Чтение онлайн

(вот, попал как кур во щи! – подумал Симонов – эти двое, судя по их будущим успехам, не могут не быть лидерами, как бы не передрались. Пока молодые я с ними справлюсь, но позже их непременно надо будут разогнать по своим КБ. Двум, а со мной трем медведям в одной берлоге... . Хотя пока они еще медвежата – ну а когда вырастут, закончится война).

Мы всячески поможем – продолжил Сталин – есть мнение отдать товарищу Симонову весь экспериментальный цех. А когда новый пулемет будет готов к нашей технологии – то, возможно, все производство. Или расширить – авиации ковровское оружие тоже нужно. Список оборудования – это к товарищу Берии, в рабочем порядке, что можем, дадим. Также, товарищ Берия, организуйте, чтобы товарищу Симонову никто не мешал!

Всю информацию, образцы и документы – вам передадим. Только – надеюсь вам понятна, степень секретности? Для всех, это будет.. ну пусть, добытое нашей разведкой. Ну а кто будет излишне любопытствовать, задавать ненужные делу вопросы – товарищ Берия, вы меня поняли?

– Так точно, товарищ Сталин! От НКВД к товарищу Симонову будут прикреплены люди, которые на месте, все обеспечат – и секретность, и безопасность. Естественно, Саратовское управление ГБ тоже получит от меня указания.

– Видите, товарищ Симонов – за вами лишь работа, результат. РККА очень нужен пулемет, и чем раньше, тем лучше. Это дело – будет под нашим контролем. Могу ещэ подсказать, как временную мэру – я ведь тожэ книгу эту прочел, очень внимательно! В сорок шестом будет принят на вооружение пулемет Дегтярева с ленточным питанием – по сути, измененный ДП, модернизированный в сорок четвертом, всего лишь с вставным блоком питания вместо диска. Если сделать к нему станок – подумайте, кому поручить эту задачу! – то получится неплохая, а главное, быстрая и дешевая, временная замена, пока не подоспеет ваш пулемет. Озадачьте Дегтярева – что там у него, с переносом возвратно-боевой пружины, желательно также специальную ручку на стволе, для быстрой замены, по типу ПК – ну, нэ мнэ вас учить, конструировать оружие!

Мы все очень надеемся на вас, товарищ Симонов – страна, армия, народ. Так нэ обманитэ жэ наших надежд!

В течение ночи на 18 сентября наши войска вели бои с противником на северо-западной окраине Сталинграда и в районе Моздок. На других фронтах существенных изменений не произошло.

На северо-западной окраине Сталинграда наши войска отбивали атаки танков и пехоты противника. Артиллеристы части, где командиром тов. Толбухин, уничтожили 12 немецких танков и до двух рот гитлеровцев. На другом участке два батальона пехоты противника ворвались на одну из улиц города. Наши бойцы встретили немцев сосредоточенным огнём из пулемётов и автоматов. В завязавшейся затем рукопашной схватке гитлеровцы были разгромлены и отступили, потеряв убитыми и ранеными до 500 солдат и офицеров.

– Товарищ нарком, гражданин Нудельман доставлен.

– Доставлен – примем... Здравствуйте, Александр Эмильевич. Что ж вы так – вам возможность работать предоставили? Пушка НС-37, это бесспорно, большой ваш успех и заслуга – вполне достаточный, чтобы о прежнем забыть. Ан нет – не успокоились вы, записки пишете, ответственным товарищам, весьма занятым, между прочим. А они, ваши бумажки, к нам, с резолюцией, бывший пособник врага народа Таубина, продолжает лелеять вредительские замыслы, настаивая на выпуске откровенно плохого оружия, гранатомета АГ-2 – мол, разберитесь, и примите меры. Так примем?

– Товарищ народный комиссар..

– Может называть меня, по имени-отчеству. Я вам не начальство, я разобраться хочу – в вопросе. Куда эти бумажки деть – в макулатуру, или дать ход?

– Лаврентий Павлович, я совсем не предлагал выпускать ту самую модель – и это легко можно увидеть из текста моей докладной записки. Но, оставаясь твердо убежденным, что оружие такого класса абсолютно необходимо РККА, я остаюсь в мнении: полное прекращение всех работ по нему, было ошибкой. Которая будет стоить нашим бойцам – лишней крови. Именно это я предлагал – оставить тему в плане ОКБ-16, сохранив финансирование и выделение ресурсов. Разумеется, не в ущерб основной работе. Я прикинул – у нас есть некоторый резерв.

