Чтение онлайн

— И обречь невиновного человека на томление за решёткой? — поинтересовался Гленн Гилсон. — В то время, когда все встречают Перерождение? К сожалению, у меня есть сердце для того, чтобы попытаться это предотвратить.

— Представьтесь, — приказал судья вместо ответа.

— Гленн Гилсон. Я вёл дела с вашим свидетелем — тем, кто называет себя Верном Вутом. Я знаю, о чём говорю. Бентон Нилт не погиб — несколько дней он пробыл в состоянии анабиоза, но после вмешательства магии был возвращен к состоянию жизни. И вполне успешному. Тому есть вполне вменяемые доказательства, как я уже и сказал.

Алеста зачем-то посмотрела на мистера Косгроува, с которым чувствовала душевное родство ничуть не меньшее, чем с Бернис. Быть может, проведенным им протокол не в последнюю очередь на это родство повлиял? Мистер Косгроув залез в их с сестрой души, пусть и не по собственному желанию, но расковырял и осмотрел каждый их дюйм, чтобы быть непредвзятым, когда придётся выносить вердикт.

Мистер Косгроув усмехался не таясь.

И Алеста тоже вдруг усмехнулась.

Его сиятельство дал себе некоторое время на размышление. А потом подозвал клерка и выдал ему поручение. Для многих в этом судебном зале оно осталось неразличимым, зато Алеста прекрасно всё расслышала.

Судья в самом деле поручил своему помощнику связаться с Управлением общественной безопасности по Олтеру. А потом, уже громче, предложил Гленну Гилсону занять место среди публики, до выяснения обстоятельств.

Самое странное заседание суда. Наверное, иное хозяйке Лавки странностей и не было положено.

Алеста будто наяву увидела посвященный ей новый выпуск газеты «Таинственных событий Глейменса», которая уже больше сотни лет являлась главным конкурентом «Глейменса и важных происшествий». Пока конкуренты вещали о проверенных вещах из официальных источников, что были важны, по их мнению, каждому жителю Глейменса, сами «Таинственные события» делились сплетнями, захватывающими историями и прочими чудесами.

Дедушка, любитель всяких-разных газет, наибольшее предпочтение «Таинственные события».

Сколько дней пройдёт, прежде чем дедушка прочитает в ней историю о собственной внучке? И достаточно ли в корреспондентах этой газеты этики, чтобы не раскрывать имя Алесты?

Клерк вернулся неожиданно скоро — будто бы на той стороне провода, в Управлении общественной безопасностью Олтера, только и ждали, когда же им позвонят с заседания. Клерк занял выгодную позицию: такую, чтобы каждый мог расслышать его слова, где-то между судьей и стороной защиты: мистером Ралфсом и Вистаном Меллиганом.

Он занял сторону защиты. Это хорошо.

И объявил во всеуслышание:

— Сотрудники Управления общественной безопасностью Леберлинга подтвердили, что мистер Бентон Нилт, действительно, жив. И задержан их отделением вчера в районе восьми вечера. Управление также сообщает, что в случае необходимости может сопроводить мистера Бентона Нилта прямиком в Леберлинг для выяснения дальнейших подробностей.

Сердце Алесты освободилось от удерживающих его мышц, проломило грудную клетку, упало прямиком к её ногам и разломилось на множество осколков.

Часть из этих осколков опустилась ей под глаза, преобразившись в слёзы, прозрачные, как хрусталь.

Алеста не имела права оборачиваться. Но она обернулась — и взглядом наткнулась на двух Гилсонов, братьев, которых всю жизнь пытались меж собой поссорить, но которые вдруг оказались рядом — и по одну сторону баррикад.

Гленн Гилсон улыбнулся Алесте со всей галантностью, будто бы и не представлял когда-то интересы Ордена, не покушался на свободу Бернис.

А Кейден Гилсон… Взгляд его говорил слишком многое — и всё это Алеста предпочла бы оставить себе, ни с кем не делиться.

