Чтение онлайн

Мы с Куртом еще часами перетирали, кто мог стоять за этими выходками. Ни один сотрудник и ни один гость не приходили на ум для такой мерзости. Мы договорились дождаться Энди, она возвращалась сегодня из отпуска, и пробежать по списку уволенных и тех, кто уходил с конфликтом.

Грохот кастрюль на кухне докатился через приоткрытую дверь, возвращая мысли к мужчине, который ждал меня.

На этот раз внутри все сжалось от другого — от тоски до самых глубин. Как бы мне ни хотелось, чтобы он был здесь, это было эгоистично, особенно когда у него на руках Тео. Последнее, что нужно Паркеру, мои беды поверх его. О чем думал Джим, когда позвал его?

Паркер всегда говорил, что не хочет быть отцом, но все равно принял Тео — потому что он честен. Хорош до самых костей. Если душу можно увидеть, у Паркера она сияла бы, как врата рая, — чистая, белая, ослепительная.

А моя была бы в черных отметинах.

Я родилась из предательства, одного из многих, что творили наши предки. Оставляет ли такая тень след внутри? Не похожи ли мои внутренности на то, как выглядел сегодня утром домик — выжженные, пустые? Не станет ли еще одной несмываемой меткой то, что я оставлю Паркера рядом просто чтобы не быть одной?

Я прикусила щеку и зажмурилась, прогоняя новую волну слез.

Как бы мне ни не хотелось грузить Паркера, его честь и упрямое благородство не позволят ему уехать, если он считает, что мне грозит опасность. Значит, единственный выход вычислить виновника и остановить его, чтобы Паркер мог вернуться к своей жизни и к новым планам для себя и Тео.

Если уж я не сделаю ничего другого в ближайшие дни сделаю хотя бы это.

Паркер

EVERY BREATH YOU TAKE

by The Police

5 лет назад

ОНА: Кермит, мне нужны тако.

ОН: Ты пьяна?

ОНА: Нет. Да. Может быть.

ОН: И все твои друзья тоже «нет-да» пьяны и не могут отвезти тебя за тако?

ОНА: Они все уже по парам разошлись — им секс важнее еды. А я сижу у костра, окруженная студентами, которые только и делают, что целуются.

Проходит несколько минут.

ОНА: Ладно. Я дойду пешком до The Taco Bar, а потом закажу машину, чтобы доехать до квартиры.

ОН: Даже не думай идти по этой дороге ночью одна.

ОНА: (GIF с лягушкой, которая задумчиво стучит пальцем по подбородку) Тако… расстроить мрачного морпеха… тако… морпех… ТАКО!!!

ОН: Я буду через десять минут. Даже не смей уходить от костра.

Настоящее

Я смотрел, как Фэллон уходит по коридору, и чувствовал, будто весь мир уходит вместе с ней. Она снова превратилась в ту самую девчонку-подростка, которая тащила на себе неподъемную ответственность и поражала меня тем, как умела вести себя взрослее, чем взрослые вокруг. И меня бесило, что ее снова загнали в этот угол. Тот, кто за этим стоит, кто посмел прийти за ней, за ее семьей или за ранчо, теперь будет иметь дело со мной.

Тео дернул меня за руку, и волна вины пронзила меня с силой и скоростью истребителя, взлетающего с палубы авианосца. Как я смогу защитить Фэллон и найти ублюдка, который все это устроил, и при этом уберечь Тео от опасности? Может, стоило сначала заехать в Вегас и оставить его у мамы. Но я стал для него опорой, безопасным местом. Если я исчезну на несколько дней, это может ранить его еще сильнее.

— Я голодный, — сообщил он.

Мы не спали уже несколько часов. Жесткая кровать и шум из парковки мотеля в Санта-Кларите, где мы остановились на ночь, не дали нам нормально выспаться. В конце концов, я махнул рукой на сон, запихнул нас в грузовик еще затемно и поехал к ранчо, зная, что нас ждет первоклассный завтрак.

Но все мысли о еде вылетели из головы, когда я увидел пожарные машины и почувствовал запах гари от обугленных останков домика. А когда заметил Фэллон, которую поддерживали Курт и пожарный, я едва не лишился рассудка. Страх, дикая, удушающая паника, захлестнули меня так сильно, что я едва смог припарковать грузовик, не разбив его.

Те мучительные секунды, когда я думал, что Фэллон ранена, будто разорвали мои внутренности и бросили их на растерзание хищным птицам, чтобы они клевали меня без пощады.

А потом я позвал ее по имени, и она повернулась ко мне с закопченным лицом…

Мои руки снова задрожали при одном воспоминании.

В живот мне ткнулась мягкая игрушка Тео, его Пес. Я резко вернулся в реальность.

— Песик тоже голодный, — сказал Тео.

Черт, мне нужно было собраться.

— Пошли посмотрим, что у нас есть на кухне, — сказал я, крепче сжимая его крошечную ладонь.

Дом, который Фэллон и ее мама спроектировали десять лет назад, был оформлен в стиле деревенский шик, который тогда был на пике популярности: выбеленное дерево, серая кожа, каменные полы. Без ярких деталей он выглядел бы уныло, но цветные коврики и подушки оживляли пространство.

На кухне за стеклянными дверцами шкафов красовалась яркая керамика, красиво контрастирующая с темным гранитом столешниц. Все было аккуратно и опрятно, не то что у меня дома, где я перед отъездом еле вспомнил включить посудомойку. Когда я наконец вернусь, холодильник наверняка будет вонять тухлой едой — еще одно доказательство, что я теряю хватку.

В холодильнике Фэллон почти ничего не было, как она и предупреждала. Но я нашел хлеб, пару яиц и кусок сыра чеддер. Посадил Тео на столешницу, поручил ему следить за тостером, пока сам взбивал яйца и натирал сыр.

Я как раз ставил готовые сэндвичи на барные стулья у острова, когда Фэллон вернулась.

Моя рука замерла, и я чуть не выронил тарелку.

Она выглядела как всегда и при этом еще красивее. Черные джинсы облегали стройные бедра, а синий мужской жилет плотно сидел на ее фигуре, оставляя узкую полоску загорелой кожи над поясом. Голые руки, глубокий вырез, открывающий пышную грудь. Я видел ее в бикини бесчисленное количество раз, но сейчас она казалась другой. Более… опасно соблазнительной.

Мое горло пересохло.

Внизу живота вспыхнуло желание, острое и мучительное.

Голод накрыл меня, но не по еде, что стояла на столе.

Это был голод, который я не мог утолить. Обещания, данные когда-то, и цели, которые я поставил перед собой, не позволяли мне взять то, чего я хотел больше всего.

Я зачарованно смотрел, как она заплетает длинные светлые волосы в тугую косу, движения отточенные, как у наездницы. Когда она закрепила косу у груди, мне захотелось выдернуть резинку, зарыться пальцами в эти мягкие пряди и запрокинуть ее голову, чтобы целовать нежную кожу шеи…