Чтение онлайн

Месье Лоран одарил устроившегося на моих коленях Тыка сомнительным взглядом.

— В любом случае, тебе следовало отдохнуть пару дней. А лучше — неделю.

Вопреки моим опасениям, батя Золушки не стал устраивать мне взбучку. Его больше волновало то, что Дора, вся такая слабенькая, только после болезни, уехала в город. Сомневаюсь, правда, что он переживал за здоровье падчерицы — скорее уж за то, что она могла выкинуть на людях что-то неприличное, — но так-то плевать мне было на его мысли. Лишь бы не мешал жить.

— Я вас поняла, батюшка, — смиренно произнес я.

Мое скромное поведение порадовало батю. Он усмехнулся и, почесав бороду, произнес:

— У пекарни я встретил инспектора Шеля. Выглядел он так, словно его избили.

Я напрягся, пытаясь понять, к чему клонит батёк.

— На мой вопрос, кто с ним такое сотворил, он дал мне крайне странный ответ. — Месье Лоран вперил в меня хмурый взгляд.

— И какой же? — спросил я, старательно изображая невинность.

— Что это ты его так отделала.

— Я?! — очень даже не наигранно вырвалось у меня. — Да как я могла? Вот этими вот ручками? — Я чуть ли не в нос сунул месье Лорану свои маленькие ладошки.

Тот дернулся назад и, шмыгнув носом, сказал:

— Вот и я ему так же сказал: да что она может сделать мужику? Такая хрупкая и маленькая.

Я еле сдержал торжествующую улыбку. А маленькое тельце, оказывается, может быть преимуществом — никто не поверит, что я могу кого-то побить. А я могу. Еще как. А если потренируюсь, то вообще мало не покажется.

Домой мы приехали уже к вечеру. Поужинав в компании папеньки и маменьки — Золушка при этом прислуживала нам с приторной улыбкой на лживом лице, — я отправился в покои Доры.

Переодеваясь ко сну, я думал о Лилиан. Мне нужно было увидеть ее как можно скорее, чтобы продолжить прерванный разговор. Возможно, она — ключ к возвращению моей души в родное тело.

Не успел я сменить тесное платье на удобную ночнушку, как в дверь постучали.

В покои заглянула мадам Лоран.

— Ты еще не спишь? — спросила она.

Я отрицательно качнул головой, а затем бросил взгляд на Тыка, который уютно свернулся калачиком на краю постели.

Мадам Лоран вошла в комнату и тихо прикрыла за собой дверь. Я шагнул к постели, намереваясь согнать уснувшего Тыка, но маман невозмутимо уселась рядом с ним. Положив руки на колени, она сложила их в замок и тихо произнесла:

— Твоя сестра Ноэми сейчас находится в заведении для душевнобольных.

— Сальпетриер? — так же тихо произнес я, опустившись на пуфик.

Маман кивнула.

— Золушка поспособствовала этому? — задал я новый вопрос. И получил на него утвердительный ответ.

— Она появилась в нашем доме спустя три года после того, как я вышла замуж за месье Лорана, — вздохнув, начала рассказывать маман. — Мы с ним были знакомы с юных лет, даже хотели пожениться, но его родители нашли ему более подходящую партию. Однако жена не любила его, изменяла направо и налево, не родила ему детей и скончалась от какой-то мерзкой болячки. Своего мужа я тоже не любила, но уважала. И, когда чахотка унесла его жизнь, я искренне горевала и пять лет носила траур. А потом на пороге моего дома появился месье Лоран. — На лице маман появилась нежная улыбка. — Мы поженились и переехали к нему. Эти три года были для меня самыми счастливыми в жизни, пока в нашем доме не появилась Золушка. Она назвала себя Эллой — внебрачной дочерью месье Лорана. И, знаешь, до этого муж был уверен, что у него нет внебрачных детей, но Эллу он признал, хоть и неохотно. Устроил ее служанкой в нашем доме и в какой-то степени заботится о ней. — Мадам расстроенно посмотрела в окно, на колышущиеся на ветру листья клена. Тихо вздохнула и продолжила: — А еще он почему-то думает, что мы с девочками издеваемся над Эллой. И якобы это мы придумали ей прозвище «Золушка». Но я-то знаю, что мы с дочками не какие-то злыдни. Злыдень здесь один, и это Золушка.

Последние слова мадам Лоран произнесла едва слышно. Перевела взгляд на меня и тихо добавила:

— Золушка владеет гипнозом — муж точно в ее власти, а мы с девочками не поддались, хоть она и пыталась.

— Как именно? — поинтересовался я, подавшись вперед.

— По-началу она пыталась заставить меня наказывать дочерей за глупые поступки: проспала, недоела, надела не то платье, — рассказала мадам Лоран. — Глаза у нее при этом странно блестелли. И голос был странным, каким-то приглушенным. Я осадила ее, поставила на свем место, и бльше она не делала ничего подобного.

— Думаете, отравление тоже ее рук дело? — задумчиво произнес я.

— Определенно, — кивнула мамдам Лоран. — Она свела с ума мою старшую дочь и отравила младшую.Это не девушка, а настоящий дьявол.

— Вы и меня так называли, матушка, — усмехнулся я. — А теперь…

Я хотел сказать, что теперь маман верит, что я — ее драгоценная дочь, но так и завис, осознав кое-что важное.

Мадам Лоран спокойно рассказывала мне о событиях, которые Дора должна была хорошо знать, ведь она сама участвовала в них. А еще в своем рассказе она не упоминала Дору во втором лице. Только в третьем.

— Вы мне не поверили, так? — спросил я, внимательно глядя в уставшее лицо мадам Лоран.

— Мне хотелось верить, что ты — моя дочь, — печально улыбнулась она. — Но ты — не Дора. Как бы ни старалась ею быть. И, возможно, мужа и Золушку ты еще смогла обмануть, но не меня. Я очень хорошо знаю своих дочерей.

— И что вы теперь будете делать, зная правду? — напрягся я.

— Ничего, — ответила мадам Лоран, разведя руками.

У меня от удивления открылся рот.

— Ничего? Но почему? — вопросил я. — Вы не хотите вернуть свою дочь?

— Хочу, конечно, — вздохнула маман. — Больше всего на свете я хочу вернуть обеих моих дочерей, но, боюсь, они уже не будут прежними. От Норы осталась пустая оболочка, а от Доры… — Она посмотрела на меня и, хмыкнув, махнула рукой.

— Вам даже не интересно, кто я такой? — спросил я, с подозрением сканируя лицо мадам Лоран.

— Я вижу, что ты — не дьявол. И что стараешься вести себя как Дора. Думаю, подсознательно, мне это и надо — чтобы хоть одна дочь была рядом. Хотя бы ее подобие…

Мадам Лоран совсем поникла. Мне стало ее жалко.

Шагнув к маман, я опустился перед ней на корточки, коснулся ее ладоней и сказал тихо, но уверенно:

— Я очень постараюсь вернуть вам Дору, если ее душа еще в этом мире. Потом я уйду, и вы больше обо мне не услышите. А до тех пор я буду беречь тело вашей дочери, обещаю.

Глаза маман увлажнились. Она коснулась моей щеки своей теплой и нежной ладонью, и на мгновение меня захлестнуло воспоминание о том, как иногда меня так же касалась воспитательница в детском доме.