Чтение онлайн

Я уже хотел было крикнуть, кто такой этот мосьё Лоран, но вовремя прикусил язычок и включил мозги.

По логике, это, скорее всего, был хозяин дома. То есть батя Золушки, то есть отчим Доры.

— И папенька, и маменька разрешили мне выехать в город, — уверенно заявил я. — Можете сами пойти и уточнить у них.

Лакей, разумеется, уточнять ничего не стал, что было мне на руку. Вдруг пойдёт сразу к батьку, а он и знать не знает, куда собралась его шизанутая падчерица.

В общем, мне фортануло. И, пока я ждал свою карету, греясь в лучах теплого полуденного солнышка, Тыкомка открылась мне с новой стороны.

Подлетев к кусту алых роз и опустившись на землю, она задрала ногу и обмочила несчастный куст.

— Так ты у нас пацан! — воскликнул я.

Питомец застенчиво пропищал что-то мне в ответ и кивнул.

— Тогда буду звать тебя Тык, — заключил я, решив не обделять животинку в его правах. Хоть один из нас должен быть мужиком на все сто процентов.

***

Город Люменбург располагался примерно в десяти километрах от поместья семьи Лоран и был не просто городом, а столицей небольшого, но богатого королевства Бельмонт, расположенного на весьма протяженном возвышении. В центре этого плато располагалась столица и, разумеется, дворец правящей семьи. Благодаря возвышенности, на которой находилось королевство, на него никто не рисковал нападать — подойти незамеченными было абсолютно невозможно. К тому же у Бельмонта было много денег благодаря добыче редкого радужного хрусталя, а следовательно, армия у них была довольно сильной.

— Я всегда говорю, что всё решают деньги! — втолковывал я Тыку, рассматривая богато украшенный город через окошко кареты. — Вот, например, Дубай в моём мире — яркий тому пример: кучка нищих кочевников, которая стала богатой и процветающей страной благодаря нефти. Интересно, здесь есть нефть? — задумчиво протянул я.

Тык пожал плечами, изобразив недоумение.

— Наверняка есть, просто ещё не обнаружили, — заключил я. — Эх, зря не пошёл в универ учиться на геолога. Сейчас бы мне это пригодилось. Нашёл бы нефть, совершил бы научную революцию. Мне бы тут памятники понаставили.

Откинувшись на обитую бархатной тканью спинку сиденья, я заложил руки за голову и прикрыл глаза, мечтая о том, как бы прославился в этом мире. Однако мечты мои прервало резкое торможение.

— Ёкарный бабай! — выругался я, ударившись виском о дверцу.

Тык так вообще отлетел прямо к окну и, впечатавшись в стекло, сполз вниз.

— Эй, конь педальный! — крикнул я вознице. — Ты чё, права на рынке купил? Кто тебя водить учил? Везёшь не дрова, вообще-то!

Возница спрыгнул с козел, открыл дверь и принялся извиняться передо мной, без конца кланяясь.

— Простите, мадмуазель, простите! Кошка выбежала на дорогу, будь она неладна! Накажите меня, мадмуазель!

Возницу вдруг стало до невозможности жалко. Даже ругаться резко расхотелось.

— Ладно, ничего, — бросил я, пребывая в полном непонимании своих странных чувств. — Всякое бывает.

Возница — прошу заметить, уже мужчина в солидном возрасте — вскинул на меня блестящие от слёз глаза и грустно всхлипнул. Сердце моё содрогнулось от нового приступа жалости.

— Так, всё! — воскликнул я, отвернувшись от этого страдальца. — Ты прощён. Жди меня тут, я иду гулять.

С этими словами я открыл другую дверцу и поспешно выбрался из кареты. Тык, который уже отошёл от удара, увязался за мной, ощупывая лапками рожки — видимо, проверял их на целостность.

— Спасибо, мадмуазель! — донеслись до меня радостные слова возницы.

От греха подальше я не стал оборачиваться. Лишь махнул ему рукой, мол, забей, и направился к помпезному дому, на котором крупными буквами красовалась вывеска:

«ОБУВЬ НА ЛЮБОЙ ВКУС»

А чуть ниже была приписка:

«Принимаем заказы на любые эскизы»

В голове сразу же возник образ невероятно удобных кед. Интересно, насколько тут умелые мастера? Смогут сделать то, что я нарисую?

— Бал невест для принца не за горами! — кричал газетчик-мальчишка. — Читайте нашу статью о том, кто с большой долей вероятности может стать нашей будущей королевой!

Я остановился и протянул ему медную монету, понятия не имея, сколько стоит газета. Глаза продавца загорелись — видимо, я дал ему куда больше. Однако в ответ получил лишь газету.

— У попа сдачи не бывает, да? — усмехнулся я, глядя в зелёные глазёнки рыжего хитреца.

— О чём вы, мадмуазель? — невинно захлопал ресницами мальчишка.

— Да так. — Я открыл газету и пробежался по главной статье о бале. Ничего интересного: в списке приглашённых, разумеется, стояла семья Лоранов, но аналитики не предполагали, что кто-то из их дочерей может стать королевой.

Перевернув страницу, я пробежался по политической сводке: войны не предвидится, торговые соглашения с соседями процветают, цены на хрустальном рынке стабильные.

— Фигня, а не пресса, — заметил я и уже хотел смять газету, как вдруг заметил на последней полосе объявление:

«СТО ТЫСЯЧ ЗОЛОТЫХ МОНЕТ ТОМУ, КТО НАЙДЁТ ПРИНЦЕССУ ИЗАБЕЛЛУ!»

«И ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ЗОЛОТЫХ МОНЕТ ТОМУ, КТО НАЙДЁТ КОРОЛЕВСКИЕ ХРУСТАЛЬНЫЕ ТУФЕЛЬКИ!»

Ниже красовался портрет миловидной девочки с золотыми кудряшками и голубыми, как ясное небо, глазами. Рядом был портрет уже взрослой девушки, очень похожей на малышку.

— А это кто? — спросил я у газетчика.

Мальчишка посмотрел на портрет и усмехнулся.

— Принцесса Изабелла. Вы что, не отсюда, мадмуазель? Эти портреты знает всё королевство. Вот так она выглядела, когда пропала, — он ткнул пальцем с грязным ногтем в детский портрет. — А так она должна выглядеть сейчас, — палец переместился к портрету девушки.

— Красивая, — заметил я, разглядывая взрослую принцессу. — Жалко, что пропала. Жива ли вообще?

В сказке Дора искала принцессу, но мне это нафиг не сдалось. Лучше посмотрю, как Золушка захватывает этот мир. Это куда интереснее, чем наблюдать за скучным хэппи-эндом, где побеждает пресловутое добро.

— Кто ж её знает, — пожал плечами мальчишка. — Уже лет десять прошло. Скорее всего, она мертва. Королевская семья уже и руки опустила. Раньше они принимали всех, кто называл себя принцессой Изабеллой, а теперь гонят взашей. Видать, устали от лжи и бесплодных надежд.

— Мда уж, — многозначительно изрёк я. — Ладно, пойду-ка в обувную…

Не успел я договорить, как ко мне подлетел Тык и, подняв газету лапками, прикрыл ею моё лицо.

— Эй, ты чего? — удивился я, глядя на взволнованного питомца.