Чтение онлайн

Новые времена принесли с собой на Пушкинскую площадь веяния современной жизни во всех её проявлениях. Здесь, как уже было сказано, открылась первая в России закусочная «МакДоналдс», сквер перед которой стал излюбленным местом для проведения различных митингов и прочих общественных акций.

Не удалось ей избежать и «чумы» XXI века – актов терроризма. 8 августа 2010 года около 18.00 в подземном переходе под Пушкинской площадью прогремел взрыв. На месте погибло 7 человек, еще 6 скончалось в больнице, а 118 человек получили ранения. Сегодня на этом месте в подземном переходе установлена мраморная плита, по бокам которой «горят» два мраморных факела. Внизу – кованая роза и надпись: «В память о погибших и пострадавших от террористического акта 8 августа 2000 года».

Как ни странным это кажется, но Пушкинской площади приходится в наши дни противостоять типично русской «забаве» – бороться с воровским вандализмом. Казалось бы, что можно утащить с городской площади? Российские «умельцы» и здесь продемонстрировали свою недюжинную находчивость. Время от времени исчезают – срезаются – звенья массивной металлической цепи, опоясывающей постамент памятника А. С. Пушкина. Люди продолжают «гибнуть за металл», преимущественно цветной, который продолжают принимать за конкретные деньги в специальных приемных пунктах.

Но есть и хорошие новости. Многолетнее противостояние московских властей и горожан по проекту реконструкции Пушкинской площади, кажется, завершилось победой московской общественности. Последний проект реконструкции этой площади, озвученный в июле 2010 года, предусматривал создание транспортно-досугового центра непосредственно под площадью. На подземных этажах этого центра общей площадью в 100 тыс. кв.м., должны были разместиться магазины, роллердром, каток, арт-галерея и другие помещения, а также парковка на 1 тыс. машиномест. Инвестор уже собирался приступить к строительным работам осенью 2010 года, однако смена городской власти приостановила эти планы. После вынужденного молчания в апреле 2013 года глава столичного стройкомплекса г-н Хуснуллин заверил, что Пушкинскую площадь перестраивать не будут. Строительство подземного паркинга и торгового комплекса отменяется. Правда, несостоявшийся инвестор за такой пересмотр ранее принятого решения угрожает московским властям иском в 8 млрд. рублей, и чем закончится эта тяжба – еще не известно.

Но в локальном масштабе строительные работы на площади идут полным ходом: возведено новое здание на том месте, где в перестроечные годы размещалась самая популярная на тот период времени газета «Московские новости», а кинотеатр «Россия»/«Пушкинский», компания «Стейдж Энтертейнмент» приспособила для показа мюзиклов. Здесь будут – по выражению популярного московского издания – «просвещать» москвичей и гостей столицы «музыкальным ширпотребом», поскольку ведущий кинотеатр страны, «Пушкинский», в сложившихся у нас условиях кинопроката сделался убыточным.

Теперь на некоторое время можно, наверное, успокоиться и перевести дух – менять, ломать, реконструировать, возводить здесь вроде бы больше нечего. Хотя, кто знает, пути строителей неисповедимы. Ведь «покой нам только снится». Комиссия по монументальному искусству при Мосгордуме в мае 2013 года рассматривала, например, очередное «инициативное» предложение о переносе памятника А. С. Пушкина на другую сторону Тверской улицы и установки его перед закусочной «МакДоналдс». На освободившемся месте предлагалось возвести часовню в память о первых Романовых – царях Михаиле Федоровиче и Алексее Михайловиче. На наше счастье, это «инновационное» предложение было отклонено. Будем надеяться, что оно не будет иметь продолжения.

Впрочем, кажется, я поспешил, высказав предположение, что никаких инноваций на Пушкинской площади больше не предвидится. В январе 2014 года появилось сообщение о том, что столичные архитекторы готовят проектное предложение, которое собираются внести на обсуждение комиссии по монументальному искусству при Мосгордуме. По этому проекту-предложению памятник А. С. Пушкину должен вернуться на Тверской бульвар, где он был установлен первоначально. Прежние предложения на этот счет основывались лишь на восстановлении исторической справедливости. Теперь же появились более весомые основания. В ходе реконструкции Пушкинского сквера летом 2013 года на этом месте были обнаружены фундаменты и надгробия Страстного монастыря, предметы быта и человеческие останки. Артефакты стали фактическим подтверждением особого статуса культурных слоев Пушкинского сквера, как исторической территории древнего памятника середины XVII века. Во что это все выльется – предсказывать не берусь [8] .

Пушкинская площадь, несмотря на произошедшие здесь перемены, продолжает вызывать у меня ностальгические воспоминания о тех временах, когда школьником был частым «званым», а то и «незваным» гостем кинотеатров «Центральный» и «Новости дня», в студенческие годы регулярно заходил в магазины «Армения» и кондитерский, был неизменным участником частых дружеских посиделок «гусар» у Дмитрия Урнова. Хотя дом, где жил Митька-Лошадь со своими родителями, выходил своим фасадом на Пушкинскую площадь, официально он считался домом № 6 по Страстному бульвару.

Известный историк Москвы Лев Колодный в своих «Хождениях по Москве» упоминает дом № 6 на Страстном бульваре. По его словам, в 30-х годах прошлого века на пятом этаже этого дома жил Евгений Яковлевич Хазин, любимый брат Надежды Яковлевны, жены Осипа Мандельштама. Именно сюда она пришла утром после первого ночного обыска, когда искали стихи поэта о Сталине. Брат сопровождал сестру на вокзал, откуда началась первая ссылка О. Мендельштама.

Не менее драматичной оказалась судьба этого дома. Старинный особняк, стоящий на этом месте, в 1933 году надстроили тремя этажами и раздвинули по фасаду. В основе этого нового советского «доходного» дома вошел особняк, построенный в 90-х годах XVIII века неизвестным архитектором на участке земли, приобретенной подполковником Нарвского пехотного полка, племянником шефа жандармов Николая I, Иван Ивановичем Бенкендорфом. Особняк был возведен фасадом к стене бывшего Белого города, которая проходила тогда по Страстному бульвару. Бенкендорфы славились своим гостеприимством. В их доме собиралась вся литературная Москва того времени: Карамзин, Херасков и др. У них же останавливался, наезжая в Москву, Иван Андреевич Крылов, который, как известно, до сорока лет и не мечтал о большой литературе. Именно здесь Крылов написал свои первые басни, посвященные десятилетней дочери Бенкендорфа Софье, с которых началась литературная известность автора.

В 1812 году особняк Бенкендорфа не сгорел, но был разгромлен и разграблен французами. При последующих владельцах он был восстановлен, и в 1885 году перешел во владение княгине А. П. Ливен, которая распоряжалась им до революции.

Для нашей школьно-студенческой компании это здание представляло интерес не своим прошлым, а тем, что в нем находилась квартира семьи Урновых, в которую мы довольно часто наведывались.

Не знаю, как в настоящее время, но тогда в годы нашего студенчества мы установили, что в магазине «Армения» продавались сухие вина по самым низким в Москве ценам.

Обычно мы забегали в этот магазин перед тем, как завалиться к Митьке Урнову. Или, по-нашему, к Лошади. Митька не только не обижался на такую кличку, но, кажется, даже гордился ею, реально понимая свое бесспорное моральное превосходство перед нами, поглощенными в то время игрой в футбол и бросанием снежков в учениц 360-ой школы, находившейся напротив нашей 170-й: процесс школьного обучения мальчиков и девочек был тогда раздельным.

Митя заслужил свое прозвище «Лошадь» еще в 5 классе, когда он, начитавшись «Холстомера» и других художественных произведений о лошадях, собственноручно написал письмо маршалу Советского Союза Семену Михайловичу Буденному, известному радетелю коневодства и конного спорта в СССР. В нем пионер Митя Урнов просил маршала помочь ему вступить в конно-спортивную секцию, если таковая имелась в Москве, ведь шел 1948 год. К всеобщему удивлению на Митькино наивное полудетское обращение вскоре пришел ответ, в котором пионеру Дмитрию Урнову объясняли куда, в какое время подъехать, к кому обратиться для того, чтобы его зачислили в конно-спортивную секцию при Московском ипподроме. Вот с этого времени Митька и стал Лошадью, поскольку «лошадиные занятия» навсегда вошли в распорядок его жизни, став её составной частью наряду с семьей, школой, литературой и нашей школьно-студенческой компанией в сложном и увлекательном процессе взросления.

Увлечение лошадьми не отражалось на Митькиной учебе. Учился он хорошо, выделяясь в классе своей эрудицией, знанием литературы, выступлениями-экспромтами по произвольно заданной тематике.

Митя-Лошадь жил на Пушкинской площади, которая как бы вытянулась со строительством сквера и кинотеатра, хотя по официальному адресу на Страстном бульваре, в том самом доме, в основании которого сегодня выведен вход-выход в метро «Чеховская». Этот бывший советский «доходный» дом сегодня полностью расселен и выпотрошен. Ровными рядами новеньких окон он равнодушно смотрит на бывший кинотеатр «Россия». Кто его сегодня занимает? Не знаю. У меня в памяти он сохранился другим.