Чтение онлайн

В квартире был приглушен свет, в кухне-гостиной стоял стол с едой и большим букетом ирисов в вазе. Я остановилась. Никита подошел ко мне и обхватил кольцом своих рук. Какое-то время мы просто стояли с ним. Я вдыхала любимый запах.

— Ты — мой выбор, — произнесла я его слова, сказанные мне осенью.

Никита наклонил голову и оставил на мне целомудренный поцелуй. Я потянулась к нему за большим. Он провел своим пальцем по моим губам.

— В этот раз я не смогу остановиться.

— Здесь нет охранника или моей соседки. На этот раз никто не сможет нам помешать, — тихо проговорила я, цепляясь за воротник его рубашки.

— Думал, мы сначала поговорим, поедим и все такое, — карие глаза хитро прищурились.

— Да… Так, наверное, правильно, — в моем тоне промелькнуло сожаление.

— Да, так правильно, — согласился Никита.

Я собралась отпустить его, но он не дал мне сделать этого, впившись в меня поглощающим поцелуем. В сильной хватке его рук, в настойчивых движениях его языка, в требовательности его губ я ощущала, как он изголодался по мне. Никита словно сбросил всю свою сдержанность. Мы не могли оторваться друг от друга так долго, что я потеряла счет времени и начала задыхаться. Никита, не прерывая поцелуй, подтолкнул меня к столу. До моих ушей донесся звон разбитой посуды, которую парень снес, подхватывая и усаживая меня на гладкую деревянную поверхность. Никита схватил мою ногу и прижал к своему торсу. Я чувствовала, как начинаю гореть. Чувствовала, как мешает одежда. Чувствовала пульсацию между бедер.

— Я вообще-то собирался сделать все романтично, — ухмыльнулся Никита, оторвавшись от моих губ.

Он на мгновение отошел к коробке, стоявшей на высокой полке, и достал оттуда маленькую блестящую упаковку. Возвращаясь, Никита нетерпеливым движением снял и откинул свою рубашку, за ней тут же последовала футболка.

— Это очень романтично, — заверила его я, тяжело дыша, и притягивая к себе ногами.

Никитины губы снова завладели моими, пока его руки расстегивали на мне платье. Мои ноги обвили его талию. Никита спустил мое платье с плеч. Вновь оторвавшись, он посмотрел на мой кружевной кремовый бюстгальтер.

— Красиво, — выдохнул парень. — Ты вся красивая, Лиля. Очень.

С этими словами он перенес свои поцелуи на мою грудь, прикрытую кружевом. Я обхватила Никитину голову одной рукой, а другой уперлась в стол. Продолжая пытать мою грудь, Никита потянулся к застежке бюстгальтера. Тот полетел на пол к остальному беспорядку из еды, цветов и Никитиных вещей. Приподняв меня, Никита полностью освободил мое тело от платья. И теперь я сидела перед ним обнаженная, на мне оставалась лишь небольшая кружевная ткань на самом интимном месте. Никита вернулся к поцелуям моей груди, одной рукой проведя между моих бедер. Я застонала и качнулась вперед, ухватившись за стол. Сквозь оставшееся кружево я почувствовала Никитины пальцы. Постепенно они сместили мешающий кусок ткани и проникли в меня. Мои стоны усилились. Когда я думала, что взорвусь, Никита прекратил свои ласки. Он избавился от последнего куска одежды на мне и расстегнул свои джинсы. Дрожащими от исступления руками, я приспустила их вместе с боксерами. Никита открыл упаковку с презервативом. Сначала я снова почувствовала в себе пальцы Никиты, но довольно скоро они сменились его возбуждением. Никита приподнял меня, я ухватилась за его шею и скрестила ноги позади него. Его движения были резкими, я откинула голову назад, прижимая мужское тело все ближе и ближе к себе. Никита разгонял темп. Мои стоны усилились. Когда в квартире раздался мой громкий крик, Никитина спина напряглась, наши руки еще крепче вцепились в тела друг друга.

Несколько секунд мы не двигались. Никита вышел из меня и мягко посадил на стол, прижав свой лоб к моему. Только наши рваные дыхания заполоняли пространство.

