Чтение онлайн

Казалось, здесь воплотился в жизнь ландшафт мильтоновского «Комоса», и девушка почти видела под сенью лесных деревьев загадочные фигуры древних богов. Чувства леди Гордон были гораздо более приземленными и непосредственно касались мирских интересов. Она размышляла о возрастающей влюбленности брата и задавалась вопросом, к чему та может привести.

Наконец Роза сказала:

– Вы не поделитесь со мной своими мыслями, мисс Уотсон? Признаюсь, мне страшно хочется знать, о чем вы думаете.

– Я думаю о том, что в таком чудесном лесу можно было бы поставить «Комос». Какой эффектной декорацией он мог бы стать в такой день, как нынче, вы не находите?

– Какая прекрасная идея! – воскликнула леди Гордон, воодушевленная предложением. – Мне это по душе! Может, попробуем?

– С нынешней вашей компанией? – уточнила Эмма.

– Да, исполнителей должно хватить, не так ли? Вы будете леди, Фанни – Сабриной, я – Духом, сэр Уильям – Комосом, а Осборн – братом. Дайте-ка подумать, нам нужен еще один мужчина на роль второго брата. Может, мистер Говард примет участие?

– Мистер Говард? О нет! Сомневаюсь. Вряд ли ему понравится эта идея.

– Что ж, пускай. Роль второго брата может сыграть кто угодно. Мне кажется, получится чудесно! Я в полном восторге от вашего предложения.

– Вы когда-нибудь играли на сцене, леди Гордон?

– Ни разу, но я уверена, что это восхитительно. Интересно, не будет ли возражать сэр Уильям?

– Тут тоже могут возникнуть некоторые трудности, – согласилась Эмма.

– Тем лучше! Преодоление трудностей закаляет дух. У нас будет свой театр! – Леди Гордон остановила фаэтон и огляделась. – Тут надо соорудить нечто вроде навеса и амфитеатра. И устроить этакий fкte champкtre[25]. Я уверена, что у нас получится, а новизна придаст действу особый йclat [26].

– Но, леди Гордон, если вы будете продолжать в том же духе, то отпугнете меня. Я уверена, что не смогу выступать перед публикой, я никогда не играла на сцене, разве что в самом тесном кругу, вместе с кузенами и ближайшими друзьями, когда из зрителей были только мои дядюшка с тетушкой и один-два пожилых гостя, которых мы не боялись. Мы устраивали спектакли лишь для собственного развлечения, не думая о том, что на нас будут смотреть или что мы произведем эффект. Должно быть, играть для развлечения большой компании – совсем другое дело, чем для личного удовольствия.

– В самом деле, другое и, по-моему, гораздо более приятное. Какой смысл в хорошей игре, если ее никто не видит и она ни на кого не производит впечатления?

– Но игра сама по себе очень интересна, совсем как танец: ведь мы танцуем не для того, чтобы на нас смотрели, а для собственной радости. Именно так было у меня в тот единственный раз, когда я пробовала себя на сцене. Я позабыла обо всем, кроме своей роли.

– Смею предположить, играли вы очень хорошо, – улыбнулась леди Гордон.

– Мне чрезвычайно понравилось, – призналась Эмма.

– Однако я не могу отказаться от своей затеи, – продолжала леди Гордон. – Вы сами вложили мне в голову эту мысль, и прогнать ее оттуда будет очень нелегко.

В это мгновение из-за поворота дороги, по которой они ехали, появился лорд Осборн, неторопливо ехавший верхом. Завидев фаэтон, он, разумеется, подхлестнул коня и тотчас оказался рядом с дамами. Довольный вид молодого пэра не ускользнул от внимания его сестры, которая всегда пристально следила за поведением брата при Эмме.

– Итак, мне все же посчастливилось с вами встретиться! – воскликнул его милость. – Я ужасно боялся, Роза, что вместо вас встречу другую пару. Фанни Карр очень рассердилась из-за того, что я не захотел ехать с нею. Надеюсь, теперь я целый месяц ее не увижу. Вот бы девицы умели обуздывать свой нрав! Нельзя же ожидать, что мужчины будут бегать за ними хвостиком по первому мановению мизинца.

– Должна сказать, ты дурно обошелся с мисс Карр, сбежав от нее и отправившись на прогулку в одиночестве. Поразительно, что тебе ничуть не стыдно, – упрекнула его сестра.

– Вовсе я не сбегал. Я дожидался, пока она уедет, а покамест решал, пойти мне пешком или поехать верхом.

Затем леди Гордон попыталась заинтересовать брата затеей, которую они только что обсуждали с Эммой. Лорд Осборн слыхом не слыхивал о «Комосе», а что до театра в лесу, то его милость считал, что было бы гораздо удобнее, правильнее да и надежнее устроить представление дома. Впрочем, он был совсем не против принять участие в постановке, пусть и сомневался, что у него получится.

Глава IX

Когда леди Гордон объявила мужу о своем желании устроить представление, Эмма при сем не присутствовала, однако узнала о планах подруги из разговора с сэром Уильямом, случившегося в вечерних сумерках в оранжерее. Он подошел к Эмме и, опустившись на низкую скамеечку у ее ног, начал с того, что негромко посетовал:

– Жаль, что вы внушили Розе мысль о спектакле, мисс Уотсон. Мне она совсем не по душе.

– В таком случае я тоже очень сожалею, – огорчилась Эмма, – но леди Гордон, без сомнения, с готовностью откажется от своей затеи, если вы пожелаете.

– Я не люблю возражать Розе. С тех пор как она взяла за правило выполнять все мои просьбы, я вообще не могу ей перечить.

– Вы как будто сокрушаетесь о ее уступчивости, сэр Уильям. Предпочитаете бранить супругу и ссориться с нею?

– Я бы скорее поссорился с вами, мисс Уотсон. Начинаю думать, что вы опасная компания для моей жены. Кто мог ожидать от вас столь безумной затеи?

– Право, не знаю, как ответить на ваши упреки, чтобы вы не решили, будто я пытаюсь свалить с себя вину, однако моя идея и замысел леди Гордон не имеют между собой ничего общего. Родившийся у меня смутный образ был навеян красотой лесного пейзажа, и, разумеется, в нем не фигурировали ни зрители, ни навес с амфитеатром, ни широкая огласка, ни расходы.

– Вы же не думаете, моя дорогая мисс Уотсон, что я всерьез намеревался обвинить вас! – воскликнул сэр Уильям, привставая со скамеечки. – Роза мне все объяснила. Но теперь, когда она так загорелась, я не знаю, как быть. Эта женщина не видит препятствий на пути к своей цели, противиться ее энтузиазму просто невозможно. Если Роза не на шутку увлечется, я не рискну ей перечить. Что посоветуете, мисс Уотсон?

– Не спрашивайте меня, – засмеялась Эмма, – я, вероятно, предложу что-нибудь безумное и неслыханное: например, позволить леди Гордон поступить по-своему либо сразу же решительно отвергнуть все предприятие.