– Так-так.. вот что пишут о вашем изделии: «многочисленные конструктивные недоработки; низкая живучесть его отдельных деталей; многочисленные задержки во время стрельбы, возникавшие по вине автоматики в усложненных условиях работы. Большая стоимость изделия. Высокая требовательность к подготовке личного состава – надежно эксплуатировать данный образец не смог бы не только обычный призывник РККА сорок первого года, но и .. гм.. намного более подготовленный солдат».

(в тексте стояло «современный солдат». Л.П. цитирует статью о АГ-2, с одного из оружейных форумов Инета – оказавшуюся на компе Сан Саныча).

– Лаврентий Павлович, эти недостатки хорошо известны в ОКБ-16. Однако позволю возразить, что гранатомет успешно проходил войсковые испытания – на бронекатере Днепровской флотилии, в 90й дивизии Ленинградского военного округа, и наконец в частях НКВД на Дальнем Востоке. Да, выявлены отдельные недостатки, над их устранениями велась работа. В новой, усовершенствованной модели..

– Знаете, Александр Эмильевич, был такой человек, Курчевский. Который после каждого провала точно так же клялся, что вот следующая модель будет, выше всех похвал. Вы знаете, чем он кончил – а вы считали, какой вред он нанес нашей обороноспособности, да еще перед войной? Сколько ресурса и времени ушло на тысячи его «шедевров», годных лишь в металлолом? Государство не может позволить себе – щедро оплачивать творческий поиск, пусть даже и очень талантливых личностей, не получая за это ничего. Вы можете поручиться – что в следующей модели, предъявленной в названный вами самим срок – вы добьетесь результата? Если нет – то эта бумажка сейчас же отправится в корзину, а вы работайте как раньше – но навсегда забудьте о каких-то «гранатометах». Если да – то вам дадут такую возможность. Но если не справитесь – то уж не взыщите. Вы сами – выбрали свой путь. Итак – что выбираете?

– Я выбираю.. да, товарищ нарком.

– Почему? Вы понимаете – что вполне можете отправиться вслед за Таубиным?

– Я думаю о наших бойцах – которые, на фронте, тоже рискуют жизнью. А могли бы – меньше, будь у них лучшее оружие. Это и моя война, Лаврентий Павлович. Позвольте и мне – исполнить свой долг.

Убежденный – подумал Берия, вспоминая биографию Нудельмана в той истории – будет возглавлять свое ОКБ-16 еще пятьдесят лет. С его чертежей – пойдут авиапушки для реактивных истребителей, о которых мы сейчас не можем и мечтать. И «Стрелы» – пехотные ракеты против самолетов, это тоже будут его. Интересно, в той истории, при этой беседе, меня и его, какое решение я принял там?

Но я знаю и другое: АГ-3 так и не появился. Значит, или этого разговора не было вовсе – или там он сказал «нет».

И в любом случае, потерять такую голову, такого конструктора – будет большой потерей для СССР. И в этой войне – и в той, третьей, несостоявшейся.

– Я вам делаю встречное предложение, Александр Эмильевич. Которое вы, надеюсь, примете. Что вы скажете – про это?

Описание гранатомета АГС-17, «Пламя». Чертежи, схемы, фотографии. Описание патрона. Наставление по эксплуатации. Наставление по боевому применению.

(хорош все ж – поиск информации у потомков. Меньше чем за час – узнав о предстоящей беседе, быстро найти нужное, распечатать, копировать, скомпоновать. И заниматься этим – самому).

– Я верю, Александр Эмильевич, в ваш талант. И ценю – вашу уверенность. Однако же – «улучшенного» АГ-2 пока еще нет в природе. А это вот – было. И стреляло. Работало отлично – без нареканий.

– Откуда это?

– А вот об этом, Александр Эмильевич, вы никогда спрашивать не будете. Потому что никто – вам не ответит. Создатели этого великолепного оружия, были вредительски уничтожены врагом народа Ежовым, вместе со всеми материалами – кроме сохранившихся, очень немногих. Так как – беретесь?

При том, что с тебя снимется ответственность, если не сумеешь – подумал Берия – год принятия на вооружение, семьдесят первый, двадцать девять лет тому вперед. Может быть, с нашим производством, из наших материалов – задача не имеет решения вообще. Но попытаться – стоит. Так что, тебя никто не будет винить – но тебе лучше пока об этом не знать, чтоб стимулировало.

– Я – берусь. Конструкция выглядит – достаточно проработанной. Явно – мастер проектировал. Я .. его знал?

Не знал – подумал Берия – Корняков Александр Федорович, других данных нет, ни биографии, ни даже года рождения. Может он малец еще – а может, уже в армии. Если так – надеюсь в нашей, уже измененной истории, он останется жив.