Чтение онлайн

Погода вернулась к своему привычному состоянию: солнце скрылось за несколькими слоями облаков, установилась пасмурность, в любой момент мог начаться снегопад. Пропало всё волшебство вчерашнего дня, и от этого отчего-то щемило сердце.

Брутус Кросби тоже не выглядел весёлым. Молчал и всё чаще смотрел под ноги. Лишь когда они приблизились к Лавке странностей, он сказал наконец:

— Алеста, мне видится, мистер Гилсон в чём-то подозревает вас.

Алеста ожидала что угодно, только не такое неожиданное признание.

— Почему вы так решили?

Брутус осмотрелся по сторонам, будто Кейден мог в любой момент выпрыгнуть из-за сугроба с громким воплем: «Ага! Попались!». Алеста не понимала, в чём причина такой сильной подозрительности. И всё же не решилась спорить с мистером Кросби. Отомкнула входную дверь в лавку, смахнула с ботинок снег и прошла внутрь.

— Проходите, пожалуйста, мистер Кросби. Вы давно не были у меня в гостях.

С того самого момента, как Алеста потратилась на подсветку — именно Брутус помог её установить. А было это в начале осени.

— Здесь всё осталось по-прежнему, — заметил Брутус, — в воздухе всё ещё витает волшебство.

— Так чем же именно вас смутил мистер Гилсон? — поинтересовалась Алеста. Скользнула до стойки с кассовым аппаратом, опустила на неё все свои двенадцать писем. Если никто не решит заглянуть к ней в гости, все равно будет, чем заняться.

Брутус Кросби прошёлся по Лавке странностей, поправил склянку с бальзамином, которая по велению неведомых сил приблизилась к самому краю полки. И только потом ответил:

— Я узнал его. Хотя более чем уверен, что он не узнал меня.

— Он и вас успел привлечь к следствию?

— Нет, — Брутус позволил себе улыбнуться. — Мы виделись двадцать лет назад — в те времена Кейдену было лет шесть. Непродолжительное время мы работали вместе с его отцом — Мавериком Гилсоном. Собственно, я признал бы его, даже если бы не фамилия. Во времена нашего знакомства Маверик был, конечно, немного взрослее, и всё-таки они удивительно похожи.

— И кто же он — его отец?

Уха Короля Подземельных под рукой не оказалось. И это, конечно, лишь делало разговор ещё более волнительным.

— Маг, — ответил мистер Кросби просто. — Уже в те времена он занимал вполне неплохой пост: преподавал в академии, занимался исследовательской деятельностью. Ещё тогда он выбрал себе признание: магия метаморфоз. Хотя, может статься, в данный момент его увлекает нечто другое. Попробуй разберись в творческих порывах магов, — он слегка улыбнулся.

— Как интересно, — заметила Алеста.

Следом за бальзамином внимания Брутуса удостоились две склянки с засушенными белыми цветками лаванды гриотты: они оказались слегка повернуты этикетками влево, но мистер Кросби тут же исправил это лёгкое недоразумение.

— Со мной всё куда проще, — продолжил он, — я был тем же, кто я есть сейчас. Механиком. Случилось так, что мы с Мавериком оказались втянуты в одну и ту же разработку. Молодость… Она полна амбиций.

— Вы создавали магические артефакты, — поняла Алеста.

И сразу же вспомнила непримиримый отказ, который получала на свои просьбы. С её магическими артефактами мистер Кросби работать отказывался наотрез. Однажды, в самом начале возрождения Лавки странностей, Алеста попыталась схитрить и предложила Брутусу приспособление, которое на первый взгляд не имело к магии никакого отношения. Это был стеклянный шар: потрясёшь его из стороны в сторону, и внутри завьюжит снег, белоснежным покрывалом укутывая пряничный домик. Однако этот шар имел секрет: если вложить в него крупицу магии, в нём начинали меняться времена года. Оживало крошечное деревце. И внутри стеклянной оболочки вместо снега кружились то розовые отцветшие лепестки, то желто-оранжевые опадающие листья.

Дел было немного — нарастить гипсовый уголок подставки и отполировать стекло, на котором примостилась пара царапин.

И дела эти, как можно понять, никакого отношения к магии не имели.

Однако мистер Кросби все равно раскрыл хитрость Алесты. И даже весьма серьёзно на неё обиделся.

— Не совсем так, — заметил Брутус. — Я не создавал их — я их совершенствовал. — И поспешил перевести тему, пока Алеста не продолжила расспросы: — Матушка Кейдена Гилсона всегда была женщиной весьма занятой. А потому Кейден часто появлялся в нашем исследовательском центре вместе с отцом. Он интересовался магией, Алеста. И даже то, что в итоге он пошёл по пути своей матери, не означает, что магического таланта у него нет.

Так вот, почему он промолчал вчера, когда Алеста спросила о магических способностях Кейдена. Потому что было, что скрывать.

— И какое отношение это имеет ко мне? — всё-таки поинтересовалась она.

— Он раскроет ваш секрет, если ещё не раскрыл. Он явно чувствует, что вы что-то скрываете, и ваша тайна для него — лишь вопрос времени. Всё-таки не зря он стал следователем. К этому у него тоже имеется врождённый талант.

— Если я начну от него убегать от него и прятаться, он лишь больше заинтересуется мной, — заметила Алеста. — Выходит, я обречена.

— Отрицайте, — посоветовал Брутус Кросби. Лицо его стало задумчивым, а потому — непроницаемым. Невозможно было понять, что именно он чувствует. — Отрицайте всё, к чему он попытается вас притянуть. Быть может, тогда ему надоест, и он отпустит вас на свободу. Мне пора идти, Алеста. Удачи вам в вашем деле.

Алеста кивнула. Но в ответ ничего не пожелала. Включила наконец основное освещение — мягкий жёлтый свет, от которого, вообще говоря, проку было мало. Облокотилась на стойку и принялась читать письма, одно за другим. Не стала даже прятаться в подсобку: об этом скромном местечке Кейден уже знал и в случае мог с лёгкостью отыскать в нём Алесту.

Рабочий процесс, как ни странно, несколько успокоил волнение.

Письма были, в среднем, неплохие. Алесте пообещали новую поставку травяных сборов — будет, из чего составлять подарочные смеси: для бодрости, для здоровья, для душевного равновесия. И ещё — коробку слегка побитых жизнью светильников. Поставщик описывал их вот как: величественные, воодушевляющие светильники в виде настоящих домиков, с окнами и подвижными дверями, с украшениями на любой вкус. Но больше Алесту обрадовало вот что: работают они без магии. Значит, мистер Кросби поможет привести их в приемлемое состояние.

Также Алесту зазывал в Олтер один барахольщик. Как написал он сам — у них свежий завоз магических штук, на которые никто, кроме Алесты, и не клюнет. Так что он готов отдать их почти за бесценок, пусть только заберёт. В планах на следующие выходные появилась первая галочка: поездка в Олтер. Новые магические артефакты. Главное, чтобы за неделю всё более-менее успокоилось.

Сегодня большинство лавок торговой площади было закрыто. Те из торговцев, который хотел что-то распродать или решить вопросы, занимались этим вчера. Сегодняшний день был посвящен отдыху – на работу пришёл лишь ленивый. Тот, кому совсем не хотелось заниматься домашними делами. В общем-то, кроме Алесты, Брутуса и Кейти таких ленивцев было человека три. В окнах других лавок стояла темнота.