Чтение онлайн

Нам никто ничего не сказал. Ребята удовлетворились тем, что Димка вновь стал прежним, честно извинился перед нами за устроенную им нервотрепку, и не стали его пытать и допрашивать. Им было легче забыть, чем вытаскивать на свет чужие скелеты, и я их понимала. Но с собой, с твердым ощущением чужого присутствия, я ничего не могла поделать. Тот, кто контролировал его тело всю прошедшую неделю, никуда не делся, он стал его тенью, продолжением души, у Димки даже аура стала другой, более размытой, как по объему, та и по цвету. От него теперь буквально веет смертью, и этого словно никто не замечает.

Я сердито стукнула кулаком по воде, расплескав ее, но не обратив на это внимания. И почему этого никто не замечает, никто не видит? Я ведь специально их с Лешкой познакомила, чтобы тот тоже посмотрел, но он почему-то больше заинтересовался аурой Боровикова. При этом он заявил, что сам не прочь поработать с таким материалом, а мне строго-настрого запретил издеваться над ним.

– Опасно для здоровья, - наставлял он меня.
– И вообще, старайся держаться от него подальше. Мало ли что может и когда может случиться, ты, со своей привычкой оказываться не в том месте и не в то время, наверняка окажешься поблизости.

До чего они все любят говорить загадками, нет, чтобы сразу все объяснить! Я сняла полотенце с сушилки, вытерла им лицо и бросила в корзину с грязным бельем. Оксана бесится, говорит, что я ее уже своей брезгливостью замучила. Мол, таких некромантов нигде больше нет, и только ей так повезло. Я задумчиво огляделась, понимая, что сегодня она будет приятно удивленна. Однако, я не люблю шокировать людей, поэтому надо навести порядок. Я открыла двери, распахнула форточку, впустив в комнату сладковатый морозный воздух, включила музыку и с головой погрузилась в работу, потихоньку подпевая Калиссе:

– Кха-кха!
– я испуганно охнула, табуретка подо мной так же испуганно заскрипела, накренилась и я, не успев ни за что ухватиться, рухнула на кресло, ударившись позвоночником о подлокотник.

– ... .... .... мать!
– искренне перечисляла я всю родословную Димки, пока он помогал мне подняться, кидая на меня скорбные взгляды и время от времени прерывая мою речь своими извинениями.

Прошло довольно много времени, прежде чем я, наконец, перестала ругаться и задала вопрос по существу. В смысле, что он тут делает, кроме того, что пугает бедных беззащитных некроманток. Димка резко выпрямился, уронил только что поднятую табуретку обратно на пол, и застыл памятником самому себя, задумавшись над ответом. долго я не выдержала и прорычала:

– Говори, или продолжай уборку!

– Я лучше Кузю с Василием пришлю, - он вздохнул, и выпалил: - Нин, ребята сказали, что ты первая заметила изменения во мне. Можешь сказать точно, что было не так?

– Ну, ты же не мертвый... пока, - потирая спину и грозно косясь в его сторону, пообещала я.

– Почему тогда Ярополк Турович не заметил, у нас ведь два занятия было на прошлой неделе?

– Слушай, иди и сам у него спрашивай, почему он не заметил! Я-то откуда знаю?
– я откинулась на подушку, болезненно скривившись при этом (пусть его совесть помучает), и отстраненно, как будто меня это совершенно не интересовало заметила: - Он, кстати, еще здесь.

Но то, что он сказал дальше, я точно не ожидала услышать:

– Я знаю, - он присел на край трижды проклятого кресла, и задумчиво произнес: - у меня теперь есть хранитель...

Несколько минут у меня ушло на то, чтобы вникнуть в его слова и понять их смысл. Хранитель не такая уж и редкость, как может показаться по моей реакции, такие наверняка есть у каждого второго... ну, третьего. Разница в Силе Хранителя. Их очень редко замечают, и я ни разу не слышала, чтобы кому-то из них удалось взять контроль над телом подопечного.

