Чтение онлайн

Ирина слегка наклонила голову, словно изучая нас, а затем произнесла:

— Хорошо. Лиля, думаю, тебе будет интересно обсудить твою роль в увлекательной игре двух лучших друзей. Димы Лодзинского и Никиты Ревизина.

— О какой игре ты говоришь? — кончики моих пальцев почувствовали неприятное покалывание, в груди защемило.

— Здесь правда очень холодно. Пошли уже в теплое местечко.

На этот раз не дожидаясь ответа, Ирина развернулась на своих высоких каблуках и, махнув каштановым хвостом, направилась в кофейню. Она знала, что теперь мы точно последуем за ней. Удочка брошена, наживка захвачена.

Ирина не спеша листала меню.

— Девочки, вы точно ничего не хотите?

— Точно, — в один голос отозвались мы с Кирой.

Единственное, чего нам сейчас по-настоящему хотелось — узнать, что конкретно Ирина имела в виду под игрой и моей ролью в ней. Но девушка будто специально оттягивала момент, подогревая наше ожидание.

Наконец, заказав пасту и капучино, девушка обратила свое внимание на нас.

— Лиля, что ты знаешь о наших мальчиках?

— Оба учатся в нашем университете, играют в одной футбольной команде.

— Все так. А еще они оба учились в одном классе и ходили в один детский сад. Однажды даже вместе организовали побег оттуда и прятались в Димином доме, представляешь? — Ирина звонко рассмеялась.

Я представляла. Слишком хорошо помнила эту историю, рассказанную Никитиным братом. Только тогда я не знала, что тем другом был Лодзинский.

Ирина продолжала:

— И оба еще со старшей школы любили играть с девушками. Выбирали жертву и упражнялись на ней в искусстве обольщения. Добиться девушку им было мало. Они боролись до конца. В итоге каждая несчастная бедняжка оказывалась втянута в любовный треугольник. И каждая страдала от чувства вины за свое плохое поведение. Убивалась из-за любовных метаний. Но нашим мальчикам было плевать на это. Их интересовало только одно — за кем останется ее финальный выбор. И когда бедняжка делала этот выбор, они бросали ее и искали следующую жертву.

Ирина взяла паузу, оценивая эффект сказанного ею.

Эффект был. Мое горло сковало невидимой тяжестью. Руки покрылись льдом. Дыхание вырвалось из привычного ритма. Мозг лихорадочно стал перебирать все наши встречи с Никитой, пока не остановился на вечере в клубе.

Поэтому он тогда решил разыграть из себя моего парня? Увидел меня со своим другом и решил вступить в игру? Или они планировали все это заранее? С момента моего поступления в их университет? Тогда и на машине он обрызгал меня не случайно?

— Почему мы должны тебе верить? — раздался голос Киры.

— Потому что я росла вместе с ними. Наверняка была какая-нибудь «неожиданная» встреча с кем-то из них, да, Лиля? Какую тактику они выбрали на этот раз? Один играл плохиша, а второй был принцем, спасающим тебя? В этом они особенно преуспели. Им одинаково хорошо удавались обе роли.

— То, что ты росла вместе с ними, не объясняет того, откуда тебе все про них известно. Или ты сама была одной из тех бедняжек?

— Ох, ну что ты! Конечно, нет. Со мной они были по-настоящему.

— И что это значит? — Кира не останавливалась в своих вопросах.

— Вы же уже все поняли, девочки, — Ирина хитро подмигнула нам.

— Сразу оба? Не многовато ли? — прозвучал саркастический голос подруги.

— Они такие замечательные мальчики, что выбирать кого-то одного слишком глупо. Лиля точно меня понимает.

— Ты решила рассказать об этом просто так? По доброте душевной?

— Моя душа далека от добра. Однако мальчикам пора взрослеть. Боюсь, самостоятельно им будет сложно отказаться от своих игрушек. Да и игрушкам это не приносит ничего хорошего. Да, Лиля?

Хватит. У меня больше не было сил выслушивать все это. Я вскочила и наспех натянув пуховик, выбежала из кофейни. Кира быстро нагнала меня.

— Ты же понимаешь, что мы ее совсем не знаем и нельзя так просто взять и поверить ей? — осторожно поинтересовалась подруга.

— Понимаю. Еще я понимаю, что слишком многое сходится.

Дима никогда не скрывал, что играет. Никита после последнего футбольного матча тоже что-то упоминал про «честную» игру с Лодзинским. Я тогда не придала этому особого значения. А зря.

Слишком вовремя оба оказывались рядом. Дима очевидно знаком с Ириной, Никитин брат тоже упоминал про девушку по имени Ирина, и Никита тогда дал понять, что не хочет говорить о ней. Я-то думала, из-за того, что это ранило его чувства, а все оказалось банальнее — боялся, что мне станет известно лишнее.

— Что будешь делать? — спросила подруга.

— Поговорю с Лодзинским. Он хотя бы был честнее, чем Никита.

— Уверена, что это хорошая мысль?

— Нет. После появления Лодзинского, у меня не было еще ни одной хорошей мысли.

— Ошеломительно…

Я уже набирала ему сообщение:

«Приезжай к моему общежитию. Прямо сейчас»

«Заинтригован. Скоро буду»

Чертов интриган.

Забравшись в машину к Лодзинскому, я не стала ходить вокруг да около.

— Кто для тебя Ирина?

— Какая Ирина?

— Прекрати уже! Вчерашняя Джульетта.

Димино лицо внезапно приобрело серьезность. Он понял, что я была на взводе. И понял, из-за кого.

— Моя первая… любовь.

— Кто Ирина для Никиты?

— Его первая любовь.

— Ясно.

Этого достаточно. Дальше что-либо выяснять уже нет смысла. Я дернулась, чтобы открыть дверь и выйти из машины, но рука Димы крепко схватила мою. Он усадил меня обратно.

— Тебе надо успокоиться, цветочек.

— А что тебе надо? — я зло уставилась на него.

Дима молчал. Его рука только крепче сжалась на моей.

— Что тебе от меня надо, Лодзинский? — мой голос сорвался на крик.

— Я не знаю, Лиля.

Чего именно я ждала? Точно не этих слов. Обида, злость, ярость, паника — на меня обрушилось всё сразу. Во мне бурлило много эмоций. Просто шквал. Слишком много чувств. Голова закружилась, грудь сдавило, стало душно, накатила тошнота.

— Цветочек, все хорошо.

Я слышала Диму как будто из-под толщи воды.

Он обнял меня одной рукой, а второй начал гладить по голове, повторяя:

— Все хорошо, цветочек, давай вместе сделаем вдох и выдох. Вдох. И выдох.