Чтение онлайн

– Она со мной!

– Договорись сперва, а потом тащи.

– Не задерживай!
– зашумел кто-то сзади.

Какой-то тучный военный оттеснил Алексея в вагон. Кто-то полез вслед за ним, волоча за собою объемистые чемоданы. Какая-то женщина пыталась втиснуться в вагон. Проводница не пускала и ее.

Шурка умоляющим взглядом смотрела на проводницу. Но, занятая своим нелегким делом, проводница не замечала этого взгляда.

Алексей рванулся к выходу. Спрыгнул с подножки.

– Что ж ты, трудно тебе было сказать!
– упрекает он девушку.

Шурка виновато улыбнулась.

– И правда, глупо... Я совсем растерялась... Алеша!..- вдруг горячо заговорила она.- Поезжай один! И так ты еще полдня потерял!.. А я доберусь - здесь близко. Поезжай, Алеша, милый!... Поезжай!

– Постой, Шура,- прервал ее Алексей, соображая, что-то. Вдруг он улыбнулся.- Ты знаешь, что такое маскировка номер три?
– весело спросил он.

– Номер три?..- удивилась Шура.- Не знаю.

– Сейчас узнаешь!

Алексей решительно снимает с себя скатку и, развернув ее, отдает Шурке шинель.

– Надевай!

– Зачем?

– Надевай быстро! Теперь пилотку. Пошли!...

Девушка, одетая в шинель Алексея, выглядела очень беспомощно. Путаясь в полах, она побежала за ним к другому вагону, с большим открытый тамбуром. Пробиваясь к дверям, они потеряли друг друга. На ступеньках вагона она обернулась, ища глазами Алексея.

– Не задерживайте!
– сказала ей проводница.

– Что?
– девушка испуганно посмотрела на нее.

– Не задерживайте, проходите в вагон...

Подоспевший Алексей вклинился между Шуркой и проводницей. Сунул в руки проводнице свой билет. Полез в вагон. Он уже был в тамбуре, а девушка все еще топталась на ступеньках.

– Ну, чего же ты?
– с досадой позвал он, протягивая к ней руку.

– На шинель наступили! Не могу вытащить,- сказала она жалобно.

Протолкавшись к девушке, Алексей помог ей освободить шинель, и они вместе вошли в тамбур.

– Вот здорово!
– радостно говорит Шурка.- А похожа я на военную? Да?

– Похожа,- улыбнулся Алексей.- Никто даже не заметил.

– И билет никто не спросил.

Вокруг шумели, толкались пассажиры.

Шурка сняла с себя пилотку и надела на голову Алексея. Шинель в этой тесноте снять было невозможно.

– Ну вот, скоро ты будешь на месте,- улыбнулся Алексей.

– На месте...- грустно повторила она и вздохнула.

Он заметил эту грусть и стал тоже серьезным.

– Ничего!
– сказал он бодрым голосом и постарался улыбнуться.- Все, я думаю, будет хорошо. Ты не волнуйся за него... Поправится.

Она грустно улыбнулась, покачала головой.

– Знаешь Алеша, я никогда не встречала такого парня, как ты...

...И вот они снова в пути. Открытый тамбур вагона, каких теперь уже не делают и какие были редки даже в войну, набит до отказа пассажирами. Шум колес. Ветер. Давка. Их прижали друг к другу. Они пробуют говорить, но шум забивает голоса.

Они взволнованы близостью. То рука коснется руки, то Шурка спрячет от ветра свою голову на его плече. Они вместе. И от этого исчезает и шум, и толкотня, и ругань пассажиров.

Ветер проносит мимо них клубы паровозного пара, и кажется, что это облака проносятся мимо них. Исчезает и перестает существовать все, кроме них одних. Существуют глаза, которые смотрят в глаза... Существуют ее губы... ее шея... ее развевающиеся от ветра волосы.

Их взгляды говорят... Что говорят! Они поют... Поют древнюю и вечно новую песню, прозванную людьми Песней Песен.

Но вот в мелодию этой песни врывается далекий паровозный гудок, потом скрип тормозов, и песня заглушается шумами прозаической жизни.

Они уже на земле. У Алексея на руке его шинель. Они стоят на перроне около своего вагона. Прощаются.

– Вот и все, Алеша,- говорит она.

– Да... Не забывайте меня, Шура...

– Не забуду.

И они смотрят прощальным взглядом друг на друга.

– Алеша!...

– Что?

– Знаете что?... Только вы не сердитесь... Я ведь вас обманула.

– Как обманула?

– Никакого у меня жениха нет. И вообще никого-никого... Я к тетке еду...- Она подняла на него глаза.- Не сердитесь, Алеша... Я глупая, правда?

Он смотрит на нее, он не совсем понимает, о чем она говорит.

– Но... Зачем ты ?...- спрашивает он.

– Я боялась тебя...- говорит она, опустив голову.

– А теперь?

Она смотрит ему в лицо и отрицательно трясет головой.

Паровозный свисток и лязганье вагонов прерывают их молчание. Они оба вздрогнули, очнулись... Шурка побежала за тронувшимся вагоном.

– Скорей! Скорей, Алеша!.. Уйдет!

Она, суетясь, на ходу подталкивала его в спину, помогая втиснуться в переполненный тамбур.

Кто-то смеялся, кто-то кричал провожающим последние ненужные слова, кто-то размахивая руками.

Пожилые муж и жена наблюдали, как Шурка прощалась с Алексеем.

Алексей повернулся и закричал:

– Шура! Шура!! Пиши... Сосновка!..

Шурка тоже что-то кричала и показывала жестами, что не расслышала его слов.

– Сосновка!.. Полевая почта...- Дальше за грохотом поезда не разобрать.

...Шурка грустно смотрела вслед уходящему поезду. Она не видела Алексея и все-таки махала ему вслед рукой...

Вот уже не видно станции.

Мчится поезд. Стоя между переругивающимися супругами, смотрит назад Алексей.

– Я ждала...- говорит мужу жена.

– Ждала!.. Дело надо делать, а не ждать.

– Я так волновалась...

– Подумаешь, гимназистка,- волновалась!

Грохот встречного поезда заглушает этот спор. Алексей смотрит, как быстро удаляется от их состава встречный. Он уходит к станции.

Дробно перестукивают колеса...

А вверху - птица. Она делает круг в небе и быстро летит прочь. Она летит к станции...