Чтение онлайн

Он резко развернулся, схватил меня за руку и потащил к двери. Мы едва успели открыть ее, когда голос Лоренцо заставил нас остановиться.

— Несмотря на вашу дерзость, я сделаю все, что смогу, чтобы помочь вам найти Айка. Я правильно понимаю, он тот, кто устроил весь этот хаос на ранчо? Тот, кто распускает слухи о вашей причастности, миссис Стил?

Спина Паркера напряглась. Он бы ринулся обратно, если бы я не вложила все силы, чтобы удержать его.

— Вы много знаете для того, кто якобы не замешан, — сказала я.

— Я всегда слежу за семьей и инвестициями.

— Я не твоя семья, и у тебя нет ничего общего с моим ранчо, — отрезала я.

— Сэди и ее дети мои кузены. Их беды это мои беды. И еще у меня с Тедди Джонсом есть бизнес-отношения. Если ваше ранчо прогорит, он не сможет расплатиться.

Удар этих слов был таким же сильным, как тот копытный удар, что я когда-то получила по голове. Если бы не Паркер рядом, я бы рухнула на пол. Вместо этого его рука крепко обхватила мою талию, не давая упасть.

— Какое отношение Тедди имеет к тебе? Ко всему этому? — прохрипела я.

Лоренцо не ответил. Просто махнул рукой, словно отмахиваясь от нас.

— Если выясню, что кто-то из моей семьи помог Айку, я дам знать.

Меня трясло, пока мы шли по коридору. Я хотела высказать Паркеру все, что думаю, я была ошарашена тем, что один из самых надежных людей оказался связан с Лоренцо, но он лишь покачал головой и взглянул на камеры в углах.

Мы молчали, пока не оказались в припаркованном внизу внедорожнике.

В моей голове вновь и вновь прокручивались моменты, проведенные с Тедди с конца мая, когда я вернулась на ранчо. Его улыбки, забота о Тео, явное увлечение мамой. Он был рядом всю мою жизнь, и я никогда не чувствовала угрозы или дискомфорта. Разве что меня слегка смущала мысль о его возможном романе с мамой, но не более.

— Тедди… — я покачала головой. — Не могу поверить, что он как-то связан с Лоренцо. Зачем? Боже… он ведь так старался сблизиться с мамой. Чего он хотел добиться?

— Мы выясним. Я позвоню Суини и Крэнки, они допросит его, пока мы будем в пути.

Моей первой реакцией был ужас. Мысль о том, что Тедди могут причинить боль, была невыносима. Как бы там ни было, он был частью семьи нашего ранчо и заслуживал права объясниться. Я ведь тоже хотела, чтобы мне поверили, когда все улики указывали на меня. Он заслуживал того же.

— Ты не будешь его допрашивать! — выпалила я. — Я сама с ним поговорю. Это моя ответственность.

Паркер явно был недоволен. Его лицо стало мрачным, губы сжались.

— Ладно, — выдавил он. — Ты первая поговоришь с ним. Но если он не даст нам ответов или окажется причастен к нападениям и запугиваниям, я заставлю его заплатить.

Это не была угроза. Это было обещание. И оно вновь подняло тошноту в моем желудке. Эйс и Айк действовали вместе. Их объединила общая ненависть ко мне и к моему отцу. К моей семье. Они хотели уничтожить все, что я люблю.

Страх закрутился спиралью в груди, моя рука легла на живот. Я могла бежать, спрятаться, защитить себя и ребенка. Но это никогда не закончится, пока Айк и Эйс не окажутся за решеткой. И меня осенило, нам не нужно искать Айка. Он сам найдет меня.

— Мне нужно домой, — сказала я. — Мне нужно быть на ранчо.

Паркер покачал головой.

— Нет. Пока мы не выясним, там ли Айк, ты не поедешь туда.

— Или отвези меня в аэропорт, чтобы я сама нас доставила домой, или я выйду прямо здесь и доберусь сама.

Его челюсть заходила ходуном, пальцы так сжали руль, что побелели костяшки.

— Мне нужно сначала увидеть Тео. Я обещал ему, что мы вернемся сегодня.

— Он не может поехать с нами, Паркер, — я замотала головой. Один только образ Тео рядом, когда Эйс или Айк найдут меня, — непереносимый кошмар. Представить Паркера в этот момент было мучительно, но он хотя бы умеет защищаться.

— Я знаю, — выдохнул он. — Я оставлю его с мамой. Но он должен меня увидеть. Он ждал, что вернутся оба его родителя, а не дождался ни одного… — голос Паркера сорвался.

Мое сердце сжалось. Я знала, что значит быть оставленной. Чувствовала это каждый раз, когда отец отправлял меня обратно в Риверс, а мама скрывалась за облаком таблеток, оставляя меня справляться самой. Но Тео пережил еще худшее, потерю обоих родителей. Они умерли, не успев загладить тот ущерб, который нанесли.

— Тебе нужно остаться с ним, — тихо сказала я. — Он не может потерять и тебя.

В глазах Паркера вспыхнула ярость.

— Если ты думаешь, что я позволю тебе вернуться на ранчо и встретиться с Тедди, Айком и кем бы то ни было еще в одиночку, то ты спятила. Даже если бы мы не сказали друг другу «Да» и не пообещали идти по жизни вместе, я все равно был бы рядом. Ты не одна, черт возьми.

Я прикусила щеку до привкуса крови. Я просто хотела, чтобы все закончилось, прежде чем кто-то еще пострадает. Но Паркер был прав. Я не могла справиться одна. Это не та ситуация, из которой можно было выгрести, как я привыкла. У меня не было ни подготовки, ни знаний, чтобы защитить себя и ранчо от человека, решившего нас уничтожить.

Меня ударило воспоминание о Спенсере. Мы стояли на вершине горы, смотрели вниз на водопад и реки, тянущиеся к озеру, и он сказал: «Это огромная ответственность — заботиться об этой земле, Фэллон. Иногда приходится делать то, чего не хочешь — полагаться на других. Не повторяй моих ошибок. Знай, когда нужно закопать гордость и попросить о помощи».

Всю жизнь я считала, что только я имею право решать, что будет с ранчо. Я злилась на маму за то, что она принимала решения, которые, как я считала, не были ее. Я уехала в Сан-Диего не только из-за обещания отцу, но и потому, что не могла смотреть, как мама держит бразды правления до тех пор, пока я не унаследую их. Я была уверена, что у меня получится лучше. Я думала, что смогу тащить это наследие в одиночку, как Спенсер. Но я забыла его наставление.

Мне нужно было учиться на прошлом, своем, Спенсера, наших предков. Может, «проклятие», о котором говорил дядя Адам, было не в старой карточной игре, где одна семья выиграла землю у другой. Может, все дело было в гордыне. В высокомерии.

Я коснулась щеки Паркера, провела большим пальцем по его челюсти.

— Худшие ошибки нашей семьи мы совершали тогда, когда пытались сражаться в одиночку. Наследие этой земли не принадлежит только мне, не из-за документов и счетов. Оно принадлежит каждому, кто работает на ранчо, кто любит его, вкладывает в него душу и сердце. Я не могу нести это одна. Сейчас мне нужна твоя помощь, чтобы сохранить землю и защитить тех, кто там живет.