Монтана. Уровни. Начало
Шрифт:
– Скатись с меня!
Вернулись силы, вернулся голос.
Её отпустили. Человек, чьего имени она не знала, поднялся первым, подал ей руку, но Тереза дернулась, как разъяренная кошка. Защитник поджал губы – красивые, к слову сказать, губы. Только она давно перестала по внешним чертам судить о характере.
– Идём, – сообщили ей, – покажу тебе хижину, нашу базу.
Двинуться следом, отряхиваясь на ходу, было всем, что ей осталось.
– Выдай мне оружие!
– Не положено.
– Тогда, что делать?
– Будешь сидеть с остальными двумя, ждать меня. Прятаться, если кто-то придет…
– Может, закорешиться с ними, песни начать петь? Я не собираюсь сидеть и ждать, пока меня придут и пристрелят…
На неё взглянули коротко, цинично.
– А у тебя ядовитый характер, я смотрю. – Тишина. – Может, это и неплохо… для этого места.
Для этого места, точно. Для обычной жизни, мол, так себе характер, говнецо, а тут сойдет. Всё, как обычно, Терезу начинали недолюбливать с первого взгляда. Мистер Зеленые Глаза не исключение.
– Я ведь вовремя пришла? К началу! Почему в меня выстрелили, стоило переступить порог?
Это нечестно, несправедливо. Этого нельзя было так оставлять, в Терезе проснулся праведный гнев.
– Потому что кое-что пришел раньше, надоумил своих отстреливать чужаков на входе.
– Гениальная идея! Значит, оружия не дашь?
– Нет.
– Зае№;ись!
Зеленоглазый поджал губы.
Наверное, теперь он не был рад, что ему в «жертвы» достался крысёныш в виде молодой девки с острыми зубами и языком.
Хижина выглядела покосившейся. Внутри пара лавок, стол, некая старинная печь допотопной конструкции. Пыльные окна; и два понурых человека. Один мужик средник лет с трясущимися руками и скошенным подбородком, и печальная женщина. Ныть мужик начал с порога:
– Я ведь… это… ради денег… Стрелять, если что не умею… Может, погреб есть, куда нам прятаться, если снаружи шаги?
Терезе было противно. Если это бой, значит, бейся, а не прячься. Грустной бабе, очевидно, тоже были нужны пять тысяч.
Охотник, доставив «третью» на базу, принялся объяснять правила.
– Сейчас я уйду для того, чтобы обезглавить чужие команды…
– Если повезет, – прошипела Тереза едко, проверяя ящики стола. Может, удастся разжиться вилкой или ножом? Ей повезло – нож отыскался, кухонный и потускневший. Его она сунула в карман.
– Не порежься, – так же едко посоветовали ей.
– Не переживай за меня, инструктируй этих двоих. Я все равно здесь сидеть не буду…
– Пойдешь со мной бок о бок сражаться?
Он ей нравился. И не нравился. Классная внешность, она бы повздыхала по такому втихую при других обстоятельствах, но сейчас ей хотелось выбраться.
– Пойду на выход. Есть здесь выход?
С неё хватит.
– Но наша команда проиграет, если вы уйдете, – запричитал занудный долговязый мужик, сцепив руки.
– Значит, помоги Охотнику всех убить, – порекомендовала ему Тесса. Женщина, не то больная, не то раздавленная некими тяжелыми жизненными обстоятельствами, о которых Тереза не собиралась даже слушать, промолчала.
А вот мистер Зеленые Глаза смотрел жестко. Кажется, их антипатия стала взаимной.
– На выход, значит, хочешь? Быстро сдрейфила…
Ей хотелось окрыситься так злобно, как никогда, но в этот момент защитник полез в задний карман джинсов, достал свернутую карту местности, расправил на столе.
– Иди сюда, смотри… Мы здесь, – палец указал на абстрактную часть леса. К востоку отсюда на границе будет портал экстренного выхода. До него четыре часа. Шуруй. Если доберешься, я тебя провожать не буду.
– Послушайте, – попытался воззвать к совести третьей участницы долговязый зануда, – давайте останемся все вместе. Возможно, наша команда выиграет? У нас хороший защитник, он захватит флаги…
– Удачи ему. И вам.
Тесса, сжав через ткань нож, развернулась и зашагала к выходу из хижины. К черту пять тысяч, этих людей и это злополучное место. Ей хотелось беспрестанно материться, как очень пьяному и очень злому матросу.
Снова запах прелой листвы и незнакомая чаща снаружи.
– Шагаем к выходу, – заявила Тесса наушнику. – Веди.
«– Прокладываю маршрут» – усмехнулась гарнитура. Информатор не запыхался, он сидел где-то в теплом месте и смотрел замечательное шоу, которым откровенно наслаждался. – «– До портала экстренного выхода, если напрямую и не сбавлять темп, три часа и тридцать шесть минут хода»
– Отлично. Направление?
«– Отсюда прямо»
Тереза зашагала бодро; до людей, оставшихся в доме, ей не было дела. На Информатора, втянувшего её в Игру, она вообще обиделась. Пусть временно, зато качественно. И собеседник это чувствовал.
«– Ты веришь мне, что я вижу наперед?»
Под ногами трава; лес походил на баварский. Не густой, зеленый, прозрачный. Свежий.
– Возможно.
«– Далеко наперед»
– Какое мне дело до этого сейчас?
«– Такое. Ты еще оценишь этот день по заслугам. И то, что он тебе даст. В будущем»
– В будущем может быть. Но не сейчас.
Почти десять минут пешей ходьбы прошли в молчании. Осталась позади хижина, охотник и незнакомцы. Местами пробираться было трудно, где-то разрастался кустарник, где-то мешал разлапистый папоротник.
Нет, с ножом в кармане – это суицид. Она несколько раз играла в пэйнтбол и знала, что с пушкой наперевес всегда безопасной. Даже, если пушка заряжена краской.
– Я могу где-то достать оружие? – спросила Информатора. Притормозила, пока ждала ответ, щупала носком кроссовка мшистую кочку. Пахло грибами. – Пистолет или автомат…
«– Рассчитываю варианты…»
Пусть кто-то здесь играет командами, ей привычнее самой за себя.
– Раны настоящие?
«– Ощущаются настоящими, да. На деле ими не являются»