Чтение онлайн

Кобра посмотрел на Ина, его зрачки чуть сузились, и кивнул, чуть показав клыки. Алекс Мур взял камень, покрутил его.

– Дай угадаю, мистер Ин; гравитационные камни, основанные на вере или управляемые мыслями? Если не думаешь, что можно оторваться от земли, никогда себя не оторвёшь, если думаешь, что будешь ходить, то будешь ходить, а если перестал верить, что они тебя держат, то улетишь от первого толчка?

“Иногда в образовании есть проблема, если не знать, как его применять. Будем надеяться, что Алекс не подведёт себя и всех нас. Порой он слишком умничает”.

– Да, ты прав, - кивнул Отто. – Верь, что он тебя удержит, и выстоишь.

“Мы справимся. Иначе быть не может”, - думал Отто.
– “Когда подобно Светочу творишь дела, зажигающие миры, спасение любой ценой кажется бесплатным. В этом наверное и есть главный обман Судьбы”.

Когда они были готовы, они попрощались. Оставшиеся коротко пожелали им удачи. Отто дал двоим по маленькому кусочку медной проволоки, чтобы те обмотали указательный палец, и каждый из них оглох и услышал мысли других.

Мир поменялся; молнии в нём сверкали, и сердце ёкало от их мощи. Отто, как магический практик, ощущал, какими сильными потоками разлеталась каждая из них. Но они больше не пугали их.

Они оставили вещи, что могли быть сорваны ветром, и выбрались наружу. Холодный ветер, запах озона, иногда бьющие о борта Исследователя волны песка, пытающиеся накрыть его, но не способные поколебать исполина.

Песчинки гнались вперёд ветром, но магией прижимались к каменистой тверди, по которой стальной исполин продолжал свой путь.

“Да встретим мы грозу, атланты, да не убоимся мы её. И грудью вынесем любую рану, ибо боли нет для нас, лишь дело наше. Вы будете в порядке близ меня. Верьте в это, ибо я уже верю в вас”.

“Надеюсь”, - с выдохом подумал Алекс Мур. Он дышал носом, его густые волосы развевались, когда он смотрел против ветра, вжимающего очки в брови.

“Смелость сменю я бесстрашием. Ежели ради спасения Совы я отправляюсь в нескончаемую бурю, вновь встретившись с тобой…, то я доживу до момента, когда увижу её живой, здоровой и свободной. Поверь мне. Я это сделаю”, - теперь сердце Кобры гремело решимостью. Тёмной, страшной решимостью, способной хладнокровно переносить невзгоды.

“Нас будут бить молнии. Мы примем эту боль и поделимся ею с миром. И я буду тебе щитом, Марк, если ты сам позволишь мне им быть. Мне жаль, что между нами всё было как было, но выбор, мной сделанный, на самом деле был самым лучшим из выборов”.

“Оставить всю Десейру пустыней?!”, - вспыхнул Кобра, хватаясь за поручень и переходя по крыше вперёд, не сводя с Отто глаз. Его ненависть крепко держала его.
– “Всех этих людей заставить бороться за жизнь и свободу! Убивать за чистую воду! Других резать на еду, прежде чем их сожрут жуки! И это ты называешь лучшим выбором?”

Отто крепко встал на крыше и кивнул.

“Я объясню, когда придёт время. Но доверься мне, ибо это то, что мне нужно от вас двоих. Прежде чем спасать Десейру, давай спасём себя. Сосредоточься на мне. Я буду проводником. Алекс, Марк. Передавайте мне свою энергию. Я перенаправлю её вверх, сложив в заклинание. Просто сконцентрируйтесь и начните передавать”.

Отто Ин положил обе руки на сердце, встал в стойку, глубоко вдохнув воздух, полный озона. Сверкающие молнии приближались. Они начали бить рядом, машину дёргало, но заклинатели прилипли ногами к крыше.

Ин вытянул пальцы и ими очертил вокруг, издав горлом гортанный звук, резонирующий с громом и молниями. Он запел, обведя вокруг себя магическую защиту, а после стал постепенно её расширять.

Одна из молний ударила над ними и сразу же пролилась синим потоком по окружившему их небольшому куполу. Поток слился по стальному корпусу и рассеялся. Щит отразил.

Отто стал петь громче, ибо он вызывал на бой саму часть мира, он накликал на себя его силу и многочисленные удары, готовый их отразить. Он развёл руки, и магические символы выросли, раздувшись, словно мыльный пузырь, накрывший их. И каждый удар, что должен был в них попасть, осыпал их искрами, а нити, из которых были сплетены молнии, разбегались по миру.

Кобра и Мур передавали ему свои силы. Движение за движением, выполняя это простое упражнение. Вы в море воды и посылаете друг другу волны… Исключение одно; море - это всё вокруг, а вы всего лишь бесплотные силы, руками своими толкающие воду. Даже наоборот; море нематериально, а материальны лишь вы. Такова природа магического плетения. Вернее та, что была известна разумным сейчас.

“Да. Спасём себя”, - горько подумал Кобра.
– “Это всё, что мы можем? Спасать себя? Остальных оставлять пылать пламенем? Ничего, пусть горят… Принесём мяса, пожарим. Это ты скажешь? Я видел тебя как образец альтруизма, Отто. Не как отступника”, - Кобра не мог перестать думать свои мысли.

“Вообще-то, я и не считаю, что Отто отступник”, - подумал Алекс, и их общие мысли сплелись. Беззвучно гремели молнии, градом расходясь вокруг.

Отто не слышал ни голоса своего, не чувствовал связок своих, но знал, что пел; искры рассыпались градом, слепя и показывая оголённые магические нити. Он черпал энергию своих напарников и скармливал её миру; мало-помалу, как ребёнок, жгущий в костре небольшие веточки. Вот так, по чуть-чуть, не давая костру ни разгореться ярким изматывающим пламенем, ни совсем оставить их в темноте. Иначе следующая вспышка станет для них последней.

“Я думаю, что ты плохо понимаешь его, мистер Марк. Нас всех ранят те или иные, но…”

“Не суди о том, чего не знаешь, мальчик”, - заметил Кобра.
– “Я здесь не для того, чтобы ссориться с вами двумя. Вы помогаете нам, потом наши пути разойдутся. Я просто не могу перестать думать о том, о чём думаю! Мои мысли продолжают передаваться вам вне зависимости от того, хочу я этого или нет”.

Одно огромное магическое полотно, Отто видел лишь его; реальность размывалась потоками магии, быть может раскрывая свою суть. А быть может, он проваливался в сон, оставляя своё тело живым и бодрствующим. Быть может, он спал и видел наяву чудесные виденья, за которые не зацепиться взглядом?

Наверняка тут вокруг гремели молнии. Но он просто не видел их, ибо его глаза не являлись сейчас его частью; он был большим, чем плоть, и меньшим, чем человек. Проводник, наделённый мыслями. Артефакт, исполняющий функцию. И ему было хорошо; он знал, что исполнял её правильно, а большего ему и не требовалось.

“Твои мысли намного большее, чем ты сам, Марк”, - подумал Отто.
– “Тебе следует их просто перестать осознавать, тогда и мы перестанем их слышать. Крепитесь, мы практически у цели. В конце концов, это единственное, что имеет значение. После мы сможем поменяться мыслями ещё».