, я думаю, возможно, я тоже была бы сбита с толку. Он по-настоящему изменился, когда полюбил всех вокруг, не только себя и меня.

О боже, она права. Она всегда права.

– Я пока не готов быть честным со всеми.

– Хорошо, но ты можешь быть честен с ней. Тебе нужно все ей рассказать. Расскажи ей о своей семье и объясни, почему ты позволяешь миру воспринимать тебя таким. Если она тебе действительно нравится, Зи, я думаю, тебе нужно все ей рассказать.

Опустив глаза, я продолжаю смотреть в пол.

– Она мне действительно нравится.

Логан не отвечает, и когда мой взгляд возвращается к ней, я вижу широко раскрытые глаза и приподнятые брови.

– Что? – осторожно спрашиваю я.

Зеленые глаза искрятся понимающим блеском.

– Я никогда не думала, что услышу от тебя эти слова, – хихикает она. – Но в твоих устах они звучат приятно.

– О боже. – Я игриво закатываю глаза. – Я превращаюсь в Мэддисона, да?

– Немного. Кстати, о муже, мне нужно вернуться к игре.

Я распахиваю руки, чтобы снова ее обнять.

– Он меня убьет, если из-за меня ты не увидишь один из сотен его голов, – мой тон сочится сарказмом.

– Мы оба знаем, что он снова и снова будет показывать мне повтор, даже если я увижу это своими глазами.

Она крепко обнимает меня, ее игривый тон меняется.

– Зи, ты заслуживаешь, чтобы тебя любили безоговорочно, но для того, чтобы это произошло, ты должен выложить на стол все свои карты.

Я обнимаю ее еще немного, мы оба молчим.

– Люблю тебя, – напоминаю я ей, прежде чем удалиться по коридору, чувствуя себя немного легче и зная, что мне нужно делать. – Эй, Ло?

– Хм? – Она поворачивается ко мне, стоя в противоположном конце коридора.

– Убирайся к черту из финансистов. Тебе действительно следует стать психотерапевтом.

Ее игривый смех эхом отражается от стен узкого коридора, и она возвращается на каток, чтобы посмотреть последние несколько минут игры.

После пары дней размышлений мое дерьмовое настроение начало меняться. Логан была права, я действительно заслуживаю безусловной любви, но есть кое-кто еще, кто тоже этого заслуживает.

Когда я вхожу в квартиру Мэддисонов, меня встречает голая спина лучшего друга, который расхаживает по кухне с сыном на руках.

– Привет, чувак, – бросает через плечо Мэддисон.

– Привет, Зи, – добавляет Логан. Я чмокаю ее в щеку, и она садится за кухонный стол.

Пробираясь по кухне, я обхватываю тыльную сторону пеленки спящего на груди у отца Эм-Джея и целую его в макушку. Затем, для пущей убедительности, добавляю поцелуй в щеку Мэддисона.

– Зи, – он предупреждающе приподнимает плечо. – Убери от меня свои мерзкие губы.

– Свежий кофе, – предлагает Логан.

Достав из шкафчика чашку, я наливаю себе ежедневную дозу кофеина.

– Останешься на завтрак? – спрашивает Мэддисон.

– Нет, не могу. Мне нужно кое-что сделать этим утром, но я хочу попросить тебя об одолжении. Можно украсть твою дочь?

Мэддисон и Логан, застыв, поворачиваются в мою сторону. Мои лучшие друзья хмурят брови, и Логан предлагает:

– Попробуй спросить еще раз.

– Могу я на полдня украсть твою дочь? – поправляюсь я.

– А, да, – отмахивается от меня Мэддисон, возвращаясь к приготовлению завтрака.

– Конечно, – добавляет Логан. – По какому случаю?

– Ну… – Я делаю глоток кофе, откидываясь на кухонную стойку. – Я собираюсь взять собаку, но сначала мне нужно убедиться, что она будет нормально вести себя с Эллой.

По губам Логан скользит понимающая улыбка.

– Ты собираешься взять ее из какого-то конкретного места? Может быть, из места, где одна стюардесса работает волонтером?

– Может быть. – Я пожимаю плечами.

– Зи, ну ты и влип, – смеется Мэддисон.

Ладно, не так уж он не прав.

– Я беру не для того, чтобы произвести впечатление на Стиви. Я подумал о том, что мы обсуждали, Ло, и я действительно хочу, чтобы меня любили. Так почему бы не завести собаку? Особенно такую, которая просто хочет, чтобы кто-то любил ее в ответ. Я одинокий парень, у меня огромная квартира, и я могу позволить себе, чтобы кто-нибудь присмотрел за ней, пока мы в разъездах.

– Как ее зовут? – Логан в волнении подается вперед.

– Рози. Ей пять лет, доберман, и, судя по тому времени, которое я с ней провел, и по тому, что мне рассказала Стиви, она настоящая душка. Но она в приюте больше года, потому что выглядит немного пугающе, понимаешь? У меня есть возможность позаботиться о ней, и она заслуживает того, чтобы кто-то ее любил, так почему бы и нет?

– Зи, я от тебя в шоке. Дорогой, что случилось со всеми собаками, которых ты собирался мне подарить? – спрашивает Логан мужа.

– Это было до того, как ты решила рожать мне детей.

– Может быть, если сделаете перерыв в деторождении, вы, ребята, сможете завести собаку? – предлагаю я только для того, чтобы позлить своего лучшего друга.

– Следи за языком, – предупреждает Мэддисон, заставляя нас с Логан расхохотаться.

– Дядя Зи! – Элла врывается на кухню, скользя по полу в носках. – Смотри, что я тебе приготовила.

Я подхватываю ее на руки, и она протягивает мне листок бумаги.

– Это мне? – спрашиваю я, рассматривая ее работу. Простая раскраска исчеркана зелеными и фиолетовыми мелками, ни одна деталь не укладывается в рамки. Может, она и не великий художник, но, черт возьми, она милая. – Как красиво. Спасибо.