Чтение онлайн

– Очень что-то пить хочется. Правда?

– Да.

...Ночь. Поезд мчится мимо разрушенных сел, мимо обгоревших станций, мимо сброшенных с путей, разбитых вагонов.

Шурка не заметила, как уснула на плече у Алексея. Он не может уснуть. Сидит, думает. Прислушивается к ее дыханию. Шурка во сне доверчиво трется о его плечо. Он осторожно поднимается и отходит от нее к двери. Смотрит на проплывающие мимо темные деревья молодой рощи.

Шурка разметалась во сне. Он глядит на девушку, потом тихо подходит к ней... Наклоняется и укрывает своей шинелью.

...Поезд подходит к какой-то станции. Останавливается между двумя составами. Алексей берет котелок и поднимается. Шурка открывает глаза.

– Куда ты, Алеша?

– Воды принесу, ты спи.

Он спрыгивает вниз. Мимо проходит железнодорожник с фонарем в руке.

– Постоим, папаша?
– спрашивает Алексей.

– Должно, постоим.

– А колонка где?

– Вон там.

Алексей подлезает под стоящий рядом состав, бежит через пути к колонке. У колонки - длинная очередь. Подходит Алексей. Из репродуктора слышны слова сводки. Вся очередь, замерев, слушает их...

"В результате тяжелых боев, в которых уничтожено много живой силы и техники противника, наши войска оставили город Курск..."

Алексей обращается к очереди:

– Разрешите, товарищи, котелок набрать, я с эшелона,- просит он.

И словно найдя выход горькому чувству, женщины набросились на солдата:

– Все здесь с эшелона!..

– В очередь вставай!

Алексей помялся и, махнув рукой, пошел назад к эшелону.

В это время завыла сирена. Из репродуктора от станции послышались слова диктора:

– Граждане, воздушная тревога!..

Оглянувшись назад, Алексей увидел, как от колонки разбегается очередь. Тогда он вернулся. Спокойно набрал воды и, поглядывая на небо, по которому рыскал прожекторный луч, быстро пошел к эшелону. Какие-то люди пробежали мимо него. Кто-то ругался у соседнего состава. Алексей полез под вагон и замер - его эшелона не было. Он выскочил из-под вагона и оторопело смотрел на пустые пути. Вдруг он заметил того же железнодорожника с фонарем.

– А эшелон где?
– спросил он его.

– Ушел эшелон... а ты что, остался?

– Ты же говорил, что он постоит! Нарочно людей подводишь?
– чуть не со слезами набросился на старика Алексей.

– Воздушная тревога! Приказано разгружать станцию.

– Что же делать?.. А? Отец? Скажи, что делать? Я должен его нагнать. Посоветуй!

– На Узловой он простоит часа три, а то и больше. А только как до Узловой добраться?

– Надо добраться! Не может быть, чтоб не было способа. Подумай, отец. Может, машина какая?

– Машина?.. А ты к лесному складу беги. Склад-то этот за станцией. Близко.

Склад лесоматериалов. Разбитые машинами подъезды. Штабеля бревен, досок, теса... все это в тревожном синем отсвете электрических лампочек военной поры. У склада стоят два старых грузовика. В одну из машин две женщины-грузчицы накладывают доски. Им помогает маленькая, средних лет женщина в телогрейке. К машинам подбегает Алексей. Он обращается к сидящему в переднем грузовике шоферу. Тот в полушубке и зимней шапке, дремлет, склонившись к баранке.

– Послушай, друг, мне сказали, тут есть машина на Узловую...

Шофер поднимает голову... и оказывается пожилой женщиной с усталым и сонным лицом.

– Извиняюсь,- пробормотал растерявшийся Алексей.

Шоферша, зевнув, проговорила:

– Вон, иди с ней договаривайся...- И, указав на женщину в телогрейке, снова склонилась к рукам, лежащим на руле.

Алексей направляется к женщине в телогрейке. Та стоит, разговаривая о чем-то с кладовщиком. Грузчики перестали грузить и присушиваются к их разговору.

– Я сказал "все" - значит все! Конец!
– грубо орет кладовщик.

Алексей подходит ближе и слышит, как женщина тихо, с горечью говорит:

– Совести у тебя нет!.. Десять досок не додал. У нас же скот под открытым небом стоит!

– У всех под открытым небом!..- орет кладовщик.- Все понимают война!.. А ты все канючишь!.. Уходи - не мешай другим грузиться!..

– Постыдись, отдай доски - все равно пропьешь, а колхозу они вот как нужны!..

– А ты со мной пила?!
– еще громче заорал кладовщик.- Пила?! Да?.. Ты кого оскорбляешь?!
– Он грудью напирает на маленькую женщину.- А ну, проваливай!..- Он толкает ее.

У Алексея нет больше сил сдерживаться. Он бросается к кладовщику и, задыхаясь от ярости, почти шепотом говорит:

– Ты что же, гад, делаешь?.. Перед тобой женщина!

– А ты что суешься?.. Ты кто такой?!
– напирая на "голос" орет кладовщик.

Сжав кулаки, Алексей молча, медленно идет на кладовщика. Он очень страшен сейчас. Кладовщик попятился.

– Ты что?.. Псих? Контуженый?.. Ты смотри! Эй!!
– в страхе все громче и громче повторяет он, продолжая пятиться. Он спотыкается о какой-то предмет и падает на штабель из бревен.

Алексей склоняется к нему, рывком хватает за ватник, замахивается.

– Бабы!
– орет кладовщик.- Бабы! Отдайте ему доски!.. Бабы!!
– Он в страхе ежится и закрывает глаза.

Алексей, огромным усилием сдержав себя, отшвыривает кладовщика, поворачивается и быстро выходит из склада.

...Кончилась погрузка. Алексей сидит в кабине. Шоферша, включая мотор, косится на него.

– Ну и злой ты, парень!.. До сих пор лица на тебе нет.

– Я не злой...- глухо отвечает Алексей.- А только... я таких ненавижу... Они хуже фашистов!.. Те враги - и все ясно. А эти!

– Это правильно...- вздыхает женщина.- Подлец один, а скольким людям жизнь портит.

Алексей приоткрыл дверцу, высунулся и увидел трусливо выглядывающего из ворот кладовщика.

– Счастье твое, что времени мало!
– крикнул ему Алексей.- Вернусь с фронта - я с тобой не так поговорю!
– Он хлопнул дверцей.

А когда машина тронулась, осмелевший кладовщик закричал ей вслед:

– Ты еще вернись!.. Ты сначала вернись с фронта!

Ночь... По размокшей от дождя дороге идет машина.