Миссия: Реабилитировать злодейку!
Шрифт:
— Да что вы… — задыхалась от возмущения леди, чьи щеки опалились румянцем.
— Что позволяете себе вы, бросаясь подобными провокациями? — не давала ей передышки. — Думаете, я оскорблюсь и уйду? Не надейтесь. Тут вы бессильны, если не хотите собственноручно выдворить королеву империи Турин за порог своего чаепития, после того, как сами же пригласили меня. Молва пойдет обескураживающая, а такая, как вы, нет-нет да облысеет от злых слухов. Стоит того?
Мне нельзя было ослаблять хватку. Не важно, что было раньше, сейчас в теле Клариссы была я, и от исхода этой перепалки зависело, кто из нас займет место хищника в пищевой цепи.
— Я безмерно рада вам, Ваше Высочество. — вновь насквозь фальшивая улыбка обрушилась на меня. — Но этому чудовищу не место среди благородных леди, что принадлежат самому императору Турина.
Она говорила это с таким чистым благоговением, будто действительно не знала реального положения дел. И на секунду мое сердце дрогнуло. Потому что я знала, и Кларисса была такой. Вера в сильную руку и собственную исключительность позволяла им не сойти с ума в бесконечной борьбе. Но я имела преимущество — взгляд со стороны, и не собиралась возводить себе ложных идолов.
— Разве я нарушила хоть один закон империи? Мой личный помощник под моей личной ответственностью, что доказывает наш контракт. Маги слишком ценны. И пока Бьёрн пребывает в здравом рассудке, а в моих руках печать от контракта, он полноправный житель империи. Таков закон.
— Возможно ли остаться в рассудке, коснувшись черной магии богини Морел? — пробормотала Айрис, активно смахивая веером собственные слова. Будто одно упоминание темного божества может заразить и ее. И будто совсем ничего не имела в виду, называя его при мне богиней.
Думаю настоящая Кларисса уже подожгла бы это вульгарное платье к чертям. Я же криво улыбнулась и услышала, как громко сглотнул Бьёрн.
— Желаете поинтересоваться об этом у Его Величества? Охотничьи угодья здесь недалеко. Прогулки так освежают.
Говорила беззаботно, улыбаясь все шире, а вот Айрис уже не могла сдержать лица. И первой сбросила маски, очевидно проиграв в битве лицемерия.
— Да как вы смеете?! — взвилась она.
— Не понимаю, о чем вы. — развела руками, будто и правда не прозвучало ничего предосудительного.
— Вы…Вы! Смеете сравнивать священный долг Его Величества и бремя, что он несет, с этим жадным мерзким отродьем, поглотившим грязную ману монстра?! Это измена! Измена!
— Вот это у вас воображение, леди Айрис. — в голос рассмеялась я, прикрывая рот ладонью, а затем стала медленно приближаться. — И кто бы мог придумать подобное, ни разу в жизни до этого не озаботившись о состоянии Его Величества? Не стоит выдавать собственные догадки за чужие, ведь я говорила о том, что присутствие Бьёрна нисколько не смутило Его Величество всего каких-то жалких пару мгновений назад. А хозяин черного клинка чувствует зло намного острее любого из нас. Не знали?
Надо было видеть ее перекошенное лицо. Ловушка захлопнулась, прищемляя змее хвост. Ведь чем дальше заходил разговор, тем сильнее Айрис в нем увязала. И начни мы прилюдно обвинять в измене друг друга — тень падет на обеих. И если мне, злодейке, терять уже было ничего, то вот репутация Айрис могла легко сравняться с моей в один миг. Для нее это стало бы концом, а для меня лишь началом.
— Леди Айрис!
— Что случилось, леди?
Рыцари высыпались на узкую каменную дорожку, обнимая нас кольцом.
— Ну что, продолжим наш маленький спор? — склонившись к самому уху, я накрутила каштановую прядь на палец.
— Достаточно. — процедила сквозь зубы она.
— Ах, в волосах леди запутался жук, — мило улыбнулась хмурым рыцарям, что держали мечи наготове. — Простите, что подняли такой шум из-за мелочи. Свободны.
Под тяжестью моего взгляда им пришлось подчиниться, хоть все нутро этому противилось, я отчетливо видела в глазах каждого эту борьбу. Айрис сделала несколько глубоких вдохов, и вновь выглядела так, словно мое присутствие доставляет ей бесконечную радость. Что ж, я была готова вновь вступить в эту игру. Новый раунд обещал быть еще более жарким.
Когда слуги распахнули для нас газовый полог шатра, утомленные ожиданием леди сохранили непроницаемую холодность лиц. Естественно они были предупреждены о надвигающейся неприятности, и с достоинством держали оборону. Их вид напоминал стаю хищников, что выслеживают добычу немигающим взглядом из-за кустов. Взглядом горящим, ожидающим, что оступишься, и тогда навстречу тебе разверзнутся клыкастые пасти. Вот только последние дни я с особой тщательностью подбирала намордник для каждой. Воспользуюсь ли? Мне не терпелось узнать.
— Ее Высочество королева Кларисса Морел дель-Турин.
Бьёрн объявил громко, не позволяя другим слугам заикнуться о прибытии Айрис первыми. А еще он давал возможность сгладить абсолютно вульгарную грубость, что наложницы продолжали проявлять сидя прямо передо мной.
С громким хлопком закрыла веер, продолжая изводить их улыбкой и молчанием, не проявляя привычной агрессии, которой они могли бы оправдать любые свои поступки. И наложницы видели, что пока не вспомнят об этикете, я не позволю хозяйке чаепития войти и наконец его открыть. Что, несомненно, раздражало, но сделать они со мной такой доброжелательной ничего не могли.
— Ариэлла аль-Нарди, вторая императорская наложница приветствует Ее Высочество королеву Клариссу Морел дель-Турин.
К моему удивлению огненная красавица из восточной страны поднялась первой, проявляя учтивость, к искренности которой нельзя было подкопаться — вот это актерские навыки достойные похвалы! И получив от меня ответный кивок, она плавно опустилась обратно на подушки, коими было завалено резное кресло из белого дерева, что наверняка несли сюда несколько слуг.
— Сильвия Веймарн, первая императорская наложница приветствует Ее Высочество королеву Клариссу Морел дель-Турин.
Тут уже никакой ложной искренностью и не пахло, но позволить, чтобы другие наложницы подали голос раньше нее и опустили на самое дно, эта леди никак не могла, а потому процедила приветствие сквозь зубы. И я ненароком забыла одарить ее ответным кивков, заставляя остаться на ногах.
— Ребекка Труал, шестая императорская наложница приветствует Ее Высочество королеву Клариссу Морел дель-Турин.
Неожиданный коктейль из робости, с которой она не могла поднять на меня глаз, и дерзости, с какой она вылезла вперед, заставил меня проявить внимание к последней наложнице. Ее место в иерархии только что нагло забрали, а она словно трепетная лань смотрела на меня во все свои большие глаза и будто ждала разрешения заговорить.