Чтение онлайн

Не позвонит? Тоже хорошо. Никаких непредвиденных поворотов.

В офис Алина заходила окрылённая и в приподнятом настроении. Охранник получил первый комплимент в свой жизни (ей так показалось, судя по тому, как он засмущался). Она готова была бежать по лестнице, игнорируя существование лифта, но вовремя вспомнила, что это все-таки не пятый и даже не девятый этаж. Поэтому лифтом она все же воспользовалась.

Аля вспомнила ещё раз Олега, и улыбка стала ещё шире, чем была, если такое вообще возможно.

А вдруг это и есть самый настоящий принц? Очень терпеливый и гуманный принц. Как раз такой, каким его описывают в книжках, такой, о каком мечтают все девочки.

Она уже дошла до момента продумывания деталей их свадьбы, как холодный голос Гордиенко раздался над ее головой. Она моментально подняла глаза

— Доброе утро. Соберите всех руководителей в конференц-зале. — равнодушно, апатично, как робот. То, чего Алина боялась больше всего, то и случилось. Она вдруг стала еще одним предметом мебели, но никак не Журавлевой Алиной — секретарем гендиректора Перфоманса. Все романтические нотки из настроения улетучились мигом.

— Хорошо, — короткое слово даже не успело долететь до его спины, как дверь кабинета хлопнула.

Внутри у Али что-то оборвалось и полетело куда-то в пропасть. За что он так с ней?

«По заслугам» — подмигивает совесть и снова принимается терзать уставшую душу.

Вот только по каким заслугам — непонятно.

Аля стала обзванивать руководителей, со многими она не знакома, поэтому по пять минут уделяла лишь на просвет своей личности. Ивану позвонила последнему. Хоть ему не пришлось пояснять кто такая «Алина», и какой еще Даниил Александрович вызывает всех. Видимо, шеф тоже не сильно популярен в этих стенах.

По селектору она сообщила Гордиенко, что все уже не пути на совещание, тот вышел из кабинета незамедлительно и бросив короткое «Вы со мной», вышел прочь из приемной. Честное слово, если бы Алина не была уверена, что в офисе нет собаки, то первым делом подумала бы, что это он обращался к псу, но точно не к ней. Но делать было нечего — пришлось команду исполнять.

В большом конференц-зале, за круглым столом уже сидело пять человек, среди которых был и Иван. Кресло в центре стола и по праву руку было свободно. Аля, сложила в уме два плюс два и поняла, что эти места для них. Поэтому уверенно прошлась через зал и заняла отведенное место.

Даниил садиться не спешил, отвернулся к окну и на мгновенье задумался, оставив присутствующих в полном смятении. Четверо мужчин и одна эффектная дама переглядывались и пожимали плечами.

Алина с интересом оглядывала сидящих за круглым столом, пользуясь тем, что все внимание было приковано к главному узурпатору. Он по-прежнему стоял у окна, пряча руки в карманах.

— Доброе утро, — Гордиенко так резко развернулся, что некоторые не успели прекратить переглядки между собой и теперь, смущаясь, осматривали гладкую поверхность стола. — Сейчас небольшое объявление, а потом блиц-опрос.

Все дружно подняли глаза и перевели на него. Ждали чего-то ужасного? Уже были прецеденты? Или почему они так боятся?

— Должность исполнительного директора теперь будет занимать Кручинин Иван Семёнович. Никто особо не удивился, кроме самого Ивана. Он чуть не упал со стула, потом обвёл всех глазами, словно проверяя: не послышалось от ему, затем наконец-то уставился на друга.

— Даниил… Александрович, — добавил он, когда вспомнил, что они не одни, — почему вы не сказали мне раньше?

— Говорю сейчас. Завтра приступаешь. — безапелляционный тон. — замену себе найдёшь сам. Но с моего одобрения. Понятно?

Кивок. Хотя по глазам Ивана был понятно, что ему вообще ничего не понятно. Но сейчас Гордиенко так суров, что вопросы отпадают сами собой. В этом зале ровны все: и друг, и сват, и брат. И никто не смеет возразить Даниилу или перебить.

— Игорь Константинович, думаю, у вас есть что мне сказать, — босс устремил свой взгляд на лысого мужчину в смешных очках, как у Гарри Потерра.

— Даниил Александрович, да у нас в принципе, все по плану… — неуверенное передёргивание плечами.

— По плану — это когда на государственный заказ один претендент — мы. Когда ты собирался сказать, что в игру вступило ещё одно агенство?

— Ну, Даниил Александрович, в игре всегда был кто-то ещё, но Вы же знаете, что победа у нас в кармане. Никакие Вивьен не помешают. Мы уже столько лет пользуемся доверием в этом вопросе…

— Я должен знать обо всем! Понятно? — рык Гордиенко прерывал нудное бурчание мужичка. — Если меня нет — докладывать Ивану Семеновичу! Вы все поняли? — Игорь Константинович судорожно сглотнул, затем кивнул. — надеюсь, мне не нужно говорить, что если госзаказ уплывет из наших рук, вы будете уволены? — снова кивок, больше похожий на судорогу. — прекрасно, когда мы понимаем друг друга.

— Елизавета Ивановна, — резкий перевод глаз с бледного мужичка на лощеную брюнеточку, — как у вас дела?

— У нас все под контролем. — деловито ответила она, стерпев стальной взгляд Гордиенко.

— Как у них? — резкий взгляд на предыдущего собеседника.

— Нет, у нас действительно нет проблем.

— Надеюсь, — спокойно, на выдохе произнёс шеф. — Что у нас с итальянцами?

— Сегодня — завтра достигнем консенсуса. — ответил седовласый мужчина, с солидными часами Rolex.

— Это я уже слышал.

— Они намерено затягивают.

— Зачем?

— Либо хотят установить свои правила, либо подыскивают вариант получше.

Даниил шумно выдохнул, наконец-то уселся на кресло и переплел пальцы в замок. Взгляд, острее ножа, устремлён в стену, слишком прямая осанка.

— Алина Николаевна, — его голос лишился всяких эмоций. Видимо, они иссякли. — подготовьте приказ о назначении Ивана.

— Хорошо.

— Мы можем быть свободны? — в диалог влился самый молодой (не считая Али) парень.

— Да, — громкое, резкое, будто не отпустил, а послал в далёкое путешествие.

Все стали подниматься со своих мест, кроме Ивана.

Аля, поддавшись стадному инстинкту, подскочила тоже.

— Алина, останься. — “Николаевна” снова потерялась, но она и не думала упрекать этим. Чревато последствиями. Поэтому просто замерла у двери. Затем развернулась и поплелась обратно на своё место.

— Даня, — Иван мимолётно оглядел дверь, убедившись, что в зале не осталось никого, кроме них троих, — какого черта происходит? Почему ты ничего не сказал?