Она одними губами шепнула его имя: «Кей». И развернулась к Его сиятельству прежде, чем кто-либо заметил её своеволие. Впрочем, стороне правосудия было сейчас совсем не до неё.

…Впервые за это утро судья позволил себе проявить эмоции.

Он улыбнулся одними уголками и заметил:

— Следуя вашим словам, преступление, за которое мы собрались судить мисс Алесту Эндерсон, не было совершено. Из чего следует, что все аргументы, представленные уважаемыми адвокатами «за» и «против», перестают быть релевантными. Но всё-таки дело заведено, и оно должно получить развязку. Сейчас я обращаюсь к стороне обвинения: в связи с открытием фактов, есть ли вам, чем дополнить эту речь.

Адвокат со стороны обвинения растерял большую часть своего напора. И всё-таки задача его состояла в том, чтобы до последнего отстаивать интересы своего нанимателя — Верна Вута:

— Ваше сиятельство, по имеющимся у меня данным, тело мистера Бентона Нилта было передано родственником для прощания и упокоения. И я предпочитаю доверять собственным источникам, а не заявлениям этого молодого человека, который мог бы без зазрения совести подкупить Управление общественной безопасностью по Олтеру. Пока я не увижу мистера Бентона Нилта собственными глазами, я буду придерживаться той концепции, с которой шёл на это заседание.

Судья кивнул:

— Вы имеете право на такое мнение, но впредь я попрошу вас удержаться от того, чтобы обвинять свидетелей в клевете. Теперь я обращаюсь к стороне защиты с такой же просьбой: дополнить свою речь, если есть такая необходимость.

Алеста приготовилась слушать речь мистера Ралфса, приправленную остроумием на грани уважения к слушателям.

Но речь его оказалась весьма и весьма короткой:

— Ваше сиятельство, с вашего позволения, своё право слова я бы хотел передать мистеру Вистану Меллигану.

— Наше сегодняшнее заседание нарушило все возможные протоколы, — весьма справедливо заметил судья. — Поэтому я позволю мистеру Меллигану высказаться.

Отец поднялся со скамьи, поправил манжеты белой рубашки… Он не смотрел на Алесту: сосредоточил всё своё внимание на стороне обвинения, а именно — на Верне Вуте.

— Я многое мог бы сказать в отношении мистера Девена Финча, известного публике под именем Верна Вута. Однако я не считаю нужным требовать что-либо с него, поскольку всю свою жизнь мистер Девен Финч является лишь исполнителем чужой воли и переносчиком сплетен. К мистеру Девену Финчу у меня есть лишь одна просьба: раскрыть лицо того, кому он прислуживает в этот раз, и сделать это как можно быстрее. Однако, обращаясь к суду, я изъявляю волю выдвинуть мистеру Девену Финчу обвинение в покушение на свободу моих дочерей.

Верну Вуту… или как теперь следует его воспринимать?.. Верну Вуту отлично удалось сохранить лицо. Выслушав речь Вистана Меллигана, он лишь развёл руки в сторону — мол, кто я такой, чтобы противостоять вашей непоколебимой воле?

— Задержитесь после заседания, мистер Меллиган, — миролюбиво предложил судья. — Наши секретари помогут вам составить заявление.

А затем он обратился уже к публике:

— В связи с открытием фактов, противоречащих обвинению, выдвинутому мисс Алесте Эндерсон, я предлагаю поставить не точку, но запятую в данном судебном заседании. Я не вижу смысла задерживать собравшихся в зале суда несмотря на этот светлый праздник. Нам нужно время, чтобы отделить правду от лжи, в связи с чем — заседание переносится на неопределенный срок. Мисс Эндерсон, за неимением доказательств вашей вины, вы можете быть свободны — суд направит вам извещение, когда посчитает необходимым. Однако вас, мистер Гленн Гилсон, мы попросим остаться. Как и вас, мистер Верн Вут.