– Только не говори об этом никому, - спохватился Димка.
– Меня и самого предупредили не болтать. И не надо на меня так смотреть, тебе я сказал, потому что ты сама его видишь, смысла нет скрывать.

Он ушел, пообещав прислать своего домового, а я задумалась. Как я уже говорила, аура Димки изменилась, по-видимому, под влиянием Сил Хранителя, сплелась с остатками его ауры. И если ее внимательно изучить и вычленить новое и пока еще чуждое ему, а потом сравнить с данными из библиотеки, то можно узнать имя того, кто стоит за плечом Димы. Времени я угрохаю много, это точно, но если я найду ответ, то оно будет потрачено не зря. Я соскочила с кровати, намереваясь броситься вслед за Димкой, но в запале совершенно забыла про ушибленную спину, которая тут же напомнила мне о себе. Пришлось признать, что сегодня я точно никуда не пойду, буду лежать, пока кто-нибудь не придет и не поможет мне добраться до Василисы. Их можно и вызвать, но ведь вызов примут ее помощницы и по совместительству экспериментаторши-садистки, а мне жизнь дорога.

Кузьма ушел, таща за хвост недовольного Маньяка, и мы с Мишкой остались в комнате одни. Я задумчиво посмотрел на часы, потом на своего соседа, собирающегося ложиться спать.

– Половина седьмого. Не рано ты?

– Поздно, - Мишка взъерошил волосы и огляделся, ища взглядом будильник, который каждое утро скидывал на пол. Только благодаря магии он еще не сломался, но при этом каждый вечер, из-за все той же магии, его приходилось искать по всей спальне. Чаще всего он прятался за шкафом, там где жил Кузя.
– Сир забегал, сказал, что сегодня в полночь нас поднимут и потащат на определение уровня.

Я замер, вспомнив, что я читал об этом в книгах. И какой у нас завтра великий праздник?

– Зимнее солнцестояние, - ответил Миша, отыскавший, наконец, беглеца.
– Прикинь, у всех праздник, а первый курс будет встречать его в лесу, в ожидании своей очереди, а потом ждать, когда пройдут остальные, чтобы объявили результаты.

Я вздохнул, понимая, что надо следовать его примеру, хотя сна не было ни в одном глазу. Я расправил кровать и завалился на нее, некоторое время крутился с боку на бок, пока, наконец, не провалился в сон. Отдохнуть не получилось, я проснулся разбитым, словно не спал несколько суток. С трудом поднялся, и, подгоняемый Мишкой, едва успел собраться к тому моменту, когда в комнату влетел мой взъерошенный крестный. Из его ворчания я узнал много нового о Серпуховском, который скинул всю заботу о четырнадцати разгильдяях на него. Заметив наши усмешки, которые мы и не старались скрывать, он прошипел, что, если мы сейчас не забудем все, что слышали, то он устроит нам амнезию с потерей слуха.

В коридоре нас ждали не выспавшиеся однокурсники, вообще, единственными, кто выглядел более-менее прилично, были Мишка и эльф. Какого здесь забыл цыган, я не понял, но Сиру лучше знать. Намного интереснее было, что здесь забыл Лик, ведь у дроу другое распределение Сил. Рада не постеснялась спросить об этом у него, но в ответ получила лишь небрежное пожатие плеч и ленивое:

– Мне интересно.

Рада фыркнула и отвернулась, предварительно бросив на него презрительный взгляд. Я невольно вспомнил подсмотренную мною не так давно встречу в саду, и задумался. Между ними что-то явно происходило, но я тогда все же ошибся, меньше всего то, что происходило, напоминало отношения влюбленных. Девушка не доверяла ему, Лик же либо не обращал на нее внимания, либо начинал крутиться рядом, постоянно влезая в разговор, читая ей нотации. Вел себя как старший брат, но потом словно вспоминал о том, кто он такой и где находится и одергивал себя.