Чтение онлайн

— Вы ведь уже изучали волновую физику? То есть ты знаешь, что ученые уже доказали, что абсолютно всё вокруг нас — это волны? — ответил вопросом он.

— И, как обычно, ты считала, что это не стоит твоего внимания? — улыбнулся Алан. — Так же как и все другие чудеса вокруг?

Я вспыхнула, но потом подумала, что и правда, я не совсем серьезно это восприняла.

— Все, чему учит меня профессор, подтверждено его исследованиями в области волновой физики, — продолжал Алан. — Самый правильный и безошибочный подход ко всем вещам — это рассматривать каждую из них и все их во взаимодействии на волновом, энергетическом уровне. Такой подход работает на сто процентов. Вероятность ошибки нулевая.

— Но как рассматривать, например, взаимоотношения двух разных людей с точки зрения волновой теории? Это же невозможно! — не задумываясь ответила я.

— Почему?

— Очень сложно, и данных недостаточно.

— Ничего невозможного для человека не существует, я тебе это уже не раз говорил.

— Но как?! — Меня мучила навязчивая мысль, что Алан дурачит меня.

— Профессор может объяснить, что происходит с энергетикой человека в любых ситуациях.

— Твой профессор, наверное, так объяснит, что я ничего и не пойму! — Я натужно засмеялась, — он же доктор наук, профессор. А я — простая школьница.

— Он объяснит так, что поймет даже школьник, поверь. — Алан был сама серьезность, и мое веселье почему-то сразу как рукой сняло.

— Но как это выглядит? Я даже представить себе это не могу?

— Человек, например, имеет устойчивую энергетическую оболочку и использует ее как сосуд для накопления и удержания внутренней энергии. У большинства людей эта оболочка имеет форму яйца. От этой энергии зависит его самочувствие, здоровье, настроение, жизнь, наконец. Все его желания и действия направлены на удовлетворение своих потребностей в том или ином виде внутренней энергии.

— А она бывает разной? Я вроде бы что-то такое слышала. Об этом что-то Фрейд писал?

— Об этом все что-то писали понемногу и с разных сторон, но никто так и не увидел общей картины, — улыбнулся Алан. — Есть сорок девять основных разновидностей этой энергии.

— А еще?

— Еще все его вещи и люди, от которых он что-то регулярно получает, являются неотъемлемой частью его энергетической системы. То есть, другими словами, они являются частью его самого.

— Как это?

— Ну, например, человек регулярно получает удовольствие от езды на собственном автомобиле. Получаем ситуацию, когда автомобиль является частью энергетической системы своего владельца. Если, например, отнять у человека его авто, в его энергетической системе возникнет недостача получаемого удовольствия, ее нужно будет срочно восполнять, иначе он будет чувствовать себя несчастным и подавленным.

— Неужели это так важно?

— Я же говорю тебе, важнее вообще ничего не существует. Только воспринимая каждого человека как его энергетическую систему, ты сможешь понять все его истинные желания и мотивы. Абсолютно все действия любого человека имеют целью получить определенную энергию или обменять один ее вид на другой.

— И это можно научно объяснить?

— Да, Софи. Человек, в сущности, оказывается не таким уж сложным существом, после того как разберешься в его внутренней энергетике и в правилах, по которым она работает. Вот найдем профессора, и будешь его мучить расспросами. Только для того чтобы попасть на лекцию, тебе нужно настроиться на волну.

— Да я помню, только пока не получается.

Мы уже почти подошли к школе. Я действительно пыталась сконцентрироваться на профессоре, но меня постоянно что-то отвлекало. Какие-то мысли все время лезли в голову и не давали сосредоточиться.

30. Поиски профессора

Прошло еще около недели. Как-то мы опять заговорили о профессоре. Меня начинало беспокоить, что я до сих пор не могу понять, как выполнить его домашнее задание — определить, когда и где будет следующий урок. И я призналась в этом Алану.

— Тут ничего сложного нет. Раз ты о нем вспомнила, сейчас самое время его поискать, — сказал он и тут же потащил меня в наш парк неподалеку от школы. Там он усадил меня на скамью.

— Закрой глаза и прислушайся к своим ощущениям. Отбрось все мысли, кроме тех, которые связаны с Орловым, — настойчиво приговаривал он по дороге.

Но в голову лезли всевозможные повседневные глупости, всяческий бред, попсовые мелодии и мысли о родственниках.

Алан легонько стукнул меня по макушке.

— Ты чего дерешься? — для порядка вскинулась я.

— Не отвлекайся. Думай о Льве Орлове. Лев Орлов. Лев Орлов… — Алан повторил его имя несколько раз.

Я с трудом настроилась и вдруг буквально через пару минут увидела перед глазами профессора.

Я, конечно, удивилась тому, что он так быстро появился.

— Здравствуйте, профессор! — воскликнула я. — А мы только что о вас вспоминали.

— Да? Вот это удача, — сказал он и весело рассмеялся.

Я постаралась сделать серьезное лицо: ведь как-то он узнал, что я о нем сейчас думала, и так быстро появился.

Алан тоже стал улыбаться. Он подошел к профессору. Повернулся ко мне и спросил:

— Софи, с чего ты взяла, что профессор пришел к нам?

Они, не сговариваясь, выдержали паузу и с самыми серьезными лицами уставились на меня.

— Как это с чего я взяла? — переспросила я. — Я же его вижу! — Я смотрела на них, не понимая, что происходит.

Алан хлопнул профессора по плечу, как старого приятеля после рассказа смешного анекдота, и они оба засмеялись. Я в недоумении переводила взгляд с Алана на профессора и обратно.

— Вот какие у вас ученики, профессор! — с гордостью поздравил Алан. — Огонь!

«Что тут смешного?». Я сидела перед ними на скамье и ничего не могла понять.

Порадовавшись вдоволь, Алан уселся на газон напротив меня и сказал:

— Открой глаза, Софи.

— Зачем? Они у меня и так открыты.

— Да? Хорошо, тогда закрой их.

Я рефлекторно попыталась моргнуть, но сразу это у меня не получилось. Я продолжала видеть, но глазам стало что-то мешать.

— А теперь опять попробуй их открыть, — спокойно продолжил он.

Мне пришлось сконцентрироваться, и даже немного помочь себе руками. Все это было в высшей степени странно и непонятно, потому что я и так все вокруг видела.

Когда мне все же удалось распахнуть глаза, я увидела совершенно другое место. Это была незнакомая просторная комната. Передо мной стоял профессор, рядом сидел Алан. Я же сидела на полу и смотрела на них снизу вверх. Это продолжалось какие-то доли секунды. Потом на меня навалилась чернота.

Мне стало плохо, в груди все горело, голова кружилась и болела одновременно. Меня тошнило. Так плохо мне не было еще ни разу в жизни. Я куда-то летела. Вдали на фоне черной мглы перед глазами мелькало много маленьких светящихся точек. Опора под ногами все время куда-то ускользала. Казалось, что я плаваю в невесомости между несколькими мирами. Было очень страшно.