— Это стоило такого долгого ожидания, — проговорил Никита, отдышавшись.

— Долгие ожидания не должны стать нашей привычкой, — я все еще не могла восстановить дыхание, поэтому мой голос прозвучал неровно.

— Определенно.

Мы оглянулись вокруг. Пол был завален разбитой посудой, едой, цветами и нашей одеждой.

— Кажется, поесть нам не удастся, — заметила я.

— Беги в душ, я тут все приберу и закажу доставку, — Никита нехотя отступил от меня. — Вещи загружу в стиральную машину, тебе принесу свои.

Парень быстро привел себя в порядок и ушел в комнату. Он вернулся с полотенцем, одеждой и тапочками, чтобы я случайно не порезалась осколками. Никита помог мне слезть со стола.

Вернувшись из душа, я обнаружила почти чистую кухню. Никита заканчивал с остатками. И он по-прежнему был наполовину голый. Я засмотрелась на его мышцы.

— Лиля, если ты продолжишь так смотреть на меня, то мы опять не сможем поесть, — лукаво усмехнулся парень.

Смутившись, я спросила:

— Доставка уже приехала?

— Будет с минуты на минуту. Можешь пока выбрать, что посмотрим, — Никита махнул в сторону кофейного столика, на котором лежала знакомая флешка рядом с ноутбуком.

— Это не испортит твой вечер? — в удивлении хихикнула я.

— Мой сегодняшний вечер ничего не испортит, потому что ты здесь. И я уже не представляю свою жизнь без мюзиклов, потому что они — часть тебя, — Никита посмотрел на меня, сделав паузу в уборке.

Я подошла к нему и зловеще прошептала:

— Ты сам напросился. Это будет о-о-о-очень долгий мюзикл. Самый долгий в твоей жизни.

— Надеюсь, — он с улыбкой чмокнул меня в нос.

Наконец-то весь груз метаний ушел, сменившись счастливыми днями, которые следовали один за другим. Я сдавала сессию. Каждый вечер мы проводили с Никитой вместе. Иногда я сидела в его квартире с конспектами для подготовки к очередному зачету или экзамену, пока он занимался своими делами за ноутбуком. А после — мы не могли насытиться друг другом.

Мне удалось войти в привычную «отличную» колею учебы. После конференции Иван Егорович был расположен в мою сторону благодушно. И успел намекнуть на то, что после выпуска Лодзинского он знает, кто сможет представлять наш факультет или наш университет на подобных мероприятиях.

Дима сыграл честно и принял мой выбор. Однажды мы случайно столкнулись в коридоре университета. Я обратила внимание на закрытую пустоту в его глазах. Он слегка наклонил голову в сухом приветственном жесте и отвернулся. Было бы ложью утверждать, что в моей груди ничего тогда не щелкнуло. Но я знала, что пройдет время, и Дима рассеется в моей душе, оставаясь лишь воспоминанием.

Никита отдалился от друга. Их больше не связывали Ирина, футбол или родительские дела. Мой парень решил пойти собственным путем, исключив семейный бизнес. Он прошел несколько удачных собеседований в крупные IT-компании Москвы. Пока Никита рассматривал только вариант удаленной работы, чтобы не оставлять меня.

Раз в неделю я встречалась с папой. Мы много разговаривали в кафе, ходили на аттракционы, в кино. Постепенно напряжение и неловкость между нами уменьшались. Мне было легче от того, что папа вернулся в мою жизнь. Несмотря на всю боль, причиненную им, я любила его.

Мама и Паша предприняли следующий шаг в своих отношениях — знакомство с дедушкой.

Воскресным днем Пашина машина, со мной и Никитой, затормозила у нашего дома в поселке. Взволнованная мама вышла нам навстречу, приглаживая собранные волосы. Паша подарил ей большой букет белых роз и в ободряющем жесте предложил свою руку.

В зале дома уже был накрыт стол. Дедушка сидел во главе. Классический костюм на нем указывал на то, как серьезно дед отнесся к предстоящему знакомству с маминым ухажером. Как только Паша появился в комнате, дедушка не смог скрыть удивления. Похоже, мама не упоминала Пашин возраст.