Чтение онлайн

На утро, как и было предсказано, сон прервался разрывающей головной болью. Рядом со мной никого не было. С трудом поднявшись, я прошаркала в кухню-гостиную.

— Проснулась? Отлично. Как раз собирался тебя будить. Через сорок минут нужно выезжать, — бодро произнес Никита, заканчивая приготовление омлета. — На столе обезбол и вода, в душе полотенце и зубная щетка.

Все еще находясь в полусонном состоянии, я побрела к приготовленной таблетке, а оттуда отправилась умываться. Холодная вода способствовала пробуждению.

За завтраком Никита поинтересовался:

— Как самочувствие?

— Плохо. Очень плохо, — промычала я.

— В состоянии ехать сегодня в университет?

— Нет, но поехать надо. И так пропустила субботу. Откуда у тебя новая зубная щетка, кстати? Девушки часто остаются ночевать?

— Внизу круглосуточный магазин. Купил сегодня.

— На второй вопрос не ответишь?

— Не отвечу. Ешь. Приятного аппетита.

От мыслей, что Никита может часто приводить к себе девушек, неприятно кольнуло.

— Предполагаю, ты захочешь заскочить за тетрадями к сегодняшним лекциям? — спросил парень.

— Угу.

Заехав в общежитие, я быстро побросала нужное в сумку и села обратно в машину. На переодевания времени уже не было.

Перед тем, как пойти на учебу, обратилась к Никите:

— Не жалею о нашем первом поцелуе.

Он притянул меня к себе и коротко поцеловал в губы.

— Идем. Провожу тебя до аудитории, Лиля.

В коридоре было шумно, студенты ловили последние пять минут перед началом первой пары. Мои одногруппники толпились в ожидании Валентины Степановны, преподавательницы по основам литературоведения. Немного в стороне стояла Вика, о чем-то воркующая с Лодзинским.

Никита обнял меня перед тем, как отпустить на семинар, и прошептал на ухо:

— Тоже ни о чем не жалею.

Проводив взглядом парня, я подошла к Вере с Кирой.

— У-у-у, кто-то сегодня не ночевал дома? — старательно громко произнесла последняя, оценивая мой вчерашний вид.

Понятно, для кого она старалась, но тут помимо кое-кого стояло еще много других людей. Мне стало неудобно, поэтому пришлось шикнуть на подругу. Она, посмеиваясь, вскинула руки в примирительном жесте. Появление Валентины Степановны прервало наш диалог.

Пока мы рассаживались на свои места, Вика раз пять сообщила девочкам, как замечательно прошло наше двойное свидание. И примерно столько же раз сказала, что надо как-нибудь повторить, на что я только вежливо улыбалась.

Вот уж вряд ли, спасибо.

Во время семинара пришлось молиться всем богам, чтобы меня сегодня не спросили. Впервые я не сделала домашнее задание. К сожалению, молитвы никто не услышал.

— Лиля, вместо того, чтобы обжиматься в коридорах с мальчиками, вы бы лучше больше времени уделяли учебе. Тем более на первом курсе, — строго проговорила преподавательница. — После пары подойдите ко мне за индивидуальным заданием.

Можно земля подо мной прямо сейчас разверзнется, и я исчезну навсегда? Как стыдно-то…

— Надо же, Лиля тусила с парнем вместо учебы. Сегодня точно град пойдет. Со снегом, дождем и смерчем, — подтрунивала надо мной подруга.

Днем я отправилась в библиотеку выполнять литературоведческий анализ стихотворения Анненского «Я думал, что сердце из камня…» по заданию Веры Степановны, а девочки пошли на первое собрание перед подготовкой к социализации. В этом масштабном мероприятии участвовали все факультеты. Ежегодно давалась определенная тема, на которую готовилось представление. Что-то вроде спектакля. В конце декабря, в течение нескольких дней, участники демонстрировали постановки, а жюри, состоящее из деканов, определяло победителей. Мероприятие было призвано сплотить студентов между собой, что звучало здорово, но меня выступления на сцене по-прежнему не интересовали, потому участвовать в этом не собиралась.

Положив тетрадь и учебник на самый отдаленный стол, я направилась к стеллажам в поисках книг, которые могут понадобиться. Вдруг дверь рядом с одним из стеллажей открылась, и чья-то крепкая рука затащила меня внутрь темного подсобного помещения, тут же припечатав к стенке. Почувствовав мятно-кедровый запах, я воскликнула:

— Ты что творишь, Лодзи…

Он закрыл мне рот рукой и впился в шею. Опешив, я попыталась оттолкнуть его, но тело было не согласно с разумом. Сумасшедшая химия била наотмашь. Мои руки уперлись ему в грудь в ненастоящей попытке отстраниться. Дима свободной рукой сжал мою талию, не прекращая целовать, кусать, изводить мою шею. Дрожь начала вибрировать во мне повсюду. Сердце было готово не просто вырваться, а пробить грудную клетку насквозь дважды. Ноги превратились в ватное подобие. Не знаю, как им вообще удавалось продолжать стоять. Сама не заметила, как перестала думать о чем-то, кроме его губ, его зубов, его языка на своей шее. Хотела еще. Нет. Хотела больше. Я переместила свои руки на Димину голову и подалась навстречу, побуждая продолжать. Мне было мало. Я желала быть ближе. Еще немного, и мы растворились бы друг в друге.

Внезапно Дима прервался. Мои глаза в туманном непонимании уставились на него.

— Хорошо, цветочек. Нужно было проверить.

И он вышел, закрыв за собой дверь.

А я медленно сползла по стенке вниз. Ноги меня больше не держали.

Неприятно, обидно и больно.

Щеки быстро стали влажными от слез.

Что я наделала?

Про Диму я не рассказала никому. Снова.

И вообще старалась забыть про случившееся в библиотеке. Ненавидела его. И себя тоже ненавидела. Он делал со мной все, что вздумается, а я, как последняя идиотка, следовала за каждой уловкой. Чтобы не вызывать лишних вопросов, мне приходилось здороваться с ним в ответ, если рядом были Вика или кто-то из знакомых. Во всех остальных случаях я старательно делала вид, что его не существует для меня. Однако часто улавливала холодный взгляд на себе. Настолько часто, что это сильно нервировало.

Дима с Викой по-прежнему оставались главной парой для обсуждения в университете: за все годы обучения капитан футбольной команды никогда не состоял в серьезных отношениях, но одна первокурсница смогла покорить его сердце. Они подходили друг другу. Он продолжал делать успехи на поле, она — быстро заняла первые позиции в группе поддержки. Он встречал ее после пар, нередко с букетом белых лилий. Она — всегда светилась от счастья рядом с ним. Оба очень красивые. В общем, идеальная пара для окружающих. Для всех, кроме меня и Киры. Подруга поддерживала мое ненавистное отношение к Лодзинскому. Она по-прежнему не знала подробностей, но ей было и не нужно этого, чтобы быть на моей стороне.

В конце ноября мы с Кирой и Верой сидели на стадионе в ожидании матча. Я впервые посетила футбольное событие, чтобы поддержать Никиту, с которым мы сблизились после ночи, проведенной у него. Кира знала, что произошло между нами. Она охала, ахала и «ошеломлялась» в течение моего рассказа, а по его окончании захлопала в ладоши от радости. Мы с Никитой виделись почти каждый день или на территории университета, или за ней. Но я чувствовала, что из-за произошедшего с Димой, не могу расслабиться в присутствии парня, как раньше. Однако очень надеялась на временность этого явления.

Девочки наперебой объясняли мне, что «Южные лисы» — довольно сильная команда. Они занимают высокое место в турнирной таблице студенческих футбольных клубов. Сегодня ребята сыграют последний матч с командой из другого города, а потом уйдут на зимний перерыв. В начале марта турнир возобновится снова.

Погода стояла солнечная, но холодная. Мы с девочками принесли пледы и сели, прижавшись друг к другу, чтобы не замерзнуть. Мне пообещали, что как только начнется игра, холод отойдет на второй план.