Мистер Август
Шрифт:
— Хорошо, — тихо отвечает она, слыша в моем голосе хорошо продуманную правду.
Я любил Эйприл, правда, искренне, и мы были счастливы вместе. Мы были бы счастливы вместе ещё долгое время, но я был вынужден двигаться дальше. Мои чувства изменились. Теперь моё сердце принадлежит другой.
— Это делает меня ужасным человеком? — спрашиваю её я.
Она качает головой.
— Нет, думаю, это делает тебя человеком.
— Я обещал ей себя, пока смерть не разлучит нас, в болезни и здравии, но я не могу этого сделать.
Она проводит рукой по моему лицу.
— Я не думаю, что кто-то ожидает, что ты останешься с ней. Она как ребёнок, Лиам. Я уверена, что она не хотела бы этого для тебя.
Я подношу её руку ко рту и целую каждую костяшку её пальцев.
— Ты была с ней невероятна.
Я полностью восхищён Пэрри.
Не знаю, что я сделал, чтобы мне так повезло, но доброта и сострадание, которые она проявила Эйприл сегодня, просто доказывают, какая она на самом деле невероятная женщина.
— Я не сделала ничего особенного.
— Ты сделала так много. Она говорила с тобой о том, что ей нравится. Ты ей понравилась.
— Она накрасила мне ногти фиолетовым и покрыла блестящим топом. — Она хихикает, и я смеюсь вместе с ней.
Я поворачиваю её руку, чтобы увидеть лак, украшающий каждый её ноготь.
— Ну, мне нравится.
— Мне вроде тоже.
Она снова прижимается ко мне, и её взгляд вновь возвращается к телевизору, прежде чем обратиться ко мне.
— И как Люсия восприняла эту новость?
Я выдыхаю и провожу рукой по волосам.
— Нехорошо.
— Меня это не удивляет. А Фрэнк?
— Встал и пожал мне руку, сказав, что я поступаю правильно.
Она усмехается.
— Может быть, мы могли бы подождать, пока Люсия снова не уедет, и тогда мы могли бы снова навестить Эйприл. Вообще-то я думаю, что мне очень нравится Фрэнк.
Я хмурюсь, глядя на неё.
— Хочешь приехать ещё раз?
Она смотрит на меня так, будто я сошёл с ума.
— Конечно. Я сказала ей, что приеду, и то, что она больше не будет твоей женой, не означает, что она больше не твоя семья.
У меня пересохло в горле, и я пытаюсь проглотить образовавшийся комок.
Пэрри замечает это, и её глаза расширяются.
— Я имею в виду, что мы вернёмся только в том случае, если ты захочешь, это не моё решение, я просто подумала, что было бы неплохо заглядывать время от времени.
— Я хочу, Веснушка, я просто не могу поверить, что ты согласишься вернуться туда ради меня.
Она застенчиво улыбается.
— Да ладно, я готова рискнуть своим образованием ради тебя. Посещение бывшей жены — это пустяки. — Она закатывает глаза, её тон лёгкий и дразнящий.
В этот момент в ней есть что-то такое, что заставляет меня терять контроль, мне просто нужно, чтобы она была у меня.
Я мгновенно сажаю её к себе на колени, и с её губ срывается вздох, когда она видит намерение в моих глазах.
Не требуется много времени, чтобы увидеть, как тот же голод отражается в её глазах в ответ.
Глава 18
Пэрри
— У Профессора Красавчика точно встанет, когда он увидит это.
Я хмурюсь, глядя на неё.
— Можешь, пожалуйста, воздержаться от разговоров о достоинстве моего парня?
Мэдди качает головой, её глаза устремлены на доску, на которой она раскладывает фотографии.
— Это сделка, на которую я просто не готова пойти.
Я смеюсь. Она такая заноза в заднице.
Я до сих пор не могу поверить, что позволила ей сделать эти снимки меня.
Я не знаю, о чем я думала.
На самом деле это ложь. Я точно знаю, о чем я думала. Я думала о Лиаме, смотрящем на них.
Я почти чувствую себя немного виноватой за то, что вот так сунула искушение прямо ему под нос, но решила, что попытаться стоило, к тому же это помогло Мэдди, так что я убила двух зайцев одним выстрелом.
Даже если снимки невероятно смущают.
Это красивые снимки, сделанные со вкусом, но я бы оценила их гораздо больше, если бы главным объектом съёмки был кто-то другой.
По крайней мере Мэдди получит хорошие оценки за выпускную работу, в этом я уверена.
Эти снимки не предназначались для оценки кем-либо, кроме Лиама, но это её лучшая работа, поэтому для неё имело смысл поработать над ними больше для выпускной работы в конце года.
— Черт, Пи. — Тревор тихо присвистывает, входя в комнату и глядя через плечо Мэдди. — Тот учитель, с которым ты трахаешься, счастливый чел.
Мэдди хлопает его по плечу, и он усмехается ей.
— Что? Ты хорошо поработала, детка.
— Перестань похотливо рассматривать мою лучшую подругу и не говори так о её парне.
Это звучит довольно лицемерно из уст Мэдди, которая теперь открыто называет Лиама «Профессор Красавчик» даже в лицо, когда мы не на занятиях.
— Ты знаешь, ты мой номер один, Мэддс. — Он порочно ухмыляется и тыкается носом в её шею.
Она перестаёт хмуриться и улыбается вместе с ним.
— Пи — мой номер два. — Он усмехается и отскакивает, когда Мэдди наносит ещё один удар.
— Уйди отсюда, маленький извращенец, — ворчит она на него, когда он выходит из комнаты, смеясь и не обращая внимания ни на что на свете.
Она закатывает глаза, но я вижу, как улыбка тронула её губы.
У них с Тревором такие здоровые отношения, и они так уверены в них и друг в друге, что нет причин для ревности или неуверенности в себе. Это то, чем я восхищалась и чему завидовала в течение многих лет.
— Ну как там?
Я роняю одну из её фотографий и вздыхаю.
— Это так красиво, думаю, что могу влюбиться в них, это делает меня высокомерной?
— Знаешь, ты можешь сдать фотографию бумажного пакета и, вероятно, все равно получишь высший балл. Спать с учителем, чтобы получить хорошие оценки, это так безвкусно с твоей стороны. — Она хихикает.
Я толкаю её в плечо.
— Ты такая сучка. — Я хихикаю.
— Если серьёзно, твоя работа невероятна, если бы ты так не думала, я бы немного беспокоилась о твоём рассудке. Ты безумно талантлива. Признай это дерьмо.