Чтение онлайн

— У тебя что, своих занятий нет? — сердито поинтересовалась Кира у Димы, когда он встречал нас у аудитории и после третьей пары.

— Моё самое интересное занятие идёт сейчас рядом, — лениво ответил Дима.

— Нет, серьёзно, тебе скоро выпускаться, — наставила подруга.

— Какая ты милая, Кира, в своем беспокойстве за меня, — ироничным тоном кинул парень. — Ради твоего спокойствия за меня, сообщаю, что у выпускников сейчас сессия, у меня по всем предметам «автомат».

— И ты будешь преследовать Лилю, как ненормальный? — прищурила глаза Кира.

— Все влюбленные — ненормальные, — Дима сказал это будничным тоном.

Я уставилась на него в немом вопросе. Он только что признался, что влюблен в меня? Это очередная игра?

После четвертой пары Дима потащил меня к своей машине, но Кира объявила, что едет с нами.

— Нам нужно закончить статью, — голос Димы прозвучал раздраженно.

— Закончишь сам, Лиля же пришла на твой матч, — напомнила ему моя подруга. — Нам с ней нужно готовить презентацию к завтрашнему литературоведению, а ваша конференция только через несколько дней.

У нас действительно завтра было литературоведение, о чем Дима, естественно, знал. Судя по всему, он был в курсе всего моего расписания. Однако никакой презентации от нас не требовалось. Но я понимала, зачем Кира делает это. Она видела мое смятение и пыталась дать мне передышку.

— Хорошо, отвезу вас, — согласился Дима, что-то обдумывая.

У машины я вновь попытала удачу проскользнуть на заднее сиденье, чтобы сесть с Кирой, но Лодзинский не дал мне сделать этого, усадив на пассажирское сиденье вблизи с собой.

Как только машина остановилась у общежития, Дима попросил Киру выйти и оставить нас с ним на минуту.

Кира воспротивилась:

— Я выйду с Лилей.

Больше не обращая на нее внимания, парень притянул меня к себе и настойчиво поцеловал. Этот поцелуй был похож на наказание за то, что я сделала на вечеринке. Дима крепко сжимал мое лицо в своих ладонях и прикусил мой язык, от чего я всхлипнула. Тогда он смягчился, превратив расплату в нежность.

Когда мы оторвались друг от друга, оказалось, что Кира все-таки вышла из машины.

Дима погладил мое лицо и, глядя мне в глаза, сказал:

— Кажется, я влюблен в тебя, цветочек.

Мое летнее признание, теперь звучавшее от него, ввело меня в оцепенение.

— Зачем ты это делаешь? Зачем продолжаешь со мной играть? — в моем тоне проскользнула обида.

— Я не играю.

— Я не верю тебе.

— Знаю. Нам потребуется время.

Дима коснулся уголка моих губ.

— До завтра, цветочек.

Пробиваемая дрожью, я вышла из машины. Кира ждала меня у ступеней, ведущих ко входу.

— Прости, мне стало слишком не по себе в машине. Я думала, что он сейчас тебя раздевать будет, а ты будто была бы и не против этого, — объяснялась подруга.

— Он действует на меня одурманивающе, — созналась я.

— Заметно.

— Спасибо, — поблагодарила я подругу.

— За что? — удивилась Кира.

— За то, что ты всегда рядом, — я приобняла подругу.

Мы зашли в мою комнату. Соседка весело болтала с Никитой, сидящим на моей кровати. Увидев меня, она попрощалась с ним и, подмигивая мне, выпорхнула. Кира в молчаливом вопросе «Мне оставить вас?» посмотрела на меня. Я кивнула.

— Созвонимся, — подруга махнула телефоном и вышла следом за соседкой.

— Итак… — произнесла я, облокотившись на дверь.

— Итак… — протянул вслед за мной Никита. — Почему ты так поступила?

— В университете наш разговор вряд ли бы удался. Скорее, у вас с Димой снова бы началась потасовка, — объяснила я.

— Я не об этом. Почему ты так поступила на вечеринке?

В голосе Никиты не было злости или раздражения, в отличие от Димы, когда он задавал подобный вопрос. Парень, сидящий напротив, говорил спокойно.

— Почему вы подрались на поле? — встречно спросила я.

Никита и Дима

Перед выходом на поле ко второму тайму, Лодзинский обратился к Никите:

— Как считаешь, Лиля сегодня болеет за меня или за тебя?

— Ты заставил ее прийти на игру? — руки Никиты сжались в кулаки.

— Может быть, — Дима пожал плечами.

— Оставь ее в покое, — Никитина челюсть дрогнула.

— Давай лучше ты оставишь ее, — предложил Лодзинский.

Командам дали сигнал, чтобы они выходили на поле. Обычно слаженная игра номеров «7» и «11» в самом начале второго тайма превратилась в соперничество. И не за мяч. Друзья продолжили выяснять отношения.

— Лиля — хорошая девушка, она не заслуживает твоих манипуляций, Лодзинский.

— Я сам решу, кто и что заслуживает, это не твое дело, Ревизин.

— Лиля — мое дело.

Никита толкнул Диму.

Лиля

— Почему вы мне не сказали про вечеринку? — продолжала я допрос.

— Потому что мы не знали о ней. Ирина решила устроить сюрприз.

— Почему ты поехал к Диме после того, как подрался с ним на поле?

— Потому что родители попросили забрать документы у него дома. Как оказалось, никаких документов не было. Ирина подговорила моих родителей, сообщив о том, что они с Лодзинским якобы устраивают сюрприз для меня.

— Якобы?

— Лодзинский сам был не в курсе. Ирина подговорила всю нашу команду и группу чирлидинга.

— Почему вы сидели втроем на втором этаже, когда все развлекались внизу?

— Так вот в чем дело.

Никита не спрашивал. Он утверждал. Он все понял.

— На этот вопрос ты не придумал ответа? — язвительно хмыкнула я.

— Я ничего не придумываю, Лиля. Я говорил и говорю тебе правду, — твердо произнес парень. — Ирина попыталась нас примирить, увидев, в каком состоянии и настроении мы приехали.

— Судя по тому, что я увидела, ей это удалось, — с грубой насмешкой заметила я.

— Удалось. До момента твоего поздравления. Когда ты ушла, мы с Лодзинским чуть не разнесли его дом.