Чтение онлайн

— Вы ездили туда, где содержались матери?

— Нет, они приехали сюда, забрали сперму Дани, а через несколько недель сообщили нам, что все получилось и беременность протекает без осложнений…

— Как вы собирались оформлять документы на ребенка?

— Это делают они, через Грузию. Даниэлю должны были выдать свидетельство об отцовстве в консульстве в Тбилиси, а потом, уже в Испании, мать отказалась бы от своих прав.

— У вас сохранился договор, заключенный с Ригоберто? Нам потребуются все его данные.

— Да, договор есть, но мы подписывали его не с Ригоберто, а через одну компанию, забыл название…

Сфотографировав договор и отправив его Марьяхо, Сарате и Элена молча вышли из дома. Они не стали заходить в комнату, предназначенную для ребенка, которого давно не было в живых. Элене хотелось видеть в Сарате союзника, хотелось разделить с ним презрение к отцам, которые в конечном счете несли ответственность за все, что случилось с женщинами на ферме Лас-Суэртес-Вьехас. Если бы не они, не их деньги, ничего не произошло бы. Но взгляд Анхеля был непроницаем, и Элена не догадывалась, о чем он думает.

Позвонил Ордуньо.

— В доме пусто? Никого? — спросила Элена.

— Пусто, но Ригоберто ушел совсем недавно. Еще сегодня утром он был здесь. Видимо, его кто-то предупредил.

— Надо его найти. Еще нам нужен список отцов. Пусть криминалисты перевернут этот дом вверх дном, с судьей я разберусь. Надеюсь, обнаружат хоть какие-то документы.

— Криминалисты уже работают. Пока нашли сейф, он открыт, и там пусто.

— Снимите отпечатки пальцев.

Усеро; крошечный киоск, где ремонтируют и продают телефоны. Здесь Рейес решила разблокировать телефон Кристо, который украла накануне. Она могла бы отнести его Марьяхо, но не хотела нарушать обещание, данное дяде: докладывать обо всем только ему.

За прилавком стоял молодой китаец. Он поприветствовал ее с мадридским акцентом; чтобы взломать телефон, ему потребовалась буквально пара минут.

— Двести евро.

— Сколько?!

— Надо было раньше спрашивать. Не заплатишь — я его снова заблокирую. Наличными.

— Мне надо снять деньги.

— Я подожду.

Пока она шла к банкомату, зазвонил телефон. Ордуньо. Отвечать Рейес не стала. Со вчерашнего дня бывший напарник постоянно писал и звонил ей. Описывал ход расследования и говорил, что беспокоится за Дели. У банкомата на Рейес снова накатила тошнота. Она удивилась: неужели на нее так сильно подействовала необходимость избавиться от трупа Дели? Рейес собралась с мыслями и написала Ордуньо: «Не звони мне больше. Это небезопасно», а потом стерла всю их переписку в WhatsApp.

Забрав деньги, китаец протянул ей телефон и дал код доступа ко всем приложениям — кроме одного.

— Его мне взломать не удалось. Это приложение для записи разговоров, но, похоже, там все равно ничего нет. Все стерли.

— И восстановить нельзя?

— Не знаю, я такого никогда не делал. Могу посмотреть и поспрашивать у знакомых. Зайди попозже. Но это будет стоить пятьсот евро.

— Сколько времени тебе нужно?

— Возвращайся в пять. И не забудь: оплата наличными.

Рейес села в машину и стала копаться в телефоне. В WhatsApp было много чатов, но ни один контакт не был сохранен, поэтому понять, с кем переписывался Кристо, ей не удавалось. Большинство сообщений отличались краткостью: «в пять где обычно», «в семь жди звонка», «в три в ресторане “Ла-Манчегита”». Когда через несколько минут Рейес наткнулась на переписку с Херардо, то есть с Гильермо Эскартином, она чуть не вскрикнула от радости. Херардо и Кристо обсуждали даты, время и место поставок, но без конкретики. «В понедельник в три где всегда», «подтверждаю получение», «нужно еще три упаковки»… Самыми интересными оказались сообщения:

«Это кошмар. Их никуда не выпускают, с ними обращаются как с животными».

«Твое дело — привозить лекарства, которые заказал Р., и помалкивать».

Эта переписка подтверждала рассказ Фабиана. А главное, теперь у Рейес появились доказательства того, что Отдел замешан в делах Ригоберто. Она решила поговорить с Ордуньо.

Они встретились в дешевом магазине в многоэтажном здании на Гран-Виа. Решили не скрываться: сделали вид, что столкнулись случайно, и стали с притворным интересом рассматривать постельное белье.

— Ты был прав: Гильермо по поручению Отдела возил на ферму лекарства, — прошептала Рейес, держа в руке комплект простыней.

— Они знали, что Гильермо полицейский?

— Нет, считали его наркоманом. Он не одобрял условий, в которых содержались женщины на ферме, и написал об этом Кристо.

— А Кристо?

— Велел ему заткнуться и привозить то, что заказывал некий Р.

— Ригоберто, мексиканец, мы как раз его ищем. Возможно, он был хозяином фермы, но пока мы почти ничего о нем не знаем. Вчера ездили к нему домой, но он успел сбежать. Дела он вел через подставные компании, на одну из них записана ферма в Лас-Суэртес-Вьехас.

— Отдел связан с этим Ригоберто. Похоже, он важная птица: общался напрямую с Кристо. Фабиан в ужасе от того, что их дела могут всплыть.

— Что еще тебе удалось выяснить?

— Гильермо заказал фальшивый паспорт на имя Серены.

— Ага, все сходится. Он, судя по всему, влюбился в девушку с фермы, ее звали Сереной. Возможно, хотел с ней сбежать. Но сейчас надо срочно найти Ригоберто. Сможешь разузнать еще что-нибудь в Отделе?

— Это нелегко.

— Сама эту тему не затрагивай, но, если о нем зайдет речь, ничего не упусти!

— Они ни разу не упоминали о нем при мне.

— Тогда откуда ты знаешь про переписку с Р.? Разве не от Фабиана?

Рейес прикусила губу, схватила с полки пижаму и развернула ее перед собой — то ли чтобы скрыть замешательство, то ли чтобы отгородиться от Ордуньо. Мимо промчалась шумная группа подростков; они явно намеревались стащить из магазина футболку за три евро.

— Кристо хранил в ящике стола еще один телефон. Я его украла.

— Что? — Ордуньо стоило большого труда не повышать голос. Он смотрел на Рейес серьезно и обеспокоенно. — Как тебе такое в голову пришло? Они же заметят.

Рейес положила пижаму и развела руками:

— Не смогла устоять.

— Когда ты его забрала?

— Вчера, на барбекю. Кристо позвал в гости весь Отдел с семьями. Телефон мог взять кто угодно.

— Ты что несешь? Сама говорила, что Отдел как семья. На кого Кристо, по-твоему, подумает, когда заметит кражу? На человека, с которым проработал двадцать лет, или на тебя? Тебе надо немедленно уходить оттуда.

— Сейчас не могу. Тогда он точно поймет, что телефон стащила я.

— У нас уже есть все, что нужно, Рейес. Телефон в суде использовать нельзя, зато можно взять показания у Дели. Думаю, с ней получится